13
мая
2016
Газета «Суть времени» /

Бесконечное упрощение

Как-то я увидел рекламу следующего характера: «Управляйте своим чайником через смартфон!» Данная возможность меня сильно озадачила, ведь у чайника:

всего одна функция — кипячение воды;

для активации этой функции необходимо одно простейшее действие, а именно — нажатие на кнопку;

всё дальнейшее происходит в автоматическом режиме;

для того чтобы воспользоваться чайником, к нему в любом случае придется подойти, чтобы налить воды.

Чем же управлять через смартфон? Нажатием одной единственной кнопки?

Позже я обнаружил, что данный вопрос окружающих особо не тревожит. Ведь сейчас очень много предметов, которые подключаются к смартфонам: мультиварки, стиральные машинки, автомобили. Просто чайник — логическое продолжение ассоциативного ряда.

Но для меня вопрос состоял не в том, насколько необходима функция дистанционного включения чайника в быту. А в том, насколько необходимо в принципе автоматизировать данный простейший процесс?

Что есть автоматизация? Обычно специалисты говорят об автоматизации технологических процессов, то есть о применении на крупных производствах роботов. По-простому, автоматизация — это замена человеческого труда роботизированным. В результате человек освобождается от необходимости совершать сложную или опасную работу, вместо человека эту работу выполняет робот.

Но всегда ли оправдано такое упрощение? Когда мы говорим о крупных производственных циклах или, в частности, о военном деле, то автоматизация не только освобождает человеческий ресурс, но еще и позволяет добиться высоких показателей в точности, скорости, дальности работы военной техники.

Поставив знак равенства между термином «автоматизация» и «технологизация», я задался вопросом — чего позволяет такая технологизация добиться, если мы имеем дело с простейшими процессами?

С одной стороны, можно было бы всё списать на маркетинговый ход. Представляем высокую технологию как выдающуюся особенность продукции (например, чайника) — продажи начинают расти вверх. Все довольны.

Но разве этим всё ограничивается?

Я несколько лет занимался IT-технологиями. Как происходит создание нового проекта в IT-индустрии? Первое — вычленяем из нашей жизни какой-нибудь процесс (например, поиск ресторана или запись мысли на бумаге). Второе — технологизируем этот процесс. Вот, если вкратце, основной метод создания любого IT-проекта.

Неудивительно, что такая тенденция обязательно порождает чайники с дистанционным управлением и унитазы с управлением через смартфон.

Разобравшись с тенденцией и отметив, что она имеется, зададимся вопросом — какова все-таки конечная цель этой бесконечной цепочки упрощения? Ведь невозможно бесконечно нечто упрощать.

Если цель и имеется, то она сводится к окончательному освобождению человека от каких-либо обусловленностей. За человека всё будет делать машина, робот. Думать, писать, работать, есть... Думаете, это фантастика?

В последнее время очень серьезное развитие получила технология так называемой «виртуальной реальности». Человек надевает очки и — вуаля! — перед его глазами не настоящий мир, а придуманный. А все его движения работают уже не в реальном, а в виртуальном мире. Пока проще всего обмануть зрительные чувства человека, надев специальные очки. Но обман остальных чувств (осязание, обоняние, чувство равновесия и т. д.) тоже возможен, и новые высокие технологии уже сегодня пытаются решить эту задачу.

«Ну и что, подумаешь — новая игрушка для геймеров!» — скажут некоторые. С одной стороны, они правы. А с другой — когда есть такая возможность оторвать человека от реальности, разве смогут от этого отказаться сильные мира сего в условиях стремительно развивающихся постмодернистских концептов?

Современное общество пытаются оторвать от мечты, от идеалов, от истории, от всего, что связывает его с реальным миром. И подменяют всё это мифом о том, что человек — всего лишь потребительское животное, которое должно удовлетворять свои потребности.

В таком обществе свобода понимается, по Фромму, как «свобода от», то есть освобождение от всего, что как-то связывает человека. «Свобода для» таким обществом не усваивается. В результате идеалом не может не стать полное растворение человека в виртуальности, где всякое ограничение человека будет убрано.

Правда, как писал Сартр, «эта свобода слегка напоминает смерть».

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER