logo
  1. Информационно-психологическая война
  2. Зерно Победы
ИА Красная Весна /
В любой войне побеждает не тот, кто не потерпел ни одного поражения, а тот, кто даже в ситуации полного разгрома нашел в себе силы к дальнейшему сопротивлению. Ибо только сопротивляющийся может прорастить зерно будущей победы

Зерно Победы

undefined

8 мая Европа отметила День Победы. Оставим за рамками данной статьи вопрос о стремительно уменьшающемся числе европейцев, для которых этот праздник по-прежнему остается священным (реакция европейского сообщества на творимые киевской хунтой бесчинства — яркий пример потери иммунитета к фашизму). Для нас дата 8 мая памятна не только как праздничная, но и как трагическая. 8 мая 1942 года — ровно за три года до Победы — на Крымском фронте произошел перелом, приведший к тяжелейшим для советских войск последствиям.

Тщетность попыток освободить весь Крым силами Крымского фронта с Керченского полуострова стала очевидной к середине апреля 1942 года. В связи с этим Ставка приняла решение прекратить наступление и организовать глубокоэшелонированную оборону. Однако 8 мая 1942 года фашисты нанесли удар на Керченском полуострове вдоль побережья Черного моря, прорвали оборону и вклинились в глубь территории на расстояние до 8 км. 13 мая, после нескольких дней ожесточенных боев, Крымский фронт рухнул. 14 мая в 3 часа 40 минут Сталин приказал начать отвод войск Крымского фронта на Таманский полуостров.

Поспешная эвакуация войск и устремившегося к переправам мирного населения происходила в критической обстановке. Переправы не справлялись с волнами отступающих. Мало того, что немецкая авиация поливала отступающих огнем — к Керченскому проливу устремились немецкие танки.

14 мая для прикрытия переправ был сформирован Особый отряд под командованием полковника Павла Максимовича Ягунова — начальника Отдела боевой подготовки Крымского фронта. В отряд вошло несколько сотен человек из резерва командного и политического состава фронта, курсанты авиационных школ, 1-й запасной полк Крымского фронта и другие. Некоторые отступавшие части Крымского фронта также присоединились к отряду Ягунова.

В любой войне побеждает, в конечном итоге, не тот, кто не потерпел ни одного поражения, а тот, кто даже в ситуации полного разгрома оказался способен найти в себе силы к дальнейшему сопротивлению. Ибо только сопротивляющийся может прорастить зерно будущей победы.

Особый отряд Ягунова стал в те катастрофические для Крымского фронта дни таким зерном будущей подебы. Заняв жесткую оборону в районе поселка Аджимушкай, он в течение 15­–17 мая 1942 года не давал немецкому танковому клину выйти к Керченскому проливу по кратчайшей траектории, что спасло жизнь тысячам советских военнослужащих и мирных граждан. Только за 16 и 17 мая на таманский берег успела переправиться 41 тысяча человек.

Когда 17 мая фашисты полностью окружили окрестности Аджимушкая, где держал оборону Особый отряд, Ягунов приказал своему отряду спуститься в каменоломни — разветвленный подземный лабиринт, образовавшийся в результате ведущейся веками добычи ракушечника. Здесь, в подземелье, и был сформирован Сводный полк обороны Аджимушкайских каменоломен имени Сталина, вписавший одну из самых удивительных страниц в историю беспредельных возможностей человеческого духа.

Общепризнанным является факт, что условия в Аджимушкайских каменоломнях не приспособлены для жизни: кромешная тьма, температура воздуха, не поднимающаяся даже в летнюю жару выше +8 градусов Цельсия, влажность воздуха до 80 процентов, сквозняки, известковая пыль... В дополнение к этому, защитники Аджимушкайских каменоломен испытывали голод и острую нехватку воды, подвергались многодневным газовым атакам. Кроме того, в результате планомерных действий гитлеровских подрывников в каменоломнях происходили обвалы, под которыми люди гибли десятками, сотнями и даже тысячами. Однако, невзирая на всё это, подземный гарнизон не только держал оборону, но и регулярно совершал боевые вылазки в течение 170 дней, отвлекая значительные силы противника — 5 гитлеровских полков.

Точное число тех, кто спустился в подземелье, до сих пор точно не установлено. По разным данным, Сводный полк Ягунова насчитывал от 10 до 15 тысяч бойцов и командиров. Но, помимо красноармейцев, в каменоломни ушло и местное население, причем считается, что на первом этапе, в мае 1942 года, число гражданских лиц значительно превышало здесь число военнослужащих. Понятно, что у военнослужащих выбора не было: не уйди они в каменоломни, их ждали плен либо смерть. Но почему в подземелье ушло столько мирных граждан?

У населения выбора тоже не было. В его памяти совсем свежи были зверства, которые творили фашисты в ноябре–декабре 1941 года во время первого своего вторжения на Керченский полуостров. Тогда здесь были проведены страшнейшие карательные операции с целью деморализовать население полуострова, лишить его способности к сопротивлению.

Напомню, что накануне нападения фашистской Германии на СССР Отдел пропаганды штаба верховного главнокомандования германских вооруженных сил разработал ряд документов, в которых были сформулированы основные цели пропагандистского воздействия на красноармейцев и командиров РККА, а также советское гражданское население. Все эти цели можно разделить условно на две категории.

Первая категория — цели, подразумевавшие формирование позитивного образа военнослужащих вермахта при одновременном подрыве авторитета государственного и военно-политического руководства СССР. Предполагалось, что такое «двойное» информационно-психологическое воздействие немецкой пропаганды позволит добиться лояльного отношения местного населения к немецким войскам.

Вторая категория — цели, направленные не на выстраивание с местным населением тех или иных «договорных» отношений, а на его полный психологический слом. И тут главными приемами становились устрашение, резкое усиление у противника чувства беззащитности, введение его в состояние ужаса, парализующего волю при мысли о собственных мучениях, а также мучениях родных и близких. «Недоговороспособных» гитлеровцы намеревались раздавить морально и физически. (Трудно удержаться от сравнения с днем сегодняшним, когда мы наблюдаем попытку киевской хунты раздавить «недоговороспособный» Юго-Восток Украины.)

Население Керчи и в целом Керченского полуострова было оценено фашистами именно как «недоговороспособное». И потому карательные операции против мирных граждан отличались здесь изощренной жестокостью. Заняв в первый раз Керчь 16 ноября 1941 года, фашисты начали с того, что объявили о восстановлении нормального графика школьных занятий. Однако все 245 школьников, пришедшие на уроки, были отправлены «на прогулку», после которой замерзших и проголодавшихся детей «угостили» горячим кофе с отравленными пирожками. А тем детям, кому пирожки не достались, смазали губы синильной кислотой.

Спустя несколько дней последовала еще одна чудовищная акция. 29 ноября 1941 года свыше семи тысяч детей, подростков, женщин, стариков, представителей разных национальностей (особенно много было евреев) загнали в тюрьму, где часть из них была подвергнута страшным мучениям: им ломали руки, вспарывали животы. 2 декабря те, кто остался в живых, были расстреляны в противотанковом рве у поселка Багерово. Убийства (включая убийства советских военнопленных) продолжались здесь и в последующие дни.

Когда в конце декабря 1941 года советские войска вернулись в Керчь, обнаруженный ими Багеровский ров — километр в длину, четыре метра в ширину, два в глубину, — заполненный телами советских граждан (среди них были и 245 отравленных гитлеровцами школьников) — глубоко потряс красноармейцев, хотя они к тому времени уже много чего повидали.

Так что оснований надеяться на то, что, вторично заняв Керченский полуостров, немцы отнесутся к местному населению гуманно, не было. И потому население, не успевшее эвакуироваться, устремилось в Аджимушкайские каменоломни.

Способность аджимушкайцев не терять присутствия духа в, казалось бы, безвыходных ситуациях, поразительна. Ведь помимо необходимости неусыпно охранять многочисленные входы в каменоломни, вступать в прямой бой с гитлеровцами, они ежечасно вели борьбу сразу на многих направлениях. Коротко я эти направления уже упомянула. Теперь остановлюсь на них подробнее.

Боролись с жаждой. Колодцы, находившиеся на поверхности, обстреливались с такой интенсивностью, что возможности подойти к ним фактически не было. И потому собирали воду, по капле сочившуюся из стен и с потолка каменоломен. За ночь человек собирал одну столовую ложку воды. Всю воду сливали в общий котел. Она доставалась прежде всего раненым и детям. Другой способ сбора воды — высасывание ее из стен. Команду, собиравшую воду таким способом, называли «сосунами». Сохранилось имя человека, который обнаружил место, где могла быть вода, — Николай Данченко. Подземный колодец рыли полмесяца алюминиевыми вилками и ложками. Вода в колодце скапливалась медленно, но и это было большим подспорьем.

Боролись с голодом. В подземелье были лошади. Сначала съели их. Позже выкапывали, варили и ели лошадиные шкуры и копыта. К июлю 1942 года продуктовый минимум защитника Аджимушкая составлял 50 граммов крупы, 10 граммов концентрата, 100 граммов сахара (в подземелье находились бывшие склады военторга со значительными запасами сахара).

Боролись с тьмой. С помощью самодельного генератора — до тех пор, пока не кончилось горючее. Когда наступила полная темнота, протянули по подземным коридорам телефонный провод и передвигались, держась за эту путеводную нить. Потом придумали жечь разрезанный на куски телефонный провод (были найдены большие его запасы) — и хотя воздух становился едким, а копоть въедалась в лица, всё же это был источник света.

Боролись с последствиями газовых атак. Один из очевидцев оставил в дневнике такую запись: «Каменоломни полны отравляющим газом! Бедные дети кричат, зовут на помощь своих матерей, но те лежат недвижимы с разорванными на груди рубашками, кровь льется изо рта и ушей...» После первой газовой атаки наступил шок. (В ноябре 1943 года столь же глубокий шок пережили красноармейцы, обнаружившие в Аджимушкайских каменоломнях тысячи тел в неестественных позах, свидетельствовавших о неимоверных мучениях перед смертью.) Однако подземный гарнизон быстро вышел из оцепенения и начал действовать. Была разработана система защиты, при которой использовались направление сквозняков, одеяла, которыми завешивали те или иные проемы, и пр.

Боролись с завалами, возникавшими вследствие мощных взрывов, планомерно устраиваемых немцами. Протяженность одного из таких завалов составила более 50 метров. Под ним оказались одномоментно погребены около трех тысяч человек. В ответ на эти зверства аджимушкайцы сформировали специальные бригады «слухачей», которые, рассредоточившись, дежурили в различных частях подземелья, выслушивая, где фашисты готовят очередные обвалы, чтобы вовремя предупредить товарищей об опасности.

Не меньше, чем способность аджимушкайцев не впадать в ступор и уныние под воздействием ужасающих обстоятельств, а активно искать выход, поражает атмосфера глубокой человечности, которую им удавалось сохранить, невзирая на абсолютно нечеловеческие условия. Советский человек не хотел расчеловечиваться. Бойцы подземного гарнизона регулярно издавали боевой листок, слушали и обсуждали сводки Совинформбюро, проводили политическую и идеологическую учебу. Пока работал генератор — смотрели фильмы (в частности, есть упоминание о просмотре фильма «Свинарка и пастух»). В госпиталях раненым читали вслух стихи Пушкина и другие книги. Вообще отношение к раненым было особое. Им устраивали «санаторий» — брали на руки и подносили к щелям в стенах, откуда дул теплый ветер и был виден кусочек неба. Тем, кто по многу часов проводил во тьме, такая «прогулка» доставляла большую радость.

(Продолжение следует)