1. Экономическая война
  2. Нефть
Михаил Омиков, Михаил Юрьев / ИА Красная Весна /
Первые недели августа 2022 показали, что нефтедобывающая отрасль в мире находится в неплохой форме

Энергокризис оживил нефтяников, но подорвал зеленую повестку — обзор

Иероним Босх. Корабль дураков (фрагмент). 1494-1510
Иероним Босх. Корабль дураков (фрагмент). 1494-1510

Если переключить внимание с геополитической повестки на экономические процессы, то можно обнаружить, что 2022 обещает быть «хорошим годом» для энергетических компаний. Цены на нефть большую часть года были выше $80 за баррель, а выдавливание России с европейского рынка энергоносителей обострило конкуренцию потребителей за сократившийся объем поставок. Даже угледобывающие компании, которые на конференции в Глазго в октябре 2021 года хотели закрыть — отмечают баснословные барыши в первом полугодии 2022.

Читайте также: Угледобытчики и энергетический кризис в Европе

На фоне мирового энергокризиса важно понимать, что происходит в нефтяной сфере. Поэтому остановимся на событиях в этой отрасли, которые произошли в середине августа.

Геологоразведка углеводородов в мире

Геологоразведка всегда была самой рискованной частью производственного цикла добывающих компаний, от нее отказываются при неблагоприятной рыночной конъюнктуре. В августе появились признаки восстановления интереса компаний к наращиванию ресурсной базы.

17 августа индийская нефтегазовая компания ONGC сообщила о подписании предварительного договора с американским нефтегазовым гигантом Exxon Mobil о совместной геологоразведке на шельфах Индии. Напомним ONGC — Oil and Natural Gas Corporation — крупнейшая из специализированных нефтегазовых компаний Индии.

ONGC рассчитывает поставить на баланс запасы в двух районах. На восточном шельфе Индии речь идет о морском продолжении впадины Кришна Годавари. Второй район работ расположен в северной части западного шельфа, близ Мумбаи.

Exxon Mobil имеет репутацию хорошего партнера по геологоразведочным работам, у компании большой опыт и мощная техническая база. Мощности американской корпорации высвобождены после отказа от геологоразведки в российской Арктике в 2017 году.

Через неделю после начала российской спецоперации на Украине, 2 марта Exxon заявила о полном отказе от инвестиций в Россию, однако не вышла из проекта Сахалин-1. Теперь получается, место для новых инвестиций нашлось на шельфах Индии.

В августе неудача постигла Exxon Mobil при попытке продать активы на шельфе Нигерии. 8 августа компания получила согласие президента и, по совместительству, министра нефти Нигерии на продажу своих активов в Гвинейском заливе в пользу национальной компании Seplat, за $1,28 млрд. Однако через три дня разрешение было отозвано, в связи с озабоченностью нижестоящих нигерийских чиновников.

За судьбой сделки пристально следят европейские коллеги Exxon Mobil — французская Total и англо-голландская Shell. Западные компании настроены выйти из мелководной добычи в Гвинейском заливе из-за особенностей поведения местной бюрократии, протестов радикально настроенного населения и общего стремления к глубоководным проектам, пишет Reuters.

18 августа американскому изданию Upstream стало известно о привлечении Shell сразу пяти плавучих установок для бурения в Мексиканском заливе, причем три из них бурят разведочные скважины.

Представитель компании в Хьюстоне подтвердил, что речь о «трех разведочных скважинах из 25, которые будут пробурены или бурятся в Мексиканском заливе в ближайшие три года».

Актуальность разведки новых активов Shell подчеркивается проблемами на старых промыслах. Например, 11 августа пришло сообщение от Reuters о том, что компания приостановила работу на трех глубоководных платформах в Мексиканском заливе из-за аварии на трубопроводе у побережья Луизианы. Ремонт потребовал остановки добычи на сутки.

Консорциум Total и Eni в Средиземном море подтвердил 22 августа открытие запасов газа в скважине Chronos-1, находящейся в 160 км от берегов Кипра. Первые сообщения об успехе геологоразведочных работ поступили 5 августа, однако в компании взяли паузу на перепроверку данных.

Читайте также: Total и Eni довольны Хроносом, но не говорят об этом

Еще один геологоразведочный сюжет разворачивается в Средиземном море прямо сейчас: бурение Турцией скважины у побережья Малой Азии. 9 августа президент Турции Реджеп Эрдоган напутствовал буровое судно Abdulhamid Han перед выходом из порта Мерсин. Его слова о том, что бурение будет идти в суверенных водах Турции, где «не нужно будет получать чьего-либо разрешения», — многие интерпретировали в контексте продолжения конфликта между Турцией и Грецией за территориальные воды восточном Средиземноморье 2019–2020 годов.

Читайте также: История конфликта

Однако Abdulhamid Han действительно начал бурение за пределами спорных акваторий, у побережья Малой Азии.

Читайте также: Обошлось: Турция начала бурение в акватории за пределами чужих экономических зон

Отметим, что открытия последних лет в восточном Средиземноморье были связаны с акваторией к югу от Кипра, где открыта цепочка месторождений Зохр (Египет), Афродита (Кипр), Левиафан и Тамар (Израиль). Акватория между Кипром и Турцией, где сейчас бурит турецкое судно, до сих пор не подтвердила свою нефтегазоносность.

Россия — крупнейший поставщик нефти

В июле Россия находилась в верхней строчке рейтинга стран-импортеров нефти в Китай третий месяц подряд, следует из данных таможенного управления КНР за 20 августа.

По данным S&P, Россия остается основным поставщиком сырой нефти в Европу в августе, несмотря на значительное падение доли в ее импорте. Текущий уровень составляет около 20%, Россия поставляет 1,85 млн из 9,24 млн баррелей, импортируемых европейскими странами в сутки. До начала спецоперации на Украине, Россия поставляла на 1 млн баррелей в сутки больше, то есть занимала около 30% европейского импорта сырой нефти.

Однако транспортировка нефти из России в Европу с каждым днем становится все сложнее. Это хорошо видно на примере остановки прокачки по трубопроводу «Дружба».

Только 10 августа возобновила работу южная ветка нефтепровода «Дружба», которая доставляет нефть через Украину в Венгрию, Чехию и Словакию. Нефтепровод простаивал с 4 по 10 августа из-за отказа «Укртрансгаза» принимать транзитные платежи от российской «Транснефти». Украинский оператор настаивал на соблюдении экономических санкций Евросоюза, поэтому средства от «Транснефти» просто возвращал обратно. А потом, на основании того, что за транзит не поступили деньги, Украина «по-дружески» перекрыла кран и часть европейских стран остались без нефти.

Ситуацию удалось разрешить благодаря согласованным финансовым усилиям венгерской MOL и словацкой Slovanft. Компании сами заплатили за транзит «Транснефти». После того, как Украина увидела «демократический платеж», она вернулась к исполнению контрактных обязательств.

11 августа Международное энергетическое агентство (МЭА) скорректировало свой прогноз по добычи нефти в России на 260 тыс. б/сут. до 10,86 млн б/сут, что сопоставимо с уровнями добычи в 2021 году. Агентство заявило, что падение добычи нефти в России будет более ограниченным, чем предполагалось ранее.

МЭА, как инструмент США в нефтяной войне, ведет пропагандистскую войну против России. Ранее агентство прогнозировало резкий обвал добычи нефти в России. В итоге обвала не случилось и не случится до конца года. Теперь прогноз смещается вправо до вступления эмбарго на нефть со стороны ЕС.

Зеленая энергетика — глупость

«Европейцы рискуют умереть от холода из-за зеленой глупости — и мы можем быть следующими», — колонка с таким заголовком вышла в вашингтонском политическом издании The Hill, 17 августа в разделе «Мнения».

«Рабская преданность зеленой политике, усиленная глупым идеализмом отнимет много жизней», — полагает автор материала Кристин Тейт.

Автор приводит анализ статистики по избыточной смертности в Европе в зимний период, который показывает, что каждый следующий градус ниже нуля повышает смертность на 1,5%. Европа каждую зиму насчитывает по 200 тысяч избыточных смертей от холода.

Еще четыре года «прогрессивной политики» администрации Байдена или Харрис, предостерегает Кристин Тейт, могут привести «европейский холод и смерть» в США.

На фоне переоценки экологической повестки отдельными публицистами в США, латиноамериканские страны пересматривают политэкономические решения, еще недавно казавшиеся очевидными.

Аргентина тоже выпала из политики снижения углеродного следа. 13 августа правительство Аргентины объявило о снижении налоговой нагрузки и таможенных пошлин для нефтяных компаний. Послабления коснутся тех, кто инвестирует не менее $50 млн внутри страны

Таким образом, добыча ископаемого топлива рассматривается не как отжившая отрасль, от которой нужно избавиться, а как надежный источник поступлений в государственную казну.

Читайте также: Россия в мировой борьбе за энергоресурсы

Отметим, маловероятно, что мировые политики просто так возьмут и забудут про «зеленую повестку». Ожидать этого явно не стоит. Слишком много было вложено в это сил и средств. Но сомнения в ее целесообразности в «развитых» странах кажутся первыми трещинами в образе будущего, которое предписывает человечеству западный мейнстрим.

Выводы

В итоге, обзор ряда событий в нефтяной сфере, произошедших в середине августа, показывает, что отрасль не является какой-то маргинальной и увядающей. Идет геологоразведка новых месторождений по всему миру. Западные компании, на которых сильнее всего давит «зеленая повестка», тоже в этом участвуют. Уже на Западе все чаще звучат сомнения в нужности «зеленого поворота», а в Латинской Америке государства вместо новых штрафов начинают поддерживать новые инвестиции нефтяных компаний.

Пророчества ведущих «аналитиков» о сокрушительном обвале добычи и экспорте нефти из России не оправдались и они в этом сами признались. При этом поставки нефти из России в Европу сокращаются и появляются все новые сложности.

Не стоит думать, что с экспортом нефти и нефтепродуктов у России все хорошо. Проблемы обострились и начнут сказываться в среднесрочной и долгосрочной перспективе. Стране нужно быть готовой к тому, что европейский рынок нефти если не будет потерян до конца, то заметно сократится. Соответственно, уже сейчас необходимо думать о глубокой переработке сырья на своей территории для увеличения внутреннего спроса и стратегическом перенаправлении основных потоков в другие страны и развитии соответствующей инфраструктуры.

Такие огромные инвестиции невозможно делать без общей стратегии государства, которая бы показала куда мы шли, куда пришли, почему изменили направление и какой у нас образ будущего.