logo
  1. Культурная война
  2. Выставки живописи
Лондон, / ИА Красная Весна

Выставка живописи в Лондоне — за ЛГБТ и против патриархата

Радужные фломастеры
Радужные фломастеры
Анна Рыжкова © ИА Красная Весна

Современная живопись не просто жива, а способна поднять шум (вокруг проблемы) пишет британский искусствовед Сара Кент (Sarah Kent) в статье, опубликованной 11 февраля на информресурсе о современном искусстве The Arts Desk.

В статье рассказывается о выставке современной живописи Radical Figures: Painting in the New Millennium, Whitechapel review — ten distinctive voices, проходящей в Лондоне. Автор статьи попыталась оценить жизнеспособность этого вида искусства на современном этапе.

Сара Кент сразу начинает с утверждения: «выставка полна жизненных сил…. Настроение острой дисфории (неприязни к окружающим — прим. ИА Красная Весна) пронизывает творчество этих десяти художников из разных стран… Большинство из них сейчас живут в Великобритании или США, и, возможно, именно поэтому социальные и политические вопросы, которые они решают, кажутся такими насущными и актуальными».

В числе таких актуальных работ Сара Кент выбрала, например, две работы 36-летнего художника, родившегося в Найроби, Майкла Армитиджа (Michael Armitage). Первая из них посвящена случаю в Найроби, произошедшему в 2015 году, когда женщину, одевшую мини-юбку, толпа публично раздела.

Художник изобразил жертву обнаженной и лежащей на земле на фоне мужских ног. «Культовая поза женщины является своевременным напоминанием о том, что сексизм так же стар, как и патриархат», — подчеркивает искусствовед.

На другой картине этого художника «двое мужчин нежно целуются, но наверху картины помещен фриз, изображающий расстрельные команды — напоминание о смертной казни, ожидающей гей-пары в соответствии с угандийским законом о борьбе с гомосексуализмом 2014 года».

«Русский художник Саня Кантаровский рисует мать и дитя». На картине мы видим согнутую пополам, измученную женщину, на спине которой сидит маленький сын, пытающийся вцепиться в её тело. «Красные язвы на коленях, локтях и подбородке указывают на трудности или жестокое обращение; ее поднятые руки скованы или она молится об освобождении?», — гадает британский искусствовед.

На полотне художницы Кристины Куорлз (Christina Quarles) три обнаженные фигуры: две женщины, один мужчина. Одна женщина и мужчина изображены внутри некой площади, окруженной зеленой изгородью. Вторая женщина прорывается к первой женщине снаружи. «Пойманная в ловушку зеленой… изгороди, одна из них находится в плену у своего спутника… Если бы картину написал мужчина, я бы обвинила его в женоненавистничестве, но в устах женщины это больше похоже на крик отчаяния», — говорит британка, умалчивая о каком отчаянии идет речь.

«Живопись явно гарцует (prancing) в новое тысячелетие с удивительным вкусом и мастерством… в руках этих художников живопись не просто жива, она способна поднять шум (kicking up a stink, букв. „поднять вонь“)» — подытоживает Сара Кент.

Комментарий редакции

В живописи всегда были мастера, которые откликались на боль человечества, вступались за униженных и оскорбленных, боролись за восхождение человека.

На современном Западе это заменено темами поддержки гей-отношений, «демонизированием» патриархата, борьбой с оковами материнства.

Но их продвижение может вызвать только расчеловечивание, поскольку во всех случаях требуется отказ от установлений, которые длительное время формировали человека цивилизации.

Поэтому в данной ситуации нужно констатировать такое перерождение на Западе искусства вообще и живописи в частности, который ведет человечество к гибели.