«У меня есть мечта»: о проекте Транссибирской автомагистрали
Построить высокоскоростную шестиполосную трассу Москва — Владивосток и назвать ее «Великая Россия» предложил политик Сергей Станкевич 6 июня в эфире радиостанции «Вести FM».
В эфире шла речь о том, в какой мере России стоит ориентироваться на Европу. В числе прочего гости студии обсуждали, насколько плачевна в современной России ситуация с автодорогами. Станкевич привел статистику, согласно которой на всю Россию приходится менее 1 тыс. км качественных магистралей, тогда как в ведущих европейских странах их протяженность как минимум в 10 раз больше. С Китаем же, где уже построено 125 тыс. км одних только автобанов, Россию, по словам Станкевича, стыдно и сравнивать.
Станкевич счел такое положение вещей «варварством» и предложил решить вопрос радикально. По его словам, именно на автодорожном направлении мог бы случиться радикальный инфраструктурный прорыв. Политик заявил, что он мечтает о шестиполосной скоростной автотрассе под названием «Великая Россия», которая соединила бы Москву и Владивосток, как в свое время это сделала Транссибирская желенодорожная магистраль.
Такая автомагистраль, будучи построена, могла бы стать для россиян, по словам Станкевича, «зримым символом» экономического процветания. Политик провел аналогию между своим проектом и Байкало-Амурской магистралью (БАМ), которую достраивали всей страной в брежневскую эпоху. Он подчеркнул, что не стоит возвращаться к советской производственной этике и тогдашним методам государственного планирования, однако признал, что современной России необходим «мобилизационный мегапроект», подобный предложенному.
По оценке Станкевича, затраты на строительство магистрали окупятся очень быстро. Политик считает, что одни только туристы составят 30% пассажиропотока. В свою очередь, ведущий эфира Владимир Соловьев раскритиковал предложение Станкевича, назвав его проект утопическим и нерентабельным с экономической точки зрения.
Отметим, что русская история знает сопоставимые по масштабу транспортные проекты. Пожалуй, самый грандиозный из них — создание Транссибирской железнодорожной магистрали. Железная дорога, впервые соединившая Москву и Владивосток, строилась в 7 этапов в течение 25 лет — с 1891 по 1916 год.
Другой пример — Байкало-Амурская магистраль, ставшая символом советской индустриализации. Первый участок БАМ начали строить в 1938 году силами заключенных и сдали его в эксплуатацию к 1951 году. В 1974 году после значительного перерыва магистраль объявили стройкой всесоюзного значения. Основная ветка БАМ, соединившая город Тайшет в Иркутской области и Советскую гавань в Хабаровском крае, была завершена к 1984 году.
В патриотической среде бытуют и куда более амбициозные инфраструктурные проекты. Так, например, публицист Александр Тюрин предлагал создать «линию столиц» — конгломерат городов федерального значения, «привязанных к существующим и будущим супермагистралям». Журналист газеты «Завтра» Андрей Фефелов пошел еще дальше и выдвинул идею «трансполии» — непрерывной столицы, которая должна раскинуться вдоль Транссибирской магистрали на всем ее протяжении.
Отметим также, что автобанами (нем. Autobahn) в современном понимании считаются шестиполосные автомагистрали, по которым автомобили могут передвигаться со скоростью не менее 100 км/ч.
Станкевич прав в том, что современной России, погрязшей в мороке «малых дел», действительно нужен мощный мегапроект. Однако сплочение нации вокруг подобного проекта зависит от того, будет ли у него адекватное идеологическое сопровождение. Ибо тут мало просто бросить клич — нужно еще и объяснить народу смысл грядущих свершений. В противном случае, мы наступим на те же грабли, на которые уже дважды наступали наши предшественники.
Так, строительство Транссибирской магистрали, вопреки всей ее грандиозности, нисколько не оздоровило идеологическую обстановку в Российской империи. Общее дело уже не могло сплотить русский народ, ибо в массах никто больше не верил в отвлеченные идеалы православия, самодержавия и народности.
Точно так же и строительство БАМ по-настоящему не всколыхнуло, несмотря на весь внешний пафос, искренний энтузиазм среди советских граждан. А все потому, что тогдашнее руководство СССР хотело, выражаясь библейским языком, влить новые идеи в старые мехи. Пропаганду стройотрядов нужно было подкреплять творческим развитием марксизма-ленинизма, а не просто созывать молодежь на «стройку века» под аккомпанемент окостеневших и устаревших догм.
