Польша отвечает бандеровцам жертвами, а не героями
Польша отвечает на украинскую героизацию УПА (организация, деятельность которой запрещена в РФ) только увековечиванием памяти жертв Волынской резни, потому что не может найти своих героев, сообщает европейская редакция ИА Красная Весна.
11 июля премьер-министр Дональд Туск анонсировал возведение Стены Памяти в честь жертв Волынской резни, устроенной украинскими националистами в 1943–1944 годы. Это стало ответом правительства Польши на очередной акт героизации палачей этих жертв на территории, подконтрольной киевскому режиму — присвоение тренировочному центру имени «Героев УПА» (организация, деятельность которой запрещена в РФ).
Ранее на этот поступок также отреагировал президент Польши Кароль Навроцкий, лишив главу киевского режима ордена Белый Орел. Однако глава МИД Польши Радослав Сикорский осудил этот поступок, заявив, что не стоит подрывать таким образом отношения с Украиной, а достаточно отвечать на героизацию УПА (организация, деятельность которой запрещена в РФ) увековечиванием памяти их жертв.
Почему же ответом палачам становятся жертвы, а не герои, с ними сражавшиеся? Неужели на территории Польши не было тех, кто давал отпор бандеровцам?
Эти силы были, однако их память в Польше предается забвению.
В первую очередь, это, конечно советские войска, которые освобождали Польшу от немецко-фашистских захватчиков в результате Висло-Одерской операции. При освобождении Польши от гитлеровской оккупации, в том числе — в борьбе с бандеровцами, советские войска понесли около 600 тыс. общих потерь, из них около 232 тыс. безвозвратных (погибшие, умершие от ран, пропавшие без вести).
Во-вторых, это польские антифашисты из Гвардии Людовой, а в последствии и Армии Людовой которые проводили как военные, так и партизанские операции. Их численность составляла по разным оценкам от 20 до 60 тыс. человек.
Однако в результате политики декоммунизации и работы Института Национальной памяти, также руководимым президентом Каролем Навроцким, Польша расправляется как с памятью о советских освободителях, так и с памятью о просоветских польских подпольщиках. Значит — эти герои запрещены.
Конечно, Польша могла бы в очередной раз вспомнить о польских националистах из Армии Крайовой, которая хоть и вступала в стычки с советскими войсками, однако действительно отвечала на действия бандеровцев против поляков. Однако, эти ответные действия также сопровождались жертвами среди гражданского населения, а Польша в отличие от Украины не любит вспоминать эти эпизоды и пока не готова упиваться зверствами своих собственных националистов. По крайней мере — не вся.
Чтить жертвы конечно необходимо, но полноценным ответом может быть только антибандеровский героизм. Пока поляки формируют идентичность только на основе беспомощной жертвы, украинские неонацисты довольно потирают руки и продолжают давить на поляков, ожидая от них моральной капитуляции.
