26
фев
2014
  1. Классическая война
Юрий Бардахчиев / Газета «Суть времени» №66 /
Заполучив Севастополь, американцы будут контролировать выход нашего флота из Черного моря. Севастополь веками был и остается стратегической точкой, недаром за него столько крови пролито

Украина отплывает. Что дальше?

Какой бы ни стала и как бы ни повела себя новая украинская власть, пока ясно одно — она будет теперь предельно симпатизировать Западу, а значит, по отношению к России станет вести себя крайне жестко. Это будет касаться всех вопросов — экономических, культурных, производственных и, конечно, военно-политических.

До сих пор Западу не удавалось добиться резкого сдвига Украины в антироссийскую сторону, хотя такие попытки делались многократно.

С распада СССР началось продвижение НАТО к границам России — постоянное и безостановочное. Задачей Запада было уничтожение «санитарного кордона», который Советский Союз выстроил еще после Второй мировой войны.

Сначала Запад захватывал зоны влияния бывшей советской империи на дальних подступах (в Азии, в Африке — так называемые национальные демократии, «освободившиеся страны»). Затем, вопреки всем обещаниям о «нерасширении», альянс двинулся в Восточную Европу, включая в свой состав страны бывшего социалистического лагеря и Варшавского договора. В годы ельцинского правления это продвижение как бы старались не замечать, а с самим НАТО — дружить. Да, бывало, что даже Ельцин не выдерживал наглости альянса и давал отмашку на то, чтобы «утереть им нос» (вспомним рейд российских десантников на аэродром Приштины в 1999 году). Но это были отдельные редкие капризы не всегда адекватного президента. В целом же ельцинская элита безропотно соглашалась с потерей бывших советских зон влияния. И как могло быть иначе, если главной целью было «войти в Запад»?

С приходом к власти Путина цель российской элиты осталась прежней — точно так же, как и стратегия НАТО. То есть, никакого реального сопротивления России расширению НАТО и быть не могло, поскольку российской элитой оно воспринималось не как угроза, а как... дружественное поглощение, что ли.

Поэтому когда после терактов в Нью-Йорке в сентябре 2001 года тогдашний премьер Великобритании Тони Блэр предложил принять Россию в НАТО, ожидания того, что вот «наконец-то, мы войдем в семью европейских народов» — кстати, как и сейчас на Украине, — расцвели пышным цветом.

Но на предложение Блэра основные члена альянса (прежде всего США) ответили категорическим «нет». Это было первым ударом. А вторым стала решительная поддержка натовцами отделения Косова от Сербии, вопреки действующим резолюциям ООН. Тогда стало окончательно ясно, что альянс ведет не антисоветский, а антирусский «крестовый поход», в котором все исторические союзники России уничтожаются, а враги — концентрируются против нее.

Тогда же, сразу после отделения Косова, последовало приглашение Украины и Грузии в НАТО. Это произошло на саммите НАТО в апреле 2008 года. То есть приглашение было, а вот вступления не произошло. Несмотря на давление США, страны «старой Европы» выступили против. Реальной причиной отказа Германии, Франции, Италии, Испании и еще нескольких стран было опасение лишиться российского газа, оказаться в энергосырьевой блокаде. Формальным же поводом стало нежелание большинства украинского населения вступать в НАТО.

Затем была августовская война с Грузией в 2008 году, долгие переговоры с Украиной о продлении пребывания Черноморского флота в Севастополе, российско-украинские «газовые войны», новая и довольно циничная экономическая стратегия России на Украине.

С приходом к власти Януковича, казалось, отношения Украины с Россией начали налаживаться — было подписано соглашение по Черноморскому флоту, улучшилось положение с русским языком, произошли какие-то подвижки с вступлением Украины в Таможенный союз.

Почему же это всё обернулось таким фиаско?

А почему таким же фиаско обернулось правление Милошевича или правление Мубарака? А также Бен Али, Каддафи и так далее? Разве эти лидеры (в разной степени, конечно) не сделали ничего хорошего для своих народов? Конечно, сделали. Но полуавторитарные, рыхлые политические системы, продолжающие ориентироваться на Запад, заигрывать с ним, связывать с ним свои экономические и иные интересы, эти системы, вскармливающие своих убийц (прозападных либералов, прозападных нацистов и так далее), — обречены. В этом — урок истории. Разъедаемые коррупцией, теряющие внутреннюю политическую мускулатуру, эти системы рано или поздно сдаются Западу и его приспешникам. А народы, надеющиеся на то, что системы их защитят, прощающие системам очень и очень многое, оказываются в итоге этими системами преданы. Эти системы, действуя за рамками конституции и права, сами передают власть самым оголтелым антинародным прозападным элементам, устанавливающим полноценные репрессивные режимы — мускулистые, бесцеремонные, лишенные колебаний. В этом урок, который должны понять и освоить и народы, и те политические лидеры, которые не хотят повторять судьбу вышеупомянутых самодовольных вождей, не сумевших удержать народы в необходимом состоянии духовной и политической мобилизации.

Ну, а теперь о последствиях очередного фиаско такой — на этот раз украинской — системы.

Североатлантический альянс имеет все шансы на то, чтобы построить на Украине антирусский плацдарм. Причем такое строительство будет осуществляться антизаконными, исступленно репрессивными способами. Это не аналитическая гипотеза. Это та реальность, с которой знакомы все, кто ведет диалог с Украиной.

Самодовольные разговоры наших элитариев о том, что никто не отберет у России политическое влияние на Украине, выброшены на помойку истории.

Что же теперь, в изменившейся и, надо сказать, грозной геополитической ситуации, когда Украина перестала быть пусть капризным, но союзником, делать России?

Прежде всего, осознать, что произошло (и продолжает происходить). И выстроить сценарии поведения — от самого благоприятного (хотя какой уж тут благоприятный!) до самого катастрофического.

Тем не менее, может ли хотя бы теоретически существовать удачный для России сценарий развития событий?

Любой сценарий, и хороший, и плохой, складывается из двух составляющих — из внутренней (отношений Украины и России) и внешней (отношений России и Запада). При этом с военной точки зрения нас интересует, в первую очередь, внешняя составляющая, но она, в свою очередь, очень сильно зависит от внутренней составляющей. Поэтому рассмотрим их как взаимозависимые элементы.

Итак, внутренние отношения России и Украины («спор славян между собой») могли бы сложиться так, чтобы не принести особого ущерба России, в нескольких случаях:

Если бы началась взаимная борьба среди победивших сегодня сил Майдана — а такое вполне возможно. Ибо эти силы достаточно противоречивы, их лидеры объединились не на идеологических основаниях, а лишь против действующей власти. Вполне возможно, что дополнительную смуту в этот конфликт внесет фактор Юлии Тимошенко — фигуры сильной и нацеленной только на максимальную концентрацию власти в своих руках.

Если бы Юго-Восточная Украина и Крым сумели дать отпор Киеву и Западной Украине. Это привело бы, скорее всего, к расколу страны на зоны пророссийского влияния и прозападного влияния. А в этом случае сохранились бы, пусть частично, военно-стратегические возможности России на Украине.

Если бы через некоторое, достаточно короткое время, захватившие власть силы сами продемонстрировали полное неумение управлять страной. Это также возможно, поскольку полевые командиры и в самом деле не умеют управлять страной (прошла информация, возможно, недостоверная, но весьма показательная — «революционеры» призвали министров вернуться к исполнению своих обязанностей). Тогда к власти пришли бы прагматичные управленцы, а революционеры превратились бы в обыкновенных олигархов, стремящихся лишь урвать побольше.

Но это всё называется «если бы да кабы во рту выросли грибы». Приводя те «если бы», при которых всё может развернуться для России относительно благополучно, я как раз хотел подчеркнуть, что подобный сценарий (назовем его сценарием № 1) реализуется не автоматически, а в случае победы определенных тенденций. А сами собой эти тенденции не победят. Их победе надо умело и тактично способствовать.

Между тем, ряд экспертов считает, что сценарий № 1 реализуется сам собой. И что главная военно-стратегическая опасность для России, состоящая в приближении ракетных подразделений НАТО к границе России, на расстояние нескольких десятков километров, и в потере военно-морской базы в Севастополе, где, в свою очередь, расположится база НАТО, — сильно преувеличена.

Бывший командующий Черноморским флотом адмирал Касатонов считает, например, что НАТО почему-то будет уважать те соглашения по Черноморскому флоту, которые подписаны с прежним правительством Украины. Кроме того, он считает, что Россия сможет применить экономические рычаги для того, чтобы Украина не выдворила российский флот. «На мой взгляд, — заявляет Касатонов, — проблема российского Черноморского флота находится в нижних строчках перечня актуальных для украинской власти проблем. После преодоления политического кризиса на первое место выдвинется задача восстановления всего, что разрушено, потом плотная работа с населением. До Черноморского флота дойдет не скоро».

Касатонову вторит заместитель директора Института военного и политического анализа Александр Храмчихин, который успокаивает нас тем, что хотя Черноморский флот и могут «попросить» из Севастополя (во радость-то!), но зато натовской базы там в ближайшее время не будет. «Все разговоры о появлении натовской базы в Севастополе лишены оснований, — заявляет Храмчихин. — Посмотрите на страны Балтии — они уже десять лет в НАТО, и где там базы?! Нет ни одной. А кто мешал разместить базу НАТО на Украине при Ющенко? Он был бы счастлив, но базы в его правление так и не появилось. Думаю, если мы уйдем, в Севастополе будет базироваться тот набор плавучего металлолома, который называется военно-морскими силами Украины — и только».

Ну, а теперь рассмотрим неблагоприятный сценарий, он же сценарий № 2, который мы считаем наиболее вероятным.

Поскольку к власти пришли силы, страстно ненавидящие Россию, то они возьмут на себя тот же подряд, который когда-то взял Саакашвили. С той разницей, что Украина не Грузия. Неспособность обеспечить даже нынешний уровень жизни украинского населения будет компенсироваться американскими и иными подачками, осуществляемыми по принципу «деньги в обмен на нелояльность России». Что приведет к отмене Харьковских соглашений по Черноморскому флоту и внеблокового статуса Украины.

Новые украинские власти пойдут на это со сладострастием. Они будут к этому подталкивать западного хозяина. А он? При сохранении нынешних мировых тенденций НАТО вряд ли начнет распространять свои гарантии на сегодняшнюю раздираемую революцией Украину. Но кто сказал, что эти тенденции сохранятся?

Что же касается базы в Севастополе, Россия может ее потерять уже в течение месяцев — национал-революционеры не потерпят присутствия «москалей» на своей территории. Харьковские соглашения могут быть денонсированы немедленно — это является суверенным правом Украины. И никаких способов противостоять этому у России нет.

Но даже если, паче чаяния, жесткой реакции новой украинской власти по поводу Черноморского флота не будет, можно вполне представить себе другой сценарий. Поскольку события на Украине происходят вполне кровавые, то мировому сообществу достаточно признать наличие там гуманитарной катастрофы. А значит, и необходимости оказания гуманитарной помощи, которую тут же окажут универсальные десантные корабли США с двумя тысячами морских пехотинцев и 50-ю летательными аппаратами. Из тех, что сейчас плавают в Черном море, например.

Конечно, это не будет открытое столкновение флотов, а постепенное мягкое выдавливание российских кораблей, выжимание их под разными предлогами из Севастопольской бухты. Да и на берегу будут устроены долгоиграющие представления с лозунгами «Москали — геть с Украины!»

Поэтому сценарий потери Севастополя вполне реален. Сейчас Россия спешно достраивает сооружения в Новороссийской бухте для базирования флота. Но весь он там не поместится, а значит, состав флота придется уменьшать...

Но и это не самое страшное. Важнее то, что, заполучив Севастополь, американцы будут теперь контролировать выход нашего флота из Черного моря. Севастополь веками был и остается стратегической точкой, недаром за него столько крови пролито.

И в довершение всех неприятностей, с потерей Севастополя Россия потеряет особые права на Черноморские проливы, зафиксированные в конвенции Монтре 1936 года. Это права на режим наибольшего благоприятствования при прохождении проливов. Этого режима, кстати, нет у США. Ну а теперь — будет.

Вот что означает для России плохое развитие ситуации на Украине — и это помимо, напомню, приближения ракетных установок НАТО почти к самой нашей границе.

Сейчас судить о том, настолько ли всё плохо, — трудно. Но готовиться, видимо, надо к самому худшему.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER