Германия и Франция разошлись во мнениях по вопросу поддержки ЕС
Германия и Франция предложили разные подходы к укреплению европейской экономики с помощью государственного финансирования, сообщает 25 сентября «Штерн».
Еврокомиссия планирует связать государственные субсидии и заказы в ключевых секторах с производством в Европе. Министр экономики Германии Катарина Райхе выступила за сотрудничество с такими торговыми партнерами, как Норвегия, Швейцария и Канада. В то же время министр промышленности Франции Себастьен Мартен заявил, что приоритет должен быть отдан 27 странам ЕС.
Планы Еврокомиссии касаются автомобилей, тепловых насосов, фотоэлектрических установок, а также цемента и алюминия. Цель — сохранить промышленное производство в Европе, несмотря на конкуренцию со стороны Китая.
Отметим, что предложение, представленное в марте, должно быть одобрено странами-членами ЕС и Европарламентом. Споры ведутся вокруг условий, при которых продукция может считаться «европейской» или получать равное обращение.
Напомним, что спор о том, как поддерживать промышленность ЕС, развернулся не на пустом месте: 4 марта 2026 года Еврокомиссия представила Industrial Accelerator Act — пакет мер, который вводит приоритет для продукции «Made in EU» и низкоуглеродных технологий в госзакупках и схемах господдержки. В документе речь шла о стратегических секторах, в частности секторах автомобилей, чистых технологий, тепловых насосов, фотоэлектрики, стали, алюминия и цемента.
До этого в ЕС уже несколько лет усиливалась линия на защиту промышленной базы от давления со стороны Китая и на укрепление экономической автономии, а предложения о более жесткой привязке субсидий к европейскому производству обсуждались как способ сохранить заводы и рабочие места внутри Союза. Именно поэтому вокруг формулы «европейского» происхождения продукции и того, следует ли учитывать партнеров за пределами ЕС, заранее возникли разногласия между странами с разными промышленными интересами.
Почву для нынешнего спора также создали более ранние дебаты о допустимых границах госфинансирования и «европейских предпочтениях» в закупках: одни столицы настаивали на максимально широком едином рынке, другие — на более узком, протекционистском подходе. В результате к осени 2026 года вопрос уперся не только в промышленную политику, но и в то, кто именно должен считаться полноправным участником этой поддержки.
