logo
  1. Социальная война
  2. Наступление ювенальной юстиции и борьба с ней
Хельсинки, / ИА Красная Весна

Финский правозащитник рассказал о ювенальной юстиции в своей стране

Пикет РВС
Пикет РВС
© ИА Красная Весна

О том, что в Финляндии «изъятие детей — это коррумпированный бизнес», где за каждого изъятого ребенка платят большие деньги, рассказал финский правозащитник, доцент социологии права университета Хельсинки Йохан Бекман 15 ноября, сообщает RT.

«Частный детский дом может получить за одного изъятого ребенка несколько сотен евро за сутки. Это колоссальные деньги, если ребенок там живет месяцами или годами», — утверждает правозащитник.

По его словам, сотрудники опеки тесно связаны с этими учреждениями: «Те сотрудники, которые принимают решения об изъятии детей, отправляют изъятых детей в определенные частные детские дома».

Бекман прокомментировал особое внимание финской опеки к семьям с русскими родителями: «Есть официальная информация против русских родителей от финских социальных служб о том, что русские родители якобы избивают своих детей — это якобы норма в России. На этом основании русских матерей регулярно подозревают. Они могут случайно попасть в очень сложные ситуации. Обычно они ни в чем не виноваты, а ребенка изъяли. Достаточно быть русским».

Напомним, что 12 ноября стало известно об очередном случае изъятия детей в русско-финской семье. У проживающей в Финляндии гражданки России Елены Смоленчук финские службы в сентябре изъяли старшую дочь и уже передали ее в приемную семью. Основанием для изъятия послужило то, что мать якобы ее «шлепнула футболкой». Российское консульство в Финляндии обещало взять под контроль данное дело, несмотря на отсутствие официального обращения от Елены Смоленчук и то, что у ее дочери только финское гражданство.

Также напоминаем, что 13 и 14 ноября в Москве прошел Всероссийский сетевой форум с международным участием «Национальная стратегия действий в интересах детей: навстречу Десятилетию детства». В работе форума приняли участие сотрудники финской, немецкой социальных служб, представитель Всемирного банка. Отметим, что предыдущая Национальная стратегия действий в интересах детей на период 2012–2017 гг. была написана на основе западных технологий и стала фундаментом для внедрения ювенальной юстиции в России.

Комментарий редакции

Финский вариант ювенальной юстиции считается одним из наиболее жестких в Европе. Детей из семьи могут изъять под любым предлогом. После этого ребенка помещают в приемную семью, а родителям запрещают с ним видеться. Даже если в виде исключения разрешается встреча, то на ней запрещено разговаривать с ребенком на родном языке. Вернуть изъятого ребенка крайне сложно.

Один из показательных случаев — история семьи Завгородней, у которой отняли четверых детей, включая новорожденного, после того, как дочка в детском саду сказала, что папа за что-то шлепнул ее брата. Шлепнул рукой — не ремнем. Этого оказалось достаточно, чтобы финские социальные службы разрушили семью.

В 2015 году Павел Астахов (действующий детский омбудсмен на тот момент) занимал достаточно жесткую позицию и сообщал, что от действий финских органов опеки пострадали более 50 российских матерей. То есть имеют место не отдельные перегибы, а последовательная антисемейная политика, дополнительно отягченная русофобией.

В этой связи удивляет позиция нынешнего детского омбудсмена Анны Кузнецовой — не только стремление не замечать внедрения антисемейных норм и актов в нашей стране, но и стремление перенимать опыт работы в семейной сфере у Финляндии. Так, российский омбудсмен встречалась со своим финским коллегой Туомасом Курттилой в Хельсинки 22 и 23 мая с целью обмена опытом и диалога. И это была уже вторая встреча детских омбудсменов (первая состоялась в Москве в ноябре 2016 года).