Кургинян: почему Россия ведет спецоперацию ограниченным контингентом?

Изображение: Скопина Ольга © ИА Красная Весна
Армия России
Армия России
Армия России

Более серьезно взглянуть на два понятия, характеризующие происходящее на Украине, предложил обществу политолог, лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян в статье «Не сегодня, но очень скоро», опубликованной 29 июня в газете «Завтра».

«Мне кажется, что общество недостаточно серьезно относится к двум понятиям, раскрывающим характер всего, что осуществляется в настоящий момент на Украине. Эти два понятия — спецоперация и ограниченный контингент», — обозначил главный вопрос Сергей Кургинян.

В основе этих понятий, отмечает политолог, лежит уверенность в том, что современная Россия может успешно воевать, сохраняя при этом спокойное и комфортное течение жизни на своей территории, поскольку сохранение так называемого качества жизни обладает высшей ценностью и потому является константой.

«Да, у России есть преимущество в тяжелой технике, и оно имеет огромное значение. Да, наши войска проявляют скромный ратный героизм и идут вперед вопреки всем… обстоятельствам. Но поскольку настойчиво и абсолютно справедливо говорится еще и о минимизации потерь, то движение наших войск таково, каким оно только и может быть в силу всех вышеописанных обстоятельств. Это героическое движение!» — признал политолог.

Тем не менее, указывает Сергей Кургинян, необходимо сформулировать, в силу какой логики, высших ценностей и целей происходящее на Украине названо «спецоперацией», проводимой «ограниченным контингентом».

Это объясняется тем, что «творящееся на Украине ни в какой степени не повлияло на драгоценную современную нормальную жизнь граждан России». «Поэтому спецоперация не война, поэтому ограниченный контингент. Только поэтому, понимаете?» — указывает политолог.

Напомнив, что Украина ведет оборонительные бои преимущественно в промышленных зонах с мощными оборонительными укреплениями, эксперт подчеркнул, что «для штурма таких оборонительных структур необходимо кратное преимущество штурмующих перед обороняющимися. Но обороняющихся — не буквально, а по факту призыва под ружье — 700–800 тысяч, а тех, кто их штурмует, всех в совокупности вместе с войсками ЛДНР, тысяч 350». То есть речь идет о двукратном численном преимуществе обороняющихся.

Это происходит потому, что даже незначительная мобилизация избыточно потревожит нормальную и спокойную жизнь российского общества.

«Для того, чтобы хотя бы удвоить количество наших войск на Украине, надо перебросить на Украину хотя бы всех контрактников. Предложив им перед этим или разорвать контракт, или осознанно идти на риск, являющийся неотъемлемой частью военной профессии, — пишет Кургинян. — Но тогда надо организовать невероятно мягкую мобилизацию, призвав резервистов только для несения безопасной службы на территории России. Но уже даже такая мягкая мобилизация недопустима, потому что она хотя бы в малой степени тревожит нормальную и этим драгоценную жизнь российского общества».

Идея «нормальной жизни» несовместима с реальностью в условиях войны Запада против России. В этой ситуации разговор российских идеологов «на языке нового антизападного брежневизма» неубедителен. «На какой собственно язык должны перейти „киты“ прошлой информационно-идеологической системы для того, чтобы стать убедительными в новых условиях?» — задает вопрос политолог.

Без фундаментального изменения общества стратегическая победа становится невозможной даже в условиях тактической победы на Украине, подчеркивает он. Необходимо «одновременно опираться на существующую Россию, более зорко видеть ее изъяны и с осторожной настойчивостью строить Россию новую. Потому что или мы ее построим, или всё человечество рухнет в бездну. Но без построения новой России эта бездна поглотит Россию старую. Не сегодня на Украине — тут мы, скорее всего, справимся. Не сегодня, повторяю. Но очень и очень скоро», — подвел итог политолог.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER


Другие статьи из сборника «Украинство»