Постпредство РФ при ЕС задало девять вопросов на засыпку по делу Навального
Девять вопросов по ситуации с Алексеем Навальным, указывающих на нестыковки в версии о его отравлении, поставило Постоянное представительство РФ при Евросоюзе перед депутатами Европарламента в преддверии дебатов, 15 сентября собщает пресс-служба представительства.
В документе говорится, что нестыковки в деле Навального видны даже тем, кто не является экспертами в сфере токсикологии. Таких вопросов, говорящих о несостоятельности западной версии об отравлении российского блогера, сформулировано девять.
Во-первых, предлагается задуматься об обосновании предполагаемого решения российских властей отравить Навального боевым ядом в городе с полумиллионным населением, при котором блогера после «отравления» начинают спасать, а потом ещё и отпускают в Германию, где могли бы идентифицировать отравляющее вещество.
Во-вторых, зачем травить Навального, реальный рейтинг которого по недавнему опросу «Левада-Центра» не превышает двух процентов?
В-третьих, почему Германия никак не может ни передать итоги токсикологического анализа компетентным органам в России, ни опубликовать их, коль скоро в Германии уверены в версии отравления? Подчеркивается, что вместо этого Берлин сначала затягивал передачу данных, а потом и вовсе от нее отказался, сославшись на конфиденциальность.
В-четвертых, Запад настаивает на расследовании в России, утверждая, что доказательства надо искать «где-то в Сибири». Но случайно ли, что ряд лиц, сопровождавших Навального в Сибири, покинули Россию после случившегося?
В-пятых, почему врачи из клиники «Шарите» отказываются от диалога с российскими специалистами, почему медицинское ведомство ФРГ не хочет создать объединенную группу для обследования Навального?
В-шестых, почему игнорируется факт, что химические вещества, входящие в группу «Новичка», в большом количестве разрабатывались на Западе? Так, в США выдано более 150 соответствующих патентов.
В-седьмых, почему Навального по прибытии в Германию сопровождали в больницу полиция и агенты спецслужб, хотя ни о каком «Новичке» ещё не было речи? Знал ли Берлин нечто неизвестное в Москве и в Омске, что не смогли выявить проведенные до этого 60 биохимических анализов?
В-восьмых, что означает история о бутылке с водой, якобы со следами яда, использование которой не зафиксировано никакими средствами до вылета из Томска? И как она оказалась в Берлине?
И наконец, почему не представлено квалифицированного врачебного заключения по делу?
В итоге отмечается, что заявление о том, что доказательства могут быть переданы России только с согласия Навального, противоречат прежним многочисленным заявлениям Берлина.
