Хуже всего дела обстоят там, где русское коренное население сталкивается с неконтролируемым наплывом мигрантов и проникновением радикального ислама

Юг России. Виртуальный подогрев реальных конфликтов

Развязывая диффузно-сепаратистские войны, враг делает ставку на обострение тех противоречий, которые наиболее легко перевести в желанное для врага остро конфликтное качество. В России на первом месте в совокупности подобных противоречий всегда будут находиться противоречия между этносами, входящими в наше очень сложно построенное полиэтничное общероссийское целое.

В таком многонациональном государстве, как СССР, у власти имелись в распоряжении идеологический, аппаратный и финансовый ресурсы для выстраивания элитного баланса, а также эффективных (с точки зрения сохранения территориальной целостности) форматов межэтнических коммуникаций.

В современной России, отвергнувшей идеологию как основу построения полиэтнического светского государства и погрязшей в политико-экономических войнах между элитными группами, часть которых заражена сепаратизмом, построение таких коммуникаций становится почти неразрешимой задачей. Хуже всего дела обстоят там, где русское коренное население сталкивается с неконтролируемым наплывом мигрантов и проникновением радикального ислама.

Наиболее отчетливо это можно видеть в последние годы в Ставропольском крае, где к провоцированию межнациональных и межконфессиональных конфликтов подключились российские и зарубежные националистические организации, блогеры и белоленточники. В результате и так достаточно напряженная обстановка в Ставрополье, связанная с близким соседством северокавказских республик, двумя чеченскими войнами, потоками беженцев и непрекращающейся борьбой с исламским терроризмом, обостряется до предела.

Отработка «механизма нагнетания напряженности» в регионе началась еще в феврале 2007 года, когда в городе Новоалександровске был убит казачий атаман А. Ханин. Он выступал за закрытие вредного производства, во главе которого стоял предприниматель из Грузии.

Буквально на следующий день после этого убийства в дело вступили блогеры, создавшие в «Живом журнале» «виртуальную картину» дальнейшего развития ситуации. Якобы казаки в отместку устроили в городе этническую «чистку» местного грузинского населения.

Эту виртуальную «картину», названную то «Русским бунтом», то «Новой Кондопогой», дополнили в интернете члены «Движения против нелегальной иммиграции» (ДПНИ). В ней появились и внутренние войска, окружившие город, и вертолеты для «усмирения восстания казаков»... Таким образом, блогеры сознательно и провокационно сработали на разогрев тех небольших волнений, которые произошли, — но, разумеется, не в таких масштабах.

Некоторые эксперты обращают внимание на то, что в Ставропольском крае периодически случаются стычки между местным населением (основная масса русские) и северокавказской молодежью, приезжающей на учебу и заработки. Но целенаправленное нагнетание ситуации через создание «виртуальной картины» страшного конфликта стало активно использоваться только со второй половины 2000-х годов.

Например, весной того же 2007-го в Ставрополе в массовой драке был убит студент из Чечни. Сразу же блогеры (с IP-адресов, зарегистрированных в Москве, Воронеже, Ростове-на-Дону и Краснодаре) вбросили в ЖЖ дезинформацию о том, что в город якобы приехали для «джихада» чеченские боевики.

На такой дезинформационный вброс не могло не быть реакции. В Ставрополь из Москвы тут же приехали представители ультраправых националистических организаций: «Северного братства», «Русского общенародного союза» (РОНС) и ДПНИ. Бойню удалось предотвратить лишь потому, что оперативно сработали правоохранительные органы, уже имевшие за плечами тревожный опыт массовых беспорядков в карельском городе Кондопоге осенью 2006 года. Многие «посланцы» были перехвачены на пути в Ставрополь.

Этот же механизм «виртуального обострения» конфликтной ситуации с добавлением новых элементов эскалации напряженности был применен и во время относительно недавних событий в городе Невинномысске Ставропольского края.

В ночь с 5 на 6 декабря 2012 года в драке с мигрантом погиб местный житель Н. Науменко. 15 и 22 декабря (опять не без помощи блогеров-националистов) у мэрии Невинномысска было собрано два «народных схода» с требованиями «отыскать и наказать убийц». Были и сотни сообщений в соцсетях о якобы очередном «бунте», и реальные выступления представителей националистических организаций, таких как «Народное ополчение Минина и Пожарского» (НОМП). Но как показали дальнейшие события, это было только начало.

Активисты незарегистрированной партии «Новая сила», НОМП и местные неоязычники развернули широкую кампанию по организации очередного митинга в Невинномысске под лозунгом «Ставрополье — не Кавказ!». Организаторы намеревались провести всероссийскую акцию и потребовать «вывода Ставропольского края из состава Северо-Кавказского федерального округа (СКФО) и введения особого миграционного режима».

В подготовке данного мероприятия приняли участие и украинские националисты. Всеукраинское объединение «Соборная Украина» и украинская национал-радикальная партия «Братство» сообщали в украинских СМИ о предстоящем «десанте на Кубань», намеченном на 26 января 2013 года.

Напомним, что «Братство» возглавляет бывший вождь УНА-УНСО Д. Корчинский, воевавший на стороне чеченских сепаратистов в 1995 году.

Сразу скажем, что несанкционированный митинг в Невинномысске так и не состоялся, потому что все прибывшие (в том числе, члены «Братства») были сразу задержаны. Но в поддержку требований участников данной акции прошли пикеты в Мурманске, Санкт-Петербурге, Москве, Екатеринбурге, Каменск-Уральском, Красноярске.

Обращает на себя внимание тот факт, что в этот же день случилось еще одно знаковое событие, насчет которого украинские националисты были также «в курсе».

26 января в Ростове-на-Дону проходил казачий митинг под лозунгом «Казаки — народ!». Митингующие обращались к Президенту РФ с требованием «внести в перечень народов и этнических наименований РФ национальность казак».

Так вот, украинские националисты проявили полную солидарность не только с организаторами акции в Невинномысске, но и с казаками, направив им соответствующие послания.

Так, 28 января на сайте еще одной националистической организации «Тризуб имени Степана Бандеры» появилось следующее приветствие: «Сегодня, когда напряжение на Кубани и Ставрополье растет, украинским националистам нужно приложить максимум усилий, чтобы донести до населения этих регионов националистическое, антиимперское видение проблемы. Это борьба против имперской власти под лозунгами независимости казацких территорий к северу от Кавказских гор с перспективой их дальнейшей интеграции в состав украинского государства».

Отметим, что организация «Тризуб имени Степана Бандеры» была создана в 1993 году и является военизированным крылом «Конгресса украинских националистов» (КУН). В свою очередь, КУН был основан эмигрантами-членами «Организации украинских националистов» (ОУН).

В мае 2007 года «Тризуб» учредил Международный антиимперский фронт, в который вошло «Международное движение за деколонизацию Кавказа», возглавляемое одним из лидеров северокавказских сепаратистов Ахмадом Сардали.

Некоторые эксперты обращают внимание на то, что украинские националисты, связанные с чеченскими сепаратистами, «в последние годы активизировали связи со своими российскими единомышленниками, в том числе на Северном Кавказе, который они считают своей территорией».

Срыв правоохранителями митинга, на который стягивались в январе 2013 года гости, собиравшиеся устроить бучу в Невинномысске, не остудил партию «Новая сила», возглавляемую профессором МГИМО В. Соловьём. Она продолжила свои акции. Пресс-служба «Новой силы», открестившись от связей с украинскими националистами, активизировала борьбу за «освобождение Ставрополья».

7 февраля 2013 года региональное отделение этой партии объявило о начале сбора подписей «за возвращение Ставропольского края в Южный федеральный округ (ЮФО) и введение миграционного спецрежима для жителей республик СКФО».

Эксперты обращают внимание на то, что параллельно с данной акцией, которая уже получила поддержку националистов в некоторых российских городах, в Ставропольском крае продолжает отрабатывается механизм целенаправленного нагнетания межэтнической напряженности в социальных сетях после каждого резонансного конфликта между местными и приезжими.

Например, после ночной драки с 7-го на 8-е февраля в Ставрополе, когда молодой казак М. Спасибов оказался в больнице с ножевым ранением, блогеры, связанные с националистическими организациями и белоленточниками, попытались через интернет-агитацию в ЖЖ и «ВКонтакте» собрать два «народных схода» для обсуждения темы «засилья кавказцев на Ставрополье».

Необходимо подчеркнуть, что с инициативой вывода региона из СКФО ранее выступали и другие националистические организации. В том числе, «Союз славянских общественных организаций Ставрополья».

А 4 ноября 2010 года во время «Русского марша» питерское региональное отделение партии «Национал-демократический альянс» вело сбор подписей под требованием «переименовать регион в Ставропольскую русскую республику».

И вот тут-то и начинается главное. Потому что вопрос о том, в какой именно округ войдет Ставрополье, согласитесь, носит частный характер. И вполне допустимо, коль скоро жители к этому стремятся, переведение Ставрополья из одного округа в другой. Это не разрушит российского государства. Другое дело, что такой прецедент породит цепную реакцию. Что чревато более далеко идущими последствиями. Но даже не это главное. Главное — эта самая русская ставропольская республика. Нельзя создать русскую ставропольскую республику, не создав русскую краснодарскую республику и так далее. Уже сегодня некоторые эксперты, продвигающие превращение Ставрополья в республику, предлагают «на месте нынешних восьми федеральных округов создать восемь русских республик».

В каких отношениях между собой будут находиться эти республики? Сегодня это будут федеративные отношения, а завтра конфедеративные? Сегодня этих республик будет 8, а завтра 18?

Следует признать, что попытка перекроить границы федеральных округов под видом всероссийской акции с лозунгом «Ставрополье — не Кавказ!» с привлечением украинских националистов, связанных с чеченскими сепаратистами, предпринимается впервые. И отдает это все откровенной провокацией.

Глава краевого комитета по массовым коммуникациям И. Воронин утверждает, что все это спланированная кампания: «Ситуация искусственно расшатывается… Мы в нашем крае имеем репетицию одного из самых опасных для страны сценариев — разрушения. И Ставропольский край был выбран не случайно — это болевая точка (страны) в межнациональном плане... (Провокаторы) считают: если качнем ситуацию в самом опасном, межнациональном сегменте, то большая часть населения страны будет поддерживать».

По словам И. Воронина, «аналогичные интернет-технологии ранее были опробованы Мовлади Удуговым в Чечне, а также организаторами цветных революций на Украине и в Грузии».

Искусственное нагнетание межэтнических и межнациональных противоречий в Ставрополье накладывается на реальные и весьма опасные процессы, способные в любой момент подорвать стабильность в крае.

Вот некоторые из них.

1. Многие эксперты отмечают, что в традиционно «славянском регионе», где с 1990-х годов большую роль в охране правопорядка и общественно-политической жизни играют казаки, в последнее время меняется «этническая карта края». На юго-востоке все больше появляется приезжих из Чечни, в восточных регионах — выходцев из Дагестана, в Кисловодске — из Карачаево-Черкесии. Большое количество молодежи появляется в городах. При этом у местной власти отсутствуют внятные программы по социокультурной адаптации приезжих.

2. Земельные и территориальные споры.

Если в 90-е ставропольские казаки призывали «вернуть в состав края Наурский, Щелковский районы Чечни и Кизлярский район Дагестана», то сейчас довольно часто местные жители конфликтуют из-за незаконного захвата животноводами-переселенцами пастбищных земель.

14 марта в Пятигорске прошла конференция Общественного совета СКФО, на которой полпред президента А. Хлопонин предложил создать экспертную группу по решению земельных вопросов, ибо в этой сфере совершается до 80 % коррупционных преступлений.

3. Угроза исламского терроризма.

Некоторые эксперты утверждают, что Ставрополье «стало кузницей кадров русских исламистов» и одним из каналов, по которому радикальные версии ислама проникают на Север и Северо-восток России.

Учитывая важность этих процессов, мы уделим им внимание в последующих материалах.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER
Cтатьи газеты «Суть времени» № 21