Постпред РФ в Вене призвал Иран вести видеозаписи с его ядерных объектов
![Иран и ядерная сделка](https://rossaprimavera.ru/static/files/c100c8c3f904.jpg)
Обеспечение работы видеокамер на ядерных объектах, а также сохранение видеозаписей необходимо производить Ирану в условиях отсутствия продления технической договоренности по мониторингу с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ), заявил постоянный представитель России при международных организациях в Вене Михаил Ульянов 3 июля на своей странице в Twitter.
«Технические договоренности между МАГАТЭ и Тегераном еще официально не продлены. В этих условиях важно обеспечить, чтобы видеокамеры на ядерных объектах продолжали работать и видеозаписи сохранились. Это позволит избежать проблем в будущем», — отметил Ульянов.
Напомним, на прошлой неделе истекло уже продленное соглашение с МАГАТЭ, в соответствии с которым Иран вел запись происходящего на своих ядерных объектах для возможной передачи МАГАТЭ в случае продления ядерной сделки.
26 июня МАГАТЭ потребовало от Ирана немедленного ответа на вопрос о том, будет ли он продлевать соглашение. Госсекретарь США Энтони Блинкен заявил, что любой отказ продлить его будет «серьезной проблемой» для более широких переговоров.
28 июня пресс-секретарь министерства иностранных дел Ирана Саид Хатибзаде пояснил, что пока не принято никакого нового решения относительно продления или невозобновления соглашения с МАГАТЭ о передаче видеозаписей с иранских ядерных объектов.
Накануне, 27 июня спикер парламента Ирана заявил, что Тегеран никогда не передаст МАГАТЭ изображения с некоторых иранских ядерных объектов, поскольку срок действия соглашения с агентством истек.
Иран и мировые державы ведут переговоры о возобновлении ядерной сделки 2015 года, в рамках которой Иран принял ограничения на свою ядерную программу в обмен на снятие международных санкций.
Вашингтон отказался от этой сделки в 2018 году, и Тегеран в ответ нарушил некоторые из своих ядерных ограничений. В феврале Иран приостановил действие соглашения с МАГАТЭ, которое позволяло проводить дополнительные инспекции иранских ядерных объектов. Некоторые проверки были продлены в рамках временных сделок, но срок их действия истек 24 июня.