Эксперт рассказал, что Турция и Франция не поделили в Ливии

Война в Ливии
ЛивиивВойна
Война в Ливии
Изображение: Юлия Комбакова © ИА Красная Весна

Стратегические противоречия в регионе и сильные антитурецкие настроения французский элиты формируют негативное отношение Франции к Турции, считает старший научный сотрудник в Международном институте стратегических исследований (IISS) по безопасности на Ближнем Востоке Эмиль Хокаем, его статья 6 июля опубликована на официальном сайте IISS.

Эксперт отметил, что война в Ливии из регионального конфликта превратился в сложный международный клубок, в который оказались втянуты два постоянных члена Совета Безопасности ООН, крупные региональные державы, союзники по НАТО и члены ЕС.

Конфликт Турции и Франции в Ливии получился наиболее громким: ни один из недоброжелателей Турции не был столь резок, как президент Франции Эммануэль Макрон. Макрон заявил, что «Турция сегодня ведет опасную игру в Ливии… мы не потерпим той роли, которую играет Турция». Министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан также набросился на Турцию, попросив, чтобы ЕС «очень быстро открыл всеобъемлющую дискуссию, без табу и наивности, о перспективах своих будущих отношений с Анкарой».

Перечень недовольства французской стороны Турцией известен: стратегическое недоверие, сильные антитурецкие настроения среди элит, опасающихся вторжения Турции в Европу. Кроме того, Франция не забыла, турецкое вмешательство против Сирийских Демократических сил на северо-востоке Сирии, которое сорвало борьбу с ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), что является основным приоритетом для Парижа после террористических атак в ноябре 2015 года. Тут же находятся постоянные опасения, что Турция позволит беженцам из Сирии и других мест пересечь границу ЕС, а также опасение турецкого наставничества исламистских движений по всему региону.

Однако Франция ходит по тонкому льду: в отличие от Турции, ее собственный ливийский гамбит в данный момент терпит неудачу. Париж с самого начала был сторонником Хафтара в надежде, что он сможет стабилизировать ситуацию в стране. Поступая таким образом, Париж придавал Хафтару политическую респектабельность и поддерживал его, когда он был всего лишь одним из многих претендентов (на власть в Ливии — прим. ИА Красная Весна).

Однако Хафтар, по мнению экспертов, быстро нашел других союзников: ОАЭ, Египет и, совсем недавно, Россия оказали больше материальной и финансовой поддержки, чем когда-либо делала Франция. Франция стала второстепенным игроком в данной композиции.

Недавний военно-морской инцидент с французским фрегатом, пытавшимся обеспечить соблюдение эмбарго, и турецкими военными кораблями, сопровождавшими судно, якобы перевозившее военную технику в Ливию, дополнительно поднял температуру и отразился на НАТО. Макрон, который уже объявил, что у НАТО «мозг мертв», посчитал, что реакция НАТО была неадекватной, и вывел французский флот из состава морской оперативной группы, которой было поручено следить за соблюдением эмбарго в Ливии.

Для европейских партнеров Парижа французские действия привели к худшему результату: он усложнил и без того напряженную ситуацию внутри НАТО и, возможно, позволил Турции и России утвердиться в качестве сил, которые будут определять будущее Ливии, как это уже происходит в Сирии. Вот почему французская ярость к Анкаре встречена смесью понимания и непонимания в Берлине, Риме и Лондоне. В наши дни в западных столицах мало любви к Турции, но и французский способ противостояния Эрдогану не пользуется популярностью.

Эксперт делает прогноз, что эскалация в Ливии будет продолжаться, а подвергнутая остракизму Турция сможет получить сиюминутное преимущество. Если ливийские союзники Эрдогана остановятся у дверей Сирта, есть шанс, что прекращение огня может привести к переговорам при посредничестве ООН. Если же они пойдут дальше, скорее всего, возникнет региональное сопротивление.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER