logo
Новость
/ Париж

Феминистские ассоциации берут шефство над ФКП. Неужели она тоже #metoo?

«Отдай мне свои глаза, и я подарю тебе новые»«Отдай мне свои глаза, и я подарю тебе новые»
Цитата из м/ф «Коралина в стране кошмаров». Режиссер Генри Селик, США, 2008

Французская коммунистическая партия совместно с феминистскими ассоциациями создаст комиссию нравов для предотвращения сексуальных домогательств в рядах партии и ее молодежного крыла, заявил генеральный секретарь ФКП Фабьен Руссель. Об этом и об отчислении трех членов коммунистического движения 13 марта написал Этьен Бальди в журнале Le Monde.

Генеральный секретарь коммунистической партии Франции Фабьен Руссель объявил, что за последние несколько дней три члена ФКП, движения молодых коммунистов Франции (MJCF) и Союза студентов-коммунистов (UEC) были исключены из партии за акты «сексуальных и сексистских преследований и агрессии». По его словам, «за десять дней» были зарегистрированы «одиннадцать случаев» сексуальных домогательств.

Руководство ФКП объявило о создании внешнего органа в партнерстве со специализированными феминистскими ассоциациями, призванного «собрать свидетельства жертв и прояснить ситуацию».

Началось это год назад. В рамках компании #metoo в январе 2018 года, издание Le Monde узнало о случае, когда во время конгресса ФКП в 2016 году, после вечера с обильными возлияниями, одна из участниц движения заночевала в комнате молодежного лидера в отеле, где подверглась приставаниям. С начала года в Le Monde, L’OBS, Liberation и социальных сетях появилось несколько подобных «свидетельств».

Либеральные издания приложили немалые усилия для раздувания скандала. Выпуская по нескольку тематических статей в месяц, они создают ложное впечатление массовости явления, что объясняется их политическими интересами. С одной стороны, они поддерживают притязания воинственного феминизма, с другой — компрометируют политического конкурента.

Но зачем Компартии для наведения внутрипартийной дисциплины понадобились курируемые глобальным капиталом феминистские организации, т. е. по сути отказ от субъектности, понять не представляется возможным.

Фабьен Руссель объявил о мерах «нулевой терпимости» к подобным случаям еще год назад. В начале марта нынешнего года борьбу против сексизма начали в молодежном коммунистическом движении.

Вместо борьбы с пьянством среди молодежи генеральный секретарь ФКП выдал поистину странное заявление: «Я обращаюсь ко всем жертвам, активистам и активисткам, что мы верим им и хотим понять, как все это происходит. Сегодня в случае доноса, мы прежде всего верим жертве. В обществе слишком много самоуспокоенности, как и у нас. Нужно, чтобы мужчины знали, что с нынешнего момента, простого свидетельства женщины будет достаточно, чтобы их выгнать из партии, у нас такое не пройдет». Если он не оговорился и Le Monde правильно цитирует его слова, генсек ФКП, в целях толерантности, готов по доносу, без суда и следствия раправляться с членами партии. И эти люди говорят о тоталитаризме!

Le Monde, естественно, одобряет послушное поведение руководства ФКП, но считает его недостаточным. Этьен Бальди, например, пишет: «Босс ФКП, действительно задетый этими откровениями, связанными с организацией, которая „считается образцово феминистской и равноправной“, демонстрирует большую твердость». При этом в других статьях приводятся мнения феминисток, которые оказались «глубоко возмущены» тем, что ФКП не попросила прощения у «жертв». О том, были ли действительно жертвы и в чем состоит суть обвинений, читателю не сообщают. Девица, заночевавшая в подпитии у молодого человека, на жертву не тянет, потому как акта насилия не произошло.О том, что случилось в других «случаях», журналисты умалчивают, но прозрачно намекают на что-то плохое.

Напомним, происхождение хэштега #metoo («я — тоже» — пер. ред.) приписывается руководителю организации «Girls for Gender Equity» («девушки за гендерное равенство» — пер. ред.) Таране Берк, снявшей в 2006 году документальный фильм о сексуальном насилии в черных районах Америки. Когда интерьвьюируемая рассказала о пережитом насилии, она ответила: «Я — тоже». Лозунг пригодился и получил распространение в 2017 году, когда началась всеобщая борьба против «сексизма».

Напомним также, кампания против сексуального насилия набрала обороты после раскрутки дела американского продюсера Харви Вайнштейна, обвиненного в домогательствах. Флэшмоб голливудских «звезд» под тэгом #metoo, массово и публично обвинивших деятелей киноиндустрии в насилии, был подхвачен другими секторами. В результате зачастую недоказанных обвинений, затрагивающих известных людей, как правило, режиссеров, журналистов и политиков, многие из них теряют работу, статус и честное имя. Западные издания даже практикуют публикацию «черных списков» обвиняемых. Хэштег #metoo был использован в соцсетях около 5 млн раз.

Понятие «сексизм» было введено в рамках концепции гендера и основано на политизации взаимоотношения полов. Любое проявление сексуальности (кроме случаев нарушения сексуальной идентичности, которые как раз пропагандируются) попадает под то или иное определение сексизма, толкование которого расширено без ограничений. Создатели гендерной идеологии выделяют как «враждебный сексизм», т. е. «убеждение о неполноценности женщин по отношению к мужчинам», так и «доброжелательный сексизм», «систему стереотипных убеждений о женщинах, которые порождают субъективно положительные чувства в отношении женщин в том, кто их испытывает, а также склонны вызывать поведение, обычно классифицируемое как просоциальное (например, помощь, заботу). Этот тип сексизма дискриминирует женщин, так как основывается на превосходстве мужчин, сильного пола.» (определение американских «ученых» П.Глика и С. Фиске). Таким образом, любое проявление интереса или даже заботы к другому полу может быть названо домогательством.

Комментарий редакции

Сторонники концепции утверждают, что каждая пятая женщина во Франции и во всем мире хотя бы один раз в жизни подвергалась сексуальному насилию. Правда, при близком рассмотрении этого документа выясняется, что опрос «жертв» проводился только среди женщин, предварительно прошедших тренинг в соответствующих феминистских ассоциациях.

Еще более тревожным фактом стал отказ западного общества от презумпции невиновности. Голословное обвинение может быть использовано в корыстных целях, например, в случаях конкуренции, ревности или мести, а обвиняемый без суда и следствия вылетает из активной жизни. Пропаганда ненависти к противоположному полу, практикуемая новой волной феминизма, служит распространению доносительства, жесткого контроля над любыми проявлениями межличностных отношений как в семье, так и в профессиональной деятельности, и становится инструментом по устранению неугодных.