«Когда от нас требуют, чтобы мы отреклись от собственных предков, возненавидели свою страну и пропитались отвращением к книгам, которые читаем своим детям, — за этим, знаете ли, кроется что-то глубинное»

К борьбе вокруг детских книг подключилась племянница вице-президента США

Георг фон Розен. Рождественское волшебство. 1872
Георг фон Розен. Рождественское волшебство. 1872
Георг фон Розен. Рождественское волшебство. 1872

Решение о прекращении выпуска шести «неполиткорректных» книг главного детского писателя США, Доктора Сьюза, вызвало обострение дискуссии между консерваторами и сторонниками мультикультурализма. 5 марта со страниц газеты The Washington Post в полемику по этому вопросу вступила племянница вице-президента США Камалы Харрис, активистка Мина Харрис.

Запрет

Доктор Сьюз (1904–1991, настоящее имя Теодор Гайзель) — популярный детский писатель для самой маленькой возрастной аудитории в США. Его книги («Кот в шляпе», «Зеленые яйца и окорок», «Как Гринч украл Рождество» и другие) проданы в количестве более 600 млн экземпляров. В 1984 году писатель получил Пулитцеровскую премию за «полувековой вклад в обучение и наслаждение детей и родителей США».

Критики объясняют успех книг Сьюза тем, что он использовал небольшой словарный запас из простых слов, доступных детям, но при этом мастерски выстраивал их в рифмы, каламбуры, и создавал яркие, сочные образы. В фантастическое приключение Сьюз мог превратить простой поход персонажа из школы домой или игру с кошкой.

Будучи профессиональным аниматором, Сьюз сам делал иллюстрации для своих книг в узнаваемом авторском стиле.

2 марта компания Dr. Seuss Enterprises («Доктор Сьюз Энтерпрайзес»), владеющая правами на книги и персонажей Доктора Сьюза, объявила о прекращении выпуска шести книг писателя («Аnd to Think That I Saw It on Mulberry Street», «If I Ran the Zoo», «McElligot’s Pool», «On Beyond Zebra!», «Scrambled Eggs Super!» и «The Cat’s Quizzer»). Компания не только прекратит издавать эти книги сама, но и не будет выдавать лицензию на их публикацию другим издательствам. Пресс-релиз «Доктор Сьюз Энтерпрайзес» гласит, что эти книги изображают людей «оскорбительным и неправильным образом».

Изображение: Авторская иллюстрация Доктора Сьюза к книге «Аnd to Think That I Saw It on Mulberry Street»
«Китаец, который ест палочками»
«Китаец, который ест палочками»
палочками»есткоторый«Китаец,

После этого интернет-магазин объявлений eBay (аналог российского «Авито» и ему подобных) запретил продажи даже подержанных книг из этого списка. Цена за новые бумажные экземпляры на Amazon подскочила до уровня около $300.

Консервативная реакция

На события живо отреагировали республиканские и консервативные ресурсы. Обсуждение ситуации вокруг книг Сьюза началось сразу же, 2 марта, в том числе на крупнейшем прореспубликанском телеканале Fox News. Например, Такер Карлсон, ведущий собственного политического шоу, 4 марта в прямом эфире подверг решение eBay резкой критике.

«Раньше Доктор Сьюз был излюбленным детским писателем, но всего за несколько дней он стал хуже Гитлера! На eBay можно купить экземпляр Mein Kampf (экстремистская литература, распространение которой запрещено на территории РФ — прим. ИА Красная Весна), можно купить и какую угодно расистскую дрянь, если она про „белую хрупкость“ и за авторством Робин Дианджело. Но ряд книжек Доктора Сьюза удалили за, цитирую, „оскорбительные изображения“. Официальный представитель eBay сформулировал это так: „eBay в данный момент подчищает наш рынок, чтобы убрать эти товары“. Теперь вам непозволительно даже купить подержанный экземпляр книг Доктора Сьюза — это слишком опасно!» — возмутился Карлсон.

Приглашенный Карлсоном эксперт, телеведущий медиапроекта с правым уклоном The Daily Wire Мэтт Уолш пояснил, что случай с Доктором Сьюзом — лишь частное проявление проблемы. Суть же ее в том, что у ведущих корпораций есть возможность уничтожать высказывания, которые они посчитали оскорбительными, и они ей пользуются. И не так важно, имеют ли они юридическое право на такие действия. Главный вопрос — хорошо ли это для страны, когда корпорации решают, что можно видеть или читать вам и вашему ребенку?

Также Уолш отметил странную «внезапность» частичного запрета книг Доктора Сьюза, которые до этого издавались 80 лет. Эксперт предположил, что эта внезапность имеет ту же природу, что и неожиданное решение снести тысячи памятников летом 2020 года. По словам Уолша, происходящее можно объяснить только массовой истерией общества. Гипотез о том, кто индуцирует эту истерию, Уолш не высказал.

«Когда от нас требуют, чтобы мы отреклись от собственных предков, возненавидели свою страну и пропитались отвращением к книгам, которые читаем своим детям, — за этим, знаете ли, кроется что-то глубинное», — подвел итог разговора Такер Карлсон.

Демократический ответ

Последователи «политкорректности» также не оставались в стороне от дискуссии. Так, 5 марта в The Washington Post была опубликована статья Мины Харрис. Мина Харрис — адвокат, общественный активист, руководитель компании Phenomenal Woman («Феноменальная женщина», компания торгует предметами одежды с надписями), сама автор двух детских книжек. И, помимо прочего, — племянница нынешнего вице-президента США Камалы Харрис.

Мина Харрис (как и Уолш) сетует, что дискуссия о Докторе Сьюзе уводит от главной темы. Которая, по ее мнению, такова: что должна представлять из себя детская литература?

Автор считает, что принятое издателем решение не имеет никакого отношения к так называемому явлению «отмены культуры», как это утверждают правые. Ведь решение принималось Dr. Seuss Enterprises после работы с группой экспертов. И результатом работы стало осознание, что шести книгам, продвигающим «расистские стереотипы», не место в детской литературе.

«Это не референдум о том, был ли Доктор Сьюз расистом. И не попытка заставить родителей чувствовать себя виноватыми за то, что у них на книжной полке стоят „Зеленые яйца и ветчина“. Это просто ответ на экстренную и не обсуждающуюся проблему расизма и неравномерного представительства в книгах, которые мы даем детям», — пишет Харрис.

По мнению Харрис, перед родителем, растящим ребенка в «мультикультурной» среде, стоит важная задача — не передать ребенку расовые стереотипы, которые впитали они сами. Выполнению этой задачи препятствуют «детские скрепы» (staples), которые явно и подсознательно транслируют оскорбительные идеи. И это не только книги Сьюза, но и мультфильм «Книга Джунглей», персонажи детских книг слон Бабар и обезьянка Любопытный Джордж, а также большая часть диснеевской классики.

Книги, которые в детстве читал ребенок, определяют его словарный запас, моральные нормы и мировоззрение. Поэтому, по словам Харрис, проблема существующей детской литературы заключается не только в расистских стереотипах, заложенных в книгах, но и в недостаточной представленности меньшинств (инклюзивности). Ссылаясь на проведенное педагогическим училищем при университете Висконсин-Мэдисон исследование, Харрис сообщает, что в 50% детских книг персонажи белые, на персонажей с другим цветом кожи и животных приходится лишь по 25%.

«Увеличение представительства меньшинств и избегание расизма в детских книгах не является спорным вопросом. До сих пор книги для детей описывали представителей доминантной культуры, и писались тоже ими. Логично, что те, кого устраивает данный статус-кво, видят в попытках сделать детскую литературу более представительной разрушение, а не необходимость», — объясняет Харрис.

Активистка предлагает почитателям доктора Сьюза обратить внимание на другие его книги, в которых осуждается дискриминация, поднимаются проблемы неуслышанных мнений, экологии и балансирования на грани ядерной войны.

Харрис отметила, что сейчас открылась возможность дать доступ к созданию детской литературы цветным авторам и иллюстраторам, и не следует фокусироваться на месте Доктора Сьюза в «вечной культурной войне».

«Прекращение выпуска книг с изображениями оскорбительных стереотипов — это решение только части проблем. Помимо этого, надо активно рассказывать новые, инклюзивные истории, чтобы каждый ребенок мог ассоциировать себя с персонажем, которому доступны все возможности», — заключила Харрис.

О чём сказала Харрис?

За обтекаемыми формулировками и словами «за все хорошее» Мины Харрис скрывается ряд определенных посылов.

Во-первых, это жесткий, даже тоталитарный запрет на дискуссию. Словами «это не референдум» и ссылками на работу издателя с экспертами она фактически утверждает право корпораций на цензуру, о котором и говорил Уолш. При этом свое мнение о пути развития детской литературы Харрис весьма безапелляционно выводит из числа «спорных вопросов».

Во-вторых, успокаивая родителей, Харрис говорит, что никто не хочет заставить их чувствовать вину за обладание книгой Green Eggs and Ham («Зеленые яйца и ветчина»). Но эта книга не входит в черный список шести «неправильных» книг. Странно было бы, чтобы за нее заставляли чувствовать вину. А что с теми книгами, которые входят? Все-таки будут заставлять?

В-третьих, Харрис, уверяя, что никакой «отмены культуры» не происходит, уже обозначает следующие цели: слона Бабара, обезьяну Джорджа и классические диснеевские мультфильмы. Так происходит отмена культуры или нет?

В-четвертых, и самое главное — Харрис умалчивает, доступ к каким «всем возможностям» должна транслировать детская литература вместо ненавистных «скреп»? У человека много возможностей, в том числе разрушительных для его личности и общества. От однополых отношений до всеобщей ненависти, мизантропии и оккультизма.

Для своих дочерей Мина Харрис написала книгу «Амбициозная девочка». По ее сюжету некая темнокожая девочка видит, как по телевизору темнокожую же женщину-политика клеймят «слишком напористой», «слишком амбициозной».

После этого девочка узнает, с какими вызовами женщины сталкиваются в настоящем, прошлом и даже будущем, и как нужно «переопределить» значения слов, чтобы их преодолеть.

В рекламный слоган книги в магазине Amazon вынесены слова главной героини: «Никакое „слишком то“ и „слишком сё“ не остановит то, что цветет внутри нас».

Какие же цветы растут на безжизненных полях тех, кто тоталитарными методами пытается уничтожить шаг за шагом культуру целого народа и насадить новую, свою, в качестве единственно верной?