В Узбекистане забуксовали правильные реформы — Financial Times
Либеральные реформы в Узбекистане по приватизации госимущества, децентрализации политической власти и утверждению прав человека замедлились. Об этом 10 сентября пишет издание Financial Times (FT).
Автор добавляет к перечисленным проблемам в Узбекистане, темпы решения которых также снизились, борьбу с бедностью и коррупцией.
С момента, как Шавкат Мирзиёев пришел к власти в качестве президента в 2016 году, ранее авторитарная центральноазиатская страна встала на путь реформ, пишет издание. Мирзиёев поставил перед собой главную цель — сделать страну привлекательной для международного бизнеса, открыть внутренний рынок, преодолеть последствия пребывания в составе Советского Союза, отмечает FT.
После пятилетнего пребывания у власти Мирзиёев планирует переизбраться в октябре, многими ожидается его победа на выборах. Но выборы, пишет издание, знаменуют собой время для пересмотра и постановки более амбициозных целей — как признает даже Мирзиёев, многое еще предстоит сделать.
В августе Мирзиёев дал интервью газете «Янги узбекистон» (Новый Узбекистан), где заявил, что не все его цели были достигнуты. «Сегодняшний Узбекистан — это не Узбекистан прошлого, и наши люди уже не такие, какими были в прошлом. сегодняшний Узбекистан — это не тот Узбекистан, о котором мы мечтаем. Нам еще предстоит пройти долгий и тернистый путь. Раньше наш путь был непростым, и идти вперед будет нелегко», — цитирует FT президента Узбекистана.
Многие экономические реформы Мирзиёева признаны во всем мире, но до полного доверия со стороны иностранных инвесторов еще есть препятствия, отмечает издание. Буксующими вопросами в реформах эксперты считают нарушение прав человека и социальные проблемы в Узбекистане, в том числе детский труд. Эксперты издания единодушно отметили эффективность ранних реформ, например либерализацию валютного рынка, реформу налоговой системы, улучшение сбора и публикации данных.
Кроме того, для достижения западных стандартов ведения бизнеса страна запустила программу поощрения образованных своих граждан, уехавших при прежнем режиме, к возвращению из-за границы. Произошли назначения многих вернувшихся на руководящие должности в правительстве, с явным стремлением привести администрацию в соответствие с международными нормами. В основном молодые, энергичные сторонники реформ, эти новые назначенцы, предполагает FT, продолжат реформы Мирзиёева.
Однако некоторые эксперты отмечают замедление процесса децентрализации политической власти и пытаются хвалить молодых управленцев, привносящих полученный извне опыт в государственное управление.
«Они хотят вернуть их, чтобы укрепить государственное управление, потому что это одна из самых больших проблем. Люди приносят с собой бесценный опыт на государственную службу, которая во многом отрезана от мировой и передовой международной практики. Это тяжелая битва, она происходит не только для демонстрации внешнему миру, они делают настоящую работу, и у них это хорошо получается», — считает руководитель отдела исследований инвестиционного банка Bluestone, специализирующегося на Центральной Азии Дакота Ирвин.
Международные институты также обращают внимание Узбекистана на ответственности после того, как страна запустила совместные проекты со Всемирным банком, Европейским банком реконструкции и развития, Азиатским банком развития и международными фондами, пишет FT. Но констатирует, что Узбекистан продвигается медленнее, чем первоначально ожидалось, по более сложным задачам, таким как улучшение положения в области прав человека, борьба с бедностью, искоренение коррупции и приватизация государственного имущества. А некоторые наблюдатели, считает издание, отмечают медленный прогресс в децентрализации политической власти.
Жесткие ограничительные меры в связи с распространением COVID-19, введенные в отношении граждан в Узбекистане Мирзиёевым по примеру подобных действий практически по всему миру, а также нестабильность в соседнем Афганистане после вывода Западом своих войск, вызывают обеспокоенность у инвесторов тем, что стране придется усилить контроль над обществом. «Вопрос будет в том, останется ли статус-кво или он [режим] станет немного более жестким», — сказал Financial Times на условиях анонимности один иностранный инвестор в Ташкенте.
Издание указывает на стремление Мирзиёева в политике не только обеспечить сильное свое правительство, но и усилить влияние во всей Центральной Азии. Заметно стремление Узбекистана «связать» регион различными инициативами, в том числе продвигалась идея общей «шелковой визы» — безвизовой зоны в стиле ЕС. Также совсем недавно страна пыталась стать нейтральной принимающей стороной для переговоров по Афганистану, отмечает FT.
В то время, когда соседняя Киргизия столкнулась с международной судебной тяжбой с канадским инвестором Centerra Gold по разрешению возникших вопросов, Узбекистан пытается показать, что ценит инвесторов и рыночные принципы. Так, десять лет назад Узбекистан вынудил иностранных инвесторов, таких как канадская горнодобывающая группа Newmont и лондонская горнодобывающая компания Oxus Gold, отступить после финансовых и регуляторных споров. Была также приостановлена деятельность оператора связи «Уздунробита», узбекской «дочки» российской МТС. Тогда действия узбекской стороны были названы «необоснованной атакой на бизнес российского инвестора», пишет издание. Отмечается, что скорее всего эта страница перевернута и Узбекистан, похоже, вернул доверие инвесторов.
Ведущий поставщик телекоммуникационных услуг на узбекском рынке компания Veon не опасается повторением истории МТС, говорит генеральный директор оператора Каан Терзиоглу. «Я вижу компетентных правительственных чиновников, бюрократов, которые очень быстро управляют бизнесом, открыты для диалога, прислушиваются к предприятиям и действительно делают правильные шаги с точки зрения либерализации экономики. Я верю, что будущее Узбекистана, если он останется на этом пути, будет довольно светлым. Это точка стабильности в регионе, у нее очень четкое видение с точки зрения либерализации своих ключевых отраслей и удивительных инвестиций в образование», — сказал он.
Узбекистан также стал первым направлением своих инвестиций в Центральной Азии для Majid al Futtaim посредством французской сети супермаркетов Carrefour. «Узбекистан действительно входит в рыночную экономику, осуществляется много реформ, есть желание стимулировать рост. Это очень обнадеживает. Каждый раз, когда мы это видим, мы стараемся быть первопроходцами и первыми организаторами новой рыночной экономики. Узбекистан готов к успеху, как и любой рынок, вступающий в новую фазу роста. Если дела и дальше пойдут в правильном направлении, мы определенно считаем себя партнерами в этом направлении», — считает исполнительный директор Majid al Futtaim Аллен Беджани,
Страна развивается в энергетической сфере. Мало того, она стремится занять лидирующие региональные позиции в вопросах экологического, социального и корпоративного управления, особенно в области зеленой энергетики, пишет FT. Узбекистан привлек инвесторов с Ближнего Востока, например, таких как оператор экологически чистой энергии Masdar, привлекаются финансирование от ЕБРР, для помощи в строительстве солнечных и ветряных электростанций для удовлетворения своих собственных потребностей в энергии, а возможно, и для экспорта в соседние страны.
Власти Узбекистана, отмечает издание, нацелены производить четверть своей энергии из возобновляемых источников, а также производить электромобили внутри страны. Однако президент Мирзиёев, обращает внимание FT, указывает на главную цель своей работы — реформы внутри Узбекистана, а не похвала со стороны, обозначая при этом приверженность демократическим процессам. «Мы проводим эти преобразования, потому что демократические процессы жизненно важны для нас», — цитирует президента Узбекистана издание Financial Times.
