The Mainichi: улучшит ли уход Абэ японо-корейские отношения?

Большую аналитическую статью о будущем японо-корейских отношений после ухода Абэ опубликовала 15 сентября одна из ведущих японских газет «Майнити симбун». Выдержки из публикации в переводе мы представляем читателям ИА Красная Весна.

Редкая похвала прозвучала из Южной Кореи в японский адрес после многих лет дипломатических скандалов и яростных столкновений между Абэ и президентом Южной Кореи Мун Чжэ Ином, и это случилось только после того, как японский премьер-министр объявил, что он уходит в отставку после восьми лет пребывания на своем посту по состоянию здоровья.

С приходом к власти Абэ и Муна отношения между ключевыми азиатскими союзниками США упали до новых минимумов, а недовольство историей военного времени перешло в обострение торговых и военных вопросов. Нынешняя политическая встряска Японии может дать Южной Корее шанс прояснить отношения между соседями-соперниками.

Высокопоставленные южнокорейские чиновники во время недавнего заседания Совета национальной безопасности пообещали «продвинуть зашедшие в тупик переговоры по нерешенным вопросам», как только новый японский лидер займет свое место. Есихидэ Суга, правая рука Абэ, в понедельник выиграл голосование руководства правящей партии Японии, практически гарантировав, что парламент выберет его следующим премьер-министром. Суга также намекнул на улучшение отношений с Южной Кореей.

«Китай и Южная Корея — соседи, и хотя между нами существуют сложные проблемы, я планирую проводить дипломатию, которая позволит нам всегда общаться и развивать стратегические отношения с ними, а не выбирать одну или другую страну», — сказал он в ходе недавних дебатов.

Хорошие отношения имеют решающее значение как для Японии, так и для Южной Кореи. Несмотря на свои политические конфликты, они остаются экономически тесно связанными и сталкиваются с аналогичными проблемами. К ним относятся растущий ядерный арсенал Северной Кореи и растущая мощь Китая.

Они также разделяют долгосрочную неопределенность в отношении своего союзничества со все менее привлекательными Соединенными Штатами, в которых Дональд Трамп провозгласил новый подход «Америка прежде всего» и начал жаловаться на затратность размещения 80 000 американских военнослужащих в Южной Корее и Японии.

«Уменьшение разногласий с Токио улучшило бы координацию альянса с Соединенными Штатами, помогло бы справиться с региональной неопределенностью в отношении Китая и предоставило бы Сеулу рычаги влияния в отношениях с Северной Кореей», — считает Лейф-Эрик Исли, профессор Университета Ewha в Сеуле.

Однако остается неясным, станет ли уход Абэ поворотным пунктом в отношениях соседей. Взаимное негодование имеет глубокие корни и выходит за рамки личности отдельных политиков.

Для южнокорейцев Абэ был менее симпатичен, чем даже северокорейский лидер Ким Чен Ын, согласно ноябрьскому опросу Gallup Korea. Абэ часто рассматривался в Южной Корее как правый националист, стремящийся обелить японский колониализм и зверства на Корейском полуострове во время Второй мировой войны.

Однако, возлагая вину за плохие отношения исключительно на Абэ, его критики упускают из виду широкую общественную поддержку, которую он получил дома за жесткую политику в отношении Южной Кореи. В Японии широко распространено мнение, что Южная Корея нарушает международные нормы, постоянно возвращаясь к вопросам военного времени, которые должны были быть решены, отмечает Чхве Ын Ми, японовед из южнокорейского Института политических исследований Asan. «Отставка Абэ действительно открывает окно для улучшения отношений, но ожидать значительных изменений нереально», — считает она.

Будут шансы возобновить зашедшие в тупик переговоры между лидерами стран, включая возможный трехсторонний саммит с Китаем, который Южная Корея надеется провести в ноябре. Но Сеулу и Токио потребуется больше времени, чтобы «заново открыть свою важность друг для друга» помимо их взаимозависимости в вопросах безопасности и сотрудничества с Вашингтоном, говорит Чой.

Южная Корея и Япония на протяжении всей своей истории отличались друг от друга, но прежняя политическая напряженность была смягчена оживленной торговлей, культурными обменами и туризмом.

Так было до 2019 года, когда Япония ввела экспортные пошлины на химические вещества, жизненно важными для полупроводниковой промышленности Южной Кореи, что вызвало всплеск национального возмущения в Южной Корее и массовый бойкот японской продукции.

Мун обвинил правительство Абэ в торговле оружием, чтобы отомстить за решения Верховного суда Южной Кореи в 2018 году, которые обязали японские компании предложить репарации стареющим корейским истцам, которые были вынуждены работать в рабстве в военное время.

Позднее Сеул пригрозил Токио расторгнуть соглашение о военной разведке, ставшее главным символом их трехстороннего сотрудничества с Вашингтоном в области безопасности. В конце концов Корея отступила после давления со стороны администрации Трампа, которая до тех пор, довольствовалась тем, что позволяла своим союзникам публично демонстрировать свою вражду.

Напряженные отношения Южной Кореи и Японии повредили их способности справляться с непредсказуемой внешней политикой Трампа, который поставил под сомнение ценность альянсов США, одновременно повышая напряженность в отношениях с Китаем, главным торговым партнером для обеих стран, заметил Пак Вон Гон, профессор южнокорейского Университета Хандонг. «В идеале тесная координация усилий Южной Кореи и Японии помогла бы администрации Трампа проводить свои региональные стратегии в рамках международных норм и правил», — считает Пак.

Южной Корее, вероятно, придется ликвидировать разрыв между своими внутренними судебными решениями и существующими двусторонними соглашениями, чтобы улучшить отношения с Японией.

Многие японцы рассматривают южнокорейские постановления о принудительном труде как вызов договору 1965 года между странами, который сопровождался японскими платежами для восстановления дипломатических отношений. Токио настаивает, что все вопросы компенсации были решены именно тогда.

Существует также разочарование по поводу решения Муна в 2017 году отказаться от соглашения 2015 года, заключенного при предыдущем консервативном правительстве Южной Кореи, которое пыталось необратимо разрешить десятилетний спор из-за корейских женщин, принужденных японскими военными к сексуальному рабству.

Сделка, в результате которой Япония выделила 9 миллионов долларов фонду помощи жертвам, вызвала огромные протесты в Южной Корее, где многие обвиняли свое правительство в том, что оно согласилось на слишком малую сумму и не проконсультировалось с жертвами. Были утверждения, что Абэ пытается заставить женщин замолчать с помощью денег.

Существует еще одна осложняющая возможность того, что южнокорейские суды могут распорядиться ликвидировать местные активы японских компаний, которые отказались выплачивать компенсацию принудительным работникам.

«Независимо от того, кто станет следующим премьер-министром Японии есть пределы тому, насколько двусторонние отношения могут улучшиться, если страны не найдут решение проблемы принудительного труда», — отметил Пак.

В общем, было мало признаков того, что какое-либо правительство готово сдвинуться с места. Мун продолжает требовать от Японии уважения к решениям южнокорейского суда. Суга, вероятный преемник Абэ, пообещал унаследовать его политику.