Росстат определил долю нефтегазового сектора в ВВП страны
Доля нефтегазового сектора (НГС) в ВВП России в 2020 году составила 15,2%. Соответствующие данные представлены в материалах, размещенных на официальном сайте Росстата, сообщает 13 июля ИА REGNUM.
В соответствии с основными тезисами доклада «Определение доли нефтегазового сектора в валовом внутреннем продукте Российской Федерации», представленного заместителем начальника отдела статистики произведенного ВВП Управления национальных счетов Росстата Павлом Максимовым на заседании секции статистики ЦДУ РАН 21 мая текущего года, определение доли НГС в составе российского ВВП в Российской Федерации проводилось впервые.
Как отмечается в докладе, использованная в расчетах методика несколько отличается от применяемой международными экономическими организациями (МВФ, Всемирным банком и т. д.) и позволяет более точно определить доходы, возникающие «при добыче нефти и газа, их переработке, транспортировке и дальнейшем использовании в экономике страны».
Расчет доли НГС в национальном ВВП проводился за период с 2017 по 2020 год. При этом, по данным доклада, этот показатель в 2017 году составил 16,9%, в 2018 году — 21,1%, в 2019 году — 19,2% и в 2020 году — 15,2%.
При этом, как показывают представленные данные, доля НГС в ВВП России существенно ниже роли нефти и газа в экспортных доходах страны. Так, по данным Росстата, доля нефтегазовой выручки в товарном экспорте РФ в 2017 году составила 54,1%, в 2018 году — 58,3%, в 2019 году — 56,2% и в 2020 году — 44,6%.
Руководящие структуры, ответственные за рост и процветание отечественной экономики, в последнее время взяли за привычку рапортовать о своих крупных успехах на ниве реструктуризации российской промышленности и отказа ее от сырьевой ориентации. В качестве примера реструктуризационных успехов обычно приводятся как раз данные о снижении доли нефтегазового сектора в структуре ВВП.
Однако, если «копнуть» статистику поглубже, картинка выглядит совсем не такой благостной, как некоторым хотелось бы представить. По данным Росстата и Минфина, роль нефти и газа в отечественной экономике непосредственным образом зависит от мировых цен на эти виды сырья.
Так, в 2018 году, когда средняя цена на нефть марки Brent была максимальной за последние четыре года ($71,3 за баррель), на максимальном уровне были и доля нефтегазового сектора в структуре ВВП (21,1%), и доля нефтегазовой выручки в товарном экспорте России (58,3%), и доля нефтегазовых доходов в федеральном бюджете (46,4%). В то же время в 2020 году, когда средняя цена на нефть марки Brent достигла минимальных значений ($41,8 за баррель), соответственно снизились и доля нефтегазового сектора в структуре ВВП (до 15,2%), и доля нефтегазовой выручки в товарном экспорте (до 44,6%), и доля нефтегазовых доходов в бюджете (до 28%).
Таким образом, «достижения» в реструктуризации на поверку оказываются лишь следствием падения мировых цен. Так что, похоже, трубить в фанфары и рапортовать об успехах рулевым российской экономики пока рановато.
