Деловая активность в частном секторе России упала до минимума за три года
Заявление о резком снижении деловой активности в частном секторе России, которое стало самым значительным с октября 2022 года, было сделано 3 октября по итогам исследования компанией S&P Global.
Сводный индекс PMI (Russia PMI Composite), отслеживающий активность в обрабатывающей промышленности и сфере услуг, в сентябре опустился до 46,6 пункта по сравнению с 49,1 пункта в августе. Значение индекса ниже 50 пунктов указывает на снижение деловой активности. Падение стало четвертым подряд и самым резким за последние три года.
По данным исследования, спад был обусловлен ухудшением ситуации в обоих секторах. Индекс PMI для сферы услуг упал до 47,0 пункта, вернувшись в зону сокращения после стабилизации в августе. В обрабатывающей промышленности спад продолжился, а ее индекс составил 48,2 пункта.
Основной причиной спада стало резкое сокращение объема новых заказов, которое стало самым быстрым с декабря 2022 года в сфере услуг и с мая 2022 года — в целом по частному сектору. Респонденты отмечали сокращение числа клиентов и снижение их покупательной способности. Параллельно росли операционные расходы бизнеса: инфляция затрат ускорилась из-за повышения расходов на поставщиков, заработные платы и коммунальные услуги.
Несмотря на это, компании продолжили нанимать сотрудников, а темпы создания рабочих мест в сфере услуг оказались максимальными с января 2024 года. Это позволило впервые за 11 месяцев сократить объемы незавершенных заказов. В то же время производители, наоборот, возобновили сокращение занятости.
Напомним, страны «Большой семерки» (G7) продолжают работу по усилению санкционного давления на экономику России. Министры финансов G7 1 октября провели встречу в онлайн-формате, в ходе которой обсуждалось усиление давления на Россию в связи с ситуацией на Украине. По данным Bloomberg, страны рассматривают ряд вариантов, включая новые меры в ключевых секторах экономики, таких как энергетика, финансы и военная промышленность, а также меры в отношении стран и организаций, которые способствуют обходу санкций. При этом, согласно анализу Carnegie Endowment, российский бюджет на 2026–2028 годы исходит из предположения, что существенного ужесточения санкций в этот период не произойдет, а каналы адаптации экономики к существующим ограничениям (логистика, параллельный импорт, теневой флот) уже институционализированы, и их издержки встроены в цены.
