Кандидаты в президенты. Когда беглая венесуэльская оппозиция упакует чемоданы?

Бомбардировка Венесуэлы с захватом и похищением президента страны Николаса Мадуро и его супруги Силии Флорес не могла оставить равнодушной венесуэльские диаспоры, которые за последние годы образовались в разных странах мира. Многие из венесуэльцев покинули свою родину по экономическим причинам и вряд ли рады унижению президента страны, как бы они к нему ни относились.

Согласно докладу центра экономических и политических исследований (CEPR), из-за санкций США в 2017–2018 годах умерли более 40 000 венесуэльцев, что неудивительно, поскольку американские санкции препятствовали закупкам медикаментов и расходных материалов для здравоохранения. Исследователи также отметили, что основной удар от введенных ограничений пришелся на гражданское население, а не на правительство, как декларировалось властями США. Санкции заставили миллионы венесуэльцев бежать из страны на фоне экономического кризиса и гиперинфляции.

Президент Венесуэлы Николас Мадуро называл санкции США «экономической войной» и «бойней», по уровню жестокости сравнимой с войной во Вьетнаме.

Долгие годы США пытались дестабилизировать страну изнутри, воспитывая и финансируя радикальную оппозицию, готовую к террористической войне против симпатизирующего чавистам гражданского населения. Эта оппозиция призывала к санкциям, вооруженному вторжению в страну и силовому устранению действующего президента.

Таким образом, кроме венесуэльцев, покинувших родину по экономическим причинам, за границей живут представителей венесуэльской оппозиции, активно ждущей краха «чавистского режима» чтобы прийти к власти.

Креатурой Трампа во время его первого президентского срока был «временный президент» Венесуэлы Хуан Гуайдо. На одном из митингов оппозиционер провозгласил себя «временным президентом» Венесуэлы, и США, а за тем и его сателлиты, незамедлительно его признали. Гуайдо и его приближенным передали часть государственных активов Венесуэлы за рубежом. То есть США сделали так, что проамериканская оппозиция, жаждущая смены власти, финансировалась венесуэльскими госактивами.

После провала попытки вооруженного свержения Мадуро (операция «Свобода») 30 апреля, Гуайдо заявил в интервью The Washington Post и BBC, что готов рассмотреть вариант американского военного вторжения. В мае 2019 года он поручил своему представителю в Вашингтоне установить прямой контакт с Южным командованием США (SOUTHCOM) для обсуждения «стратегического и оперативного планирования».

Лауреат Нобелевской премии мира 2025 года Мария Корина Мачадо и другие оппозиционные лидеры последовательно выступали за международное давление, включая военное вмешательство США, для свержения Мадуро и установления «демократии». В 2019 году Мачадо заявила, что только «реальная, заслуживающая доверия серьезная и неминуемая угроза» применения международной силы убедит Мадуро уйти с поста.

И что ж — Мадуро свергнут, однако первые лица государства (и Трамп, и госсекретарь США Марко Рубио) заявили, что не собираются приводить Мачадо к власти в Венесуэле, поскольку у нее нет поддержки населения, и они не хотят разгула хаоса в стране и новых миграционных волн.

Ультраправый экстремист Леопольдо Лопес, эвакуированный в свое время из посольства Мадрида в Каракасе в Испанию, в интервью EFE заявил, что после двух десятилетий борьбы переговоры с режимом Николаса Мадуро больше не приносят результатов. По его мнению, Мадуро реагирует только на силу. Политик открыто поддержал возможность военного сценария. Он отметил, что «положительно оценил бы» атаку США на венесуэльской территории, если это приведет к отстранению Николаса Мадуро от власти. Лопес подчеркнул, что считает единственным законным президентом Эдмундо Гонсалеса, якобы победившего на выборах 2024 года при поддержке Марии Корины Мачадо.

Венесуэльская диаспора в Испании

Венесуэльская диаспора в Испании сформировалась несколькими волнами миграции. Состав общины разнообразен: от высокообразованных юристов, врачей и инженеров до предпринимателей и рабочих. В отличие от поколения переселенцев XX века, многие нынешние мигранты приехали в последние 5–10 лет, сохранив живую связь с родиной, где у них остались родственники и нереализованные профессиональные амбиции.

В 2025 году венесуэльцы впервые стали крупнейшей группой просителей убежища в Европейском союзе. Такая тенденция объясняется сокращением числа прибывающих сирийцев после падения правительства Башара Асада, а также ужесточением миграционного контроля в Средиземноморье, что привело к сокращению потоков из Туниса и Ливии.

Испания, чья миграционная политика считается более гибкой, чем у многих европейских стран, особенно привлекательна для венесуэльских семей. Общий язык и наличие уже сформировавшейся диаспоры также способствуют интеграции.

Испания дала приют целому ряду фигур ультраправой венесуэльской оппозиции и их семьям.

«Оппозиционер с плаката» — Леопольдо Лопес. Его семья на протяжении нескольких поколений была вплетена в политическую и экономическую элиту Венесуэлы. Мать Лопеса, Антониета Мендоса, — дочь Эдуардо Мендосы Гоитикоа, служившего министром сельского хозяйства в течение двух лет при президентстве Ромуло Бетанкура (с 1945 по 1948 год). По линии матери Лопес — потомок первого президента Венесуэлы Кристобаля Мендосы. Кроме того, Лопес — потомок Хуаны Боливар, сестры Симона Боливара.

Лопес получил элитное образование — окончил частную школу в Каракасе, затем Пристонскую школу Хана в США — частную школу-интернат, среди выпускников которой были саудовские принцы, а также дети президентов США и руководителей компаний из списка Fortune 500. Лопес получил степень бакалавра экономики и социологии в Кеньонском колледже (Огайо, США), закончил магистратуру в области публичной политики в Гарвардском университете (Школа управления им. Кеннеди). Утверждается, что Лопес начал сотрудничать с ЦРУ еще во время учебы в Кеньонском колледже.

Его карьера началась не в политике, а в государственной нефтяной компании PDVSA, где он работал экономистом-аналитиком в 1996–1999 годах. В 2006 году Лопес был обвинен в финансовых махинациях во время работы в государственной нефтяной компании «Петролеос де Венесуэла», после чего ему было запрещено занимать общественные должности в течение трех лет. 5 декабря 2009 года Лопес основал и возглавил движение «Народная воля», которое 14 января 2011 года было официально зарегистрировано в качестве политической партии. Он был одним из самых заметных авторов и исполнителей плана оппозиции по отстранению от власти президента Николаса Мадуро.

Антиправительственные протесты в Каракасе, начавшиеся 12 февраля 2014 года и возглавляемые Лопесом, Николас Мадуро назвал спланированной попыткой государственного переворота и обвинил Лопеса в организации заговора.

10 сентября 2015 года Лопес был приговорен к 13 годам, 9 месяцам и 7 дням тюремного заключения. 8 июля 2017 года тюремное заключение было заменено на домашний арест по состоянию здоровья. В июле 2017 года Лопес был переведен под домашний арест, а 30 апреля 2019 года бежал, после чего укрылся в посольстве Испании в Каракасе.

В октябре 2020 года, благодаря наличию у семьи испанского гражданства, он смог тайно покинуть Венесуэлу и вылететь в Мадрид. В 2020 году сообщалось, что Испания предоставила гражданство родителям, супруге и детям Лопеса. Отец политика, Леопольдо Лопес Хиль, был евродепутатом от испанской «Народной партии».

Побег Леопольдо Лопеса из Венесуэлы вызвал бурную реакцию властей страны, в частности президента Николаса Мадуро. Он обвинил Испанию в пособничестве Лопесу и задержал нескольких сотрудников испанского посольства в Каракасе, но после получения дипломатической ноты из Мадрида был вынужден отпустить задержанных.

Сегодня Леопольдо Лопес проживает в Испании с женой Лилиан Тинтори и тремя детьми. Он является приглашенным экспертом в Центре Вудро Вильсона (The Wilson Center) и Институте Freeman Spogli при Стэнфордском университете.

Также Лопес является сооснователем Всемирного конгресса свободы (World Liberty Congress), созданного в 2022 году как глобальная сеть неправительственных организаций по защите демократии. Он остается национальным координатором своей партии «Народная воля» (Voluntad Popular) и продолжает выступать как ключевой голос венесуэльской оппозиции за рубежом, публикуя статьи в ведущих международных СМИ. Его жена Лилиан продолжает вести так называемую правозащитную деятельность, фокусируясь на поддержке политических заключенных и их семей в Венесуэле.

Еще один элитный представитель венесуэльской диаспоры — Эдмундо Гонсалес — выдвиженец основанной в 2021 году Хуаном Гуайдо «Демократической унитарной платформы» (PUD). После того как ведущий кандидат от оппозиции Мария Корина Мачадо была отстранена от участия правительством в июне 2023 года, основным кандидатом на пост президента в 2024 году от коалиции «Единая платформа» стал 75-летний бывший дипломат Эдмундо Гонсалес, до этого не слишком известный широкой публике.

Несмотря на свою «мирную» внешность, Эдмундо Гонсалес — в бытность свою заместителем главы посольства Венесуэлы в Сальвадоре с 1979 по 1985 годы, имел отношение, как утверждает кубинская журналистка Надиа Диас с опорой на рассекреченные документы ЦРУ, к организации эскадронов смерти, которые физически уничтожали сторонников теологии освобождения (синтеза христианства и марксизма), в том числе священников.

Победу на выборах 2024 года одержал Николас Мадуро, однако оппозиционная коалиция заявила, что, согласно собранным ею протоколам с более чем 80% избирательных участков, победил Эдмундо Гонсалес, и назвала официальные результаты масштабной фальсификацией. После этого тысячи венесуэльцев вышли на улицы на антиправительственные демонстрации.

Гонсалес бежал в Мадрид в сентябре 2024 года после того, как был выдан ордер на его арест по обвинению в заговоре. Оппозиционера обвиняют также в отмывании денег и подделке документов и в других преступлениях. Он покинул Венесуэлу и бежал в Испанию, попросив у испанского правительства политического убежища. По словам министра иностранных дел Испании Хосе Мануэля Альбареса, Гонсалес при побеге из Венесуэлы воспользовался самолетом военно-воздушных сил Испании. США и другие западные страны считают Гонсалеса настоящим избранным президентом Венесуэлы.

Гонсалес продолжает отстаивать позицию венесуэльской оппозиции на международном уровне. В октябре 2024 года Европейский парламент присудил ему вместе с Марией Кориной Мачадо премию Сахарова «за их смелую борьбу за восстановление свободы и демократии в Венесуэле». Парламент признал его «законно избранным президентом» страны.

Еще одним из наиболее влиятельных и последовательных лидеров венесуэльской оппозиции считается Хулио Борхес — его противодействие правительству Уго Чавеса, а затем Николаса Мадуро продолжается уже более двух десятилетий.

В 2018 году власти Венесуэлы обвинили его в причастности к покушению на Мадуро с использованием дронов, выдав ордер на его арест по обвинениям в госизмене и терроризме. Борхес назвал эти обвинения «фарсом», а само покушение — возможной инсценировкой для устранения оппозиции.

Он является соучредителем политической партии «Сначала справедливость» (Primero Justicia), основанной в 2000 году вместе с Леопольдо Лопесом и Энрике Каприлесом. Бежав из Венесуэлы, Борхес сначала получил убежище в Колумбии, сейчас живет в Испании. Занимается международной юридической и политической защитой дела оппозиции, имеет меньшую публичную активность. Борхес является профессором политических переговоров в Католическом университете Валенсии и входит в консультативный совет Института американских исследований CEU в Мадриде.

Венесуэльская диаспора в Испании и ее реакция на события 3 января

По данным Международной организации по миграции, на фоне политических потрясений, социально-экономической нестабильности и продолжающегося гуманитарного кризиса Венесуэлу покинули более 7 млн жителей, что составляет примерно четверть всего населения страны. Это крупнейший миграционный кризис в новейшей истории Латинской Америки.

В Испании находится одна из самых крупных и заметных венесуэльских общин. По последним официальным данным, ее численность составляет около 400 тысяч человек. Испания является крупнейшим центром венесуэльской диаспоры в Европе и одним из ключевых в мире после Колумбии и Перу.

3 и 4 января 2026 года после военной операции США в Венесуэле и похищения действующего президента Николаса Мадуро тысячи венесуэльцев вышли на центральные площади Мадрида (Пуэрта-дель-Соль), Валенсии и других городов. Сначала настроение демонстрантов было ликующим, однако эта радость быстро сменилась более организованными акциями — прозвучали лозунги в поддержку Марии Корины Мачадо и Эдмундо Гонсалеса Уррутии.

Гонсалес, которого оппозиция считает избранным президентом после выборов 2024 года, назвал этот момент решающим для «восстановления Венесуэлы». В своем заявлении в сети X вскоре после нападения он написал: «Венесуэльцы, это решающие часы, знайте, что мы готовы к грандиозной операции по восстановлению нашей нации. 2026 год станет годом национальной консолидации. Пришло время вернуть страну».

Эдмундо Гонсалес публично призвал правительство Испании и международное сообщество добиваться «явного признания» его победы на выборах 28 июля 2024 года в Венесуэле как единственного законного средства восстановления Венесуэлы. Этот вопрос он обсудил в телефонном разговоре с премьер-министром Испании Педро Санчесом. Он подверг сомнению легитимность временного президента Делси Родригес и выразил скептицизм в отношении «тактических жестов» властей, таких как выборочное освобождение заключенных.

Позиция Гонсалеса направлена против стратегии США, которые предпочли не ввергать страну в хаос, неизбежный, если во главе Венесуэлы поставить представителя радикальной оппозиции. Санчес, со своей стороны, сообщил о поддержке диалога с Родригес для сближения позиций и предотвращения социального кризиса.

Леопольдо Лопес поддержал военную операцию США в Венесуэле, в результате которой погибли в том числе и мирные люди. Это неудивительно, если учесть, что на его руках кровь погибших во время гуаримбы — уличных войн, которые Лопес координировал в 2014 году. Нанятые оппозицией боевики (а самого Лопеса финансировал американский Национальный институт за демократию) обливали бензином и сжигали заживо одиночных прохожих — сторонников Чавеса, сжигали автобусы, забрасывали бутылками с зажигательной смесью госорганизации, в том числе и больницы.

В интервью изданию EFE Лопес выразил надежду, что военное вмешательство США и отстранение от власти действующего президента Николаса Мадуро приведет к «полной демократизации Венесуэлы». По словам политика, в стране наступил переходный период, однако сохранение власти у правительства Делси Родригес пока не гарантирует демократических изменений. Лопес подчеркнул, что текущий процесс должен быть самостоятельным и не сводиться лишь к экономической стабилизации. Лопес также выразил надежду на проведение прозрачных выборов и подтвердил свое намерение вернуться в страну для продолжения политической борьбы.

Отец оппозиционера-экстремиста Леопольдо Лопес Хиль, заявил изданию LA GACETA, что испытывает «большое волнение и надежду» в связи с новостью о захвате президента Венесуэлы Николаса Мадуро.

«То, что у нас есть сейчас, — это вызов, который стоит перед нами. Сейчас время радости и надежды, время, когда нужно сесть и подумать о восстановлении страны, которая была разрушена за последние 25 лет», — сказал он. Также он выразил надежду на скорейшее освобождение политических заключенных.

Громче всех приветствовала американское вторжение давняя соратница Лопеса Мария Корина Мачадо. И Лопес, и Мачадо участвовали в попытке переворота в 2002 году против Уго Чавеса. И Лопес, и Мачадо были связаны с тогдашним президентом США Джоржем Бушем — младшим.

В сообщении в социальных сетях сразу после нападения она заявила: «Венесуэльцы, час свободы настал!». Еще до событий 3 января она начала торговать природными богатствами страны и пообещала иностранным инвесторам полный доступ к ресурсам Венесуэлы.

«Забудьте о Саудовской Аравии, забудьте о саудитах. Я имею в виду, что у нас больше нефти. У нас бесконечный потенциал, и мы собираемся открыть наши рынки, мы собираемся вытеснить правительство из всех секторов. Мы собираемся приватизировать всю нашу промышленность. Венесуэла обладает огромными ресурсами: нефтью, газом, полезными ископаемыми, редкоземельными элементами, технологиями», — заявила она в интервью сыну президента США Дональду Трампу-младшему.

«Мы знаем, что нам нужно делать, и американские компании имеют сверхстратегические возможности для инвестиций. <…> Венесуэла станет самой блестящей возможностью для инвестиций США. Американские компании собираются заработать много денег», — добавила она.

Желания и возможности не совпали

После того как первые эмоции по поводу незаконной военной операции США и похищения Николаса Мадуро утихли, к венесуэльской оппозиции пришло осознание, что от первоначальных планов по немедленному замещению государственных постов в Каракасе придется отказаться. Стратегия венесуэльской оппозиции претерпела пересмотр — главной задачей стал организованный возврат основных политических фигур в страну.

Основной причиной такого решения стала позиция Дональда Трампа в отношении Делси Родригес. Администрация США выбрала тактику взаимодействия с текущей администрацией Венесуэлы, чтобы не разрушать действующий государственный аппарат и избежать хаоса. Если правительство Венесуэлы окажется сговорчивым, то шансы оппозиции немедленно взять управление в свои руки сводятся к нулю.

Позднее Эдмундо Гонсалес опубликовал в социальных сетях тезис о «стратегическом терпении», его мнение поддержал и бывший мэр Каракаса Антонио Ледесма.

«Процессы демократического перехода не являются линейными и простыми, они требуют опыта, исторического видения и способности различать срочное и существенное. Демократия строится на твердых принципах и ответственных решениях, даже в самых сложных условиях», — написал Гонсалес.

Тем не менее, возвращение ключевых фигур и обеспечение их безопасности рассматриваются оппозицией как первоочередные условия для начала политического процесса. Оппозиционные круги возлагают большие надежды на прибытие американских дипломатов и возобновление работы посольства США, закрытого с 2019 года. Несмотря на похищение Мадуро, у оппозиции нет уверенности в том, что она сможет прийти к власти, ввиду отсутствия поддержки у населения. Поэтому мало кто из венесуэльской оппозиции поспешил «собирать чемоданы». Многие признают, что «условия для возвращения еще не созданы».