logo
  1. Метафизическая война
  2. Судьба гуманизма в XXI столетии
Аналитика,
Давайте попытаемся представить себе, как волновало нежные умы христианских средневековых рыцарей-монахов, назвавших свой орден орденом Храма Соломона, их проживание в таких таинственно-колдовских священных местах

Судьба гуманизма в XXI столетии

Круг Хуана де ла Корте. Сожжение Иерусалима войсками Навуходоносора. 1630–1660Круг Хуана де ла Корте. Сожжение Иерусалима войсками Навуходоносора. 1630–1660

Утверждение № 1 — тамплиеры не выдумка. Они — исторически существовавшая орденская структура.

Утверждение № 2 — все орденские структуры, то есть организации, состоявшие из монахов, бывших одновременно рыцарями, являются потрясающим нововведением для определенной эпохи. Мы убедились в этом, ознакомившись с восхвалением этого нововведения Бернардом Клервоским.

Утверждение № 3 — не так-то просто осуществлять столь масштабные нововведения в условиях, когда общество любые нововведения принимает с трудом, а противостоит нововведению тысячелетняя традиция, которую приходится буквально ломать через колено.

Утверждение № 4 — при таких ломках не может не возникнуть сложных отношений между предшествующей традицией и осуществляемым с помощью ломки нововведением.

Утверждение № 5 — поскольку в данном случае речь идет о сложности отношений между орденским нововведением и христианской традицией, то созданная с помощью нововведения орденская организация начинает специфическим образом позиционировать себя в рамках существующей христианской традиции. Традиция косо смотрит на нововведение, а нововведение косо смотрит на традицию.

Утверждение № 6 — сложность, а в общем-то и конфликтность (при такой сложности не может не быть конфликтности), отношений между нововведением и конкретной христианской традицией, согласно которой, например, монахи вообще не носят оружие и уж тем более не являются рыцарями, с высокой вероятностью приводит в итоге к сложности в отношениях между орденом как этим нововведением и христианством в целом.

Утверждение № 7 — мы никогда не узнаем, ни прочитав две-три книги (на чем обычно останавливаются люди, которые просто знакомятся с существенными историческими сюжетами), ни прочитав в силу особого интереса к теме аж целую сотню книг (я отношусь, скорее, к этой категории людей), почему французский король Филипп IV и римский папа Климент V на паях осуществляли свирепейшее преследование ордена тамплиеров в период с 1307 по 1314 год.

Ответственно заявляю, что единственный способ получить абсолютно достоверные сведения по данному поводу — это воскресить Филиппа Красивого и папу Климента V и учинить им допрос с пристрастием. Да и то не факт, что они скажут на допросе правду.

Может быть, Филипп IV просто испугался могущества тамплиеров и надавил на римского папу Климента V. А всё остальное, включая многочисленные показания, даваемые тамплиерами на допросах святой инквизиции, — это просто самонаговор, который из тамплиеров выбили пытками.

А может быть, тамплиеры и впрямь отошли слишком далеко от тех христианских норм, которые господствовали в период их преследования.

А может быть, они еще дальше отошли, чем нужно было выколачивающим из них показания инквизиторам, и, давая показания, они просто глумились над инквизиторами?

Любая из этих версий правомочна, и ни одна из них не может быть исчерпывающим образом доказана.

Утверждение № 8 — в период между созданием ордена и его уничтожением, то есть примерно за 200 лет, тамплиеры невероятным образом нарастили свою военную и экономическую мощь. Это несомненный факт. Тамплиеры действительно превратились со временем в уникальную банковскую структуру. Орден, в который вначале входили несколько человек, превратился в организацию, численность которой, по-видимому, к концу эпохи благоденствия ордена составляла десятки тысяч людей, что для того времени было почти беспрецедентно. И кто бы ни покровительствовал тамплиерам: отдельные феодалы (такие, как Гуго, граф Шампанский, граф Фальк Анжуйский и другие), отдельные короли (такие, как бездетный король Арагона Алонсо I), отдельные папы (в наибольшей степени это касается папы Иннокентия II) или какие-то (по этому поводу говорится столько, что даже вдаваться в тему не хочется) еще более мощные силы, — главное, конечно, в качествах людей, создававших орден. А также в их способности передавать традицию в нескольких поколениях. То же самое касается, например, иезуитов. Или создателей большевистской партии. Я здесь абстрагируюсь от содержания перечисляемых начинаний: они совершенно разные, — я только о масштабе людей, эти начинания осуществлявших.

Тут и впрямь впору развести руками и процитировать «Бородино» Лермонтова:

Да, были люди в наше время
Не то, что нынешнее племя.
Богатыри — не вы.

Обращаю внимание читателей на то, что я много раз говорил о том, что большевики, к сожалению (в этом моя оценка), не создали ордена, то есть структуры, имеющей метафизическую, эзотерическую традицию. Говорил ли Сталин о необходимости строить партию как орден меченосцев — это отдельный вопрос, но осуществив потрясающее превращение за кратчайшие сроки Советского Союза в сверхдержаву, он никакого ордена не создал. И лично для меня в этом объяснение быстроты краха великолепного большевистского начинания. Но здесь, повторяю, я всё это оговариваю лишь потому, что ввел в число «богатырских» начинаний не только начинания орденские, но и начинание большевистское. А потому просто обязан оговорить природу отличия большевистского начинания от других, которые только что перечислил.

Итак, никто не знает, почему началось свирепейшее преследование тамплиеров. Говорилось, что они превратились в нечто антихристианское. Это могло произойти в силу конфликта орденского нововведения с христианской традицией. Но, возможно, это было напраслиной. А возможно, всё было еще хуже. В любом случае тамплиеры с ошеломительной стремительностью набирали могущество, что, с моей точки зрения, говорит о качестве вошедших в это начинание людей и об их способности передавать свои качества преемникам.

Утверждение № 9 — тамплиеры были не просто рыцарями какого-то храма. Они были рыцарями Храма Соломона. Об этом прямо пишет средневековый историк-хронист Вильгельм Тирский, являющийся одним из наиболее надежных источников того ненадежного в целом времени: «Поскольку они не имели ни церкви, ни постоянного прибежища, король дал им на время местожительство в южном крыле дворца, близ Храма Господня».

Что имеется в виду, когда говорится о Храме Господнем? Имеется в виду Второй иерусалимский Храм (храм, построенный Соломоном, был Первым иерусалимским Храмом).

Напомню, что Первый храм Соломона просуществовал с 950 по 586 год до н. э.

В 586 году до нашей эры вавилоняне под предводительством царя Навуходоносора полностью разрушили Первый храм Соломона. Храм был разрушен до основания, большинство жителей убиты, остальные угнаны в вавилонское рабство, Ковчег Завета при этом был утерян.

В 538 году до нашей эры персидский царь Кир Великий завоевал Вавилонию и издал декрет, разрешающий евреям, попавшим в вавилонское рабство, вернуться в Иудею и восстановить Иерусалимский храм. Вот что сообщается об этом в первой главе Книги Ездры: «В первый год Кира, царя Персидского, во исполнение слова Господня из уст Иеремии, возбудил Господь дух Кира, царя Персидского, и он повелел объявить по всему царству своему, словесно и письменно: так говорит Кир, царь Персидский: все царства земли дал мне Господь Бог небесный, и Он повелел мне построить Ему дом в Иерусалиме, что в Иудее. Кто есть из вас, из всего народа Его, — да будет Бог его с ним, — и пусть он идет в Иерусалим, что в Иудее, и строит дом Господа Бога Израилева, Того Бога, Который в Иерусалиме. А все оставшиеся во всех местах, где бы тот ни жил, пусть помогут ему жители места того серебром и золотом и [иным] имуществом, и скотом, с доброхотным даянием для дома Божия, что в Иерусалиме.

И поднялись главы поколений Иудиных и Вениаминовых, и священники и левиты, всякий, [в ком] возбудил Бог дух его, чтобы пойти строить дом Господень, который в Иерусалиме. И все соседи их вспомоществовали им серебряными сосудами, золотом, [иным] имуществом, и скотом, и дорогими вещами, сверх всякого доброхотного даяния [для храма].

И царь Кир вынес сосуды дома Господня, которые Навуходоносор взял из Иерусалима и положил в доме бога своего, — и вынес их Кир, царь Персидский, рукою Мифредата сокровищехранителя, а он счетом сдал их Шешбацару князю Иудину. И вот число их…» (далее подробно перечисляется огромное количество ценностей, взятых Навуходоносором из Первого храма Соломона и возвращенное Киром иудеям для помещения возвращенного во Втором храме).

Второй храм возводился вернувшимися из вавилонского пленения иудеями очень истово и сосредоточенно. Храм был восстановлен на прежнем месте, примерно в тех же размерах, но считается, что Второй храм был менее впечатляющим, нежели Первый. Храм перестраивался незадолго до его разрушения. А разрушен он был римлянами в 70 году нашей эры.

Бытуют разные предания вокруг восстановления этого храма или, точнее, создания Третьего храма. Ничего канонического по этому поводу не сказано ни в христианстве, ни в иных религиях, как-то соотносящих себя с еврейскими верованиями (через Ветхий Завет или иначе). В иудаизме предание о восстановлении храма носит наиболее канонический характер и, согласно этому преданию, восстановление храма произойдет во время пришествия еврейского мессии.

Что же касается христианства, то определенные авторитеты утверждали, что в восстановленном Храме будут поклоняться Антихристу. Но при всей весомости этих авторитетов называть данное представление каноническим вряд ли стоит.

Но нас здесь совсем не это интересует. Нас интересует то (внимание, внимание и еще раз внимание!), чей храм восстановят. Это наиболее существенно вообще, и особенно существенно для нас.

Гюстав Доре. Восстановление Храма. 1866Гюстав Доре. Восстановление Храма. 1866

Храмовники с каким именно Храмом Соломона себя связывали? С тем, в котором почитали бога Моисея, он же — ветхозаветный Бог? Или в котором почитали нечто прямо противоположное? При том, что если в главном храме, посвященном богу Моисея, начинают почитать не бога Моисея, а кого-то другого, то этот другой или эта другая по определению должны быть максимально полярны по отношению к богу Моисея. Это всегда так. Если в месте предельного поклонения чему-либо начинают почитать не это «что-то», то с высочайшей вероятностью начинают почитать «анти-что-то». И это «анти-что-то», не Антихрист. Антихрист — это понятно, какое «анти». Тут всё задано самим названием. А в Храме Соломона почитали не Христа. Поэтому-то «анти», которое могло размещаться в Храме Соломона в качестве почитаемого начала, диаметрально противоположного богу Моисея, должно было быть — здесь я хотел бы оставаться в культурологических рамках — каким-то очень концентрированным выражением почитания Темной великой Матери. Тут почитания Золотого Тельца уже недостаточно. Тельца можно почитать вне Храма Соломона. А внутри этого Храма при почитании чего-то диаметрально противоположного тому, что вменено в этом храме почитать, согласно его прямому предназначению, надо почитать прямо Темную великую Мать. Она же — Лилит, она же — Кибела, она же — госпожа Великая тьма.

Так с каким же храмом Соломона соотносили себя тамплиеры? При том, что они себя явно соотносили с Храмом Соломона — это есть безусловный исторический факт.

Я уже знакомил читателя с тем, как именно описывал тамплиерский храм восхищенный тамплиерами Бернард Клервоский. Поскольку какие-то данные о Храме Соломона, так тесно связанном с тамплиерами, сообщаемые теми, кто был в большей или меньшей степени современником становления тамплиерства, тоже далеко не бессмысленны, то я позволю себе привести эти сведения. Вот что пишет Гийом Тирский о взятии Иерусалима крестоносцами и их поведении в том месте, которое он называет Храмом Соломона: «Мы яростно напали на город со всех сторон… В пятницу рано утром мы пошли на приступ города, но не смогли нанести ему вред; и пребывали мы в ошеломлении и великом испуге. Затем, с приближением того часа, когда Господь наш Иисус Христос принял за нас смертные страдания на Кресте, наши рыцари, стоявшие на башне, яростно бились с неприятелем. В этот момент один из наших рыцарей по имени Летольд поднялся на городскую стену. Едва только он оказался наверху, как все защитники города оставили стены и побежали через город, а наши воины преследовали их и гнались за ними, убивая и пронзая мечом до храма Соломона, где была такая бойня, что наши воины стояли по лодыжки в крови».

Приведу еще несколько фрагментов, в которых Тирский, описывая взятие Иерусалима крестоносцами, упоминает Храм Соломона. Оговорив, что крестоносцы стремились «отмстить за поруганного Христа», Тирский так описывает это отмщение: «Они шли по улице с мечом в руке. Они убивали всех жителей, которых встречали на своем пути, не щадя ни женщин, ни детей, невзирая на крики и мольбы о пощаде. На земле было столько трупов и отрубленных голов, что нельзя было пройти. Пешие воины были более других охвачены неистовством: они ходили по городу и взмахом топора или булавы убивали турок, попадавшихся им под руку».

Некий аноним, современник Тирского, добавляет: «Сарацины, укрывшиеся в храме Соломона, вели с нашими жесточайшее сражение в течение всего дня, так что храм был весь залит их кровью. Наконец, поразив язычников, наши захватили в храме множество мужчин и женщин и убили или пощадили их по своему разумению. На кровле храма укрылось множество язычников обоего пола, которым Танкред и Гастон Беарнский отдали свои знамена в знак того, что они спаслись».

Танкред, который упомянут анонимом, — это Танкред де Отвиль, он же — Танкред Тарентский (1072–1112), один из ключевых участников Первого Крестового похода, князь Галилеи и Тивериады, регент княжества Антиохия.

Гастон Беарнский, он же — Гастон IV Крестоносец (до 1074–1130), виконт Беарна и сеньор Сарагосы — еще один выдающийся участник Первого Крестового похода. Он вместе с Танкредом Тарентским участвовал в строительстве осадных машин, сыгравших решающую роль во взятии крестоносцами Иерусалима.

Привожу эти справочные сведения, потому что два упомянутых анонимом милосердных рыцаря — Танкред и Гастон — будут далее присутствовать в рамках важного для нас сюжета. Но этот сюжет будет приведен чуть позже. Вначале я дополню сведения анонима по поводу произошедшего в интересующем нас Храме Соломона сведениями Гийома Тирского, который подтверждает сведения анонима, сообщая по поводу бойни в Храме Соломона следующее: «Вид такого количества трупов был невыносим, но убивавшие выглядели так же ужасно, как и их жертвы: они были в крови с головы до ног. В черте храма находилось более десяти тысяч трупов, к этому числу следует добавить те, которые валялись на улицах города. Пешие воины бегали по маленьким улицам и переулкам в поисках неприятелей и добычи…»

Безумие боя (а можно сказать и бойни) завершилось взятием Иерусалима, резня вроде бы «прекратилось», началось поклонение тем местам города Иерусалима, в которых побывал Иисус Христос. Но наутро крестоносцы поднялись на крышу мечети Аль-Акса, где толпились пленники Танкреда и Гастона Беарнского. Они напали на этих пленников и обезглавили их, возмутив этим и Гастона, и в еще большей степени Танкреда.

Тем самым обнаруживается, что Храм Соломона — это еще и мечеть Аль-Акса, построенная на месте этого храма. А значит, восстановление храма предполагает разрушение священной для мусульман мечети.

Вновь адресую читателя к сведениям, которые сообщает Гийом Тирский в третьей главе VIII книги «Истории событий в заморских частях (света)», оговорив при этом, что данная книга Гийома Тирского считается одной из наиболее авторитетных летописей рассматриваемой нами эпохи. А сам Гийом родился и умер на тех ближневосточных землях, которые нами обсуждаются в связи с тамплиерами. Вот что сказано Гийомом по поводу тех географических деталей, вне которых обсуждать тему тамплиеров и Храма Соломона можно только избыточно эскизным образом. Потому что тут как бы неважная для нас география и очень важная для нас эзотерика слишком прочно переплетены.

В начале цитируемого мною отрывка из 3 главы VIII книги Гийома Тирского просто повторяется всё то, что касается уже изложенных мною историй двух храмов. Но достаточно важно ознакомиться с тем же самым из уст авторитетного летописца. Всегда полезно вдохнуть запах эпохи, исходящий от этого описания. Тем более что оно плавно перетекает в важные для нас географические сведения. Гийом Тирский пишет: «На другой горе, той, что с востока, на ее склоне, который смотрит на юг, находится храм Господа, на том самом месте, где, согласно книге Царств (II книга Царств, 24) и книге Паралипоменон, царь Давид купил у Орнана, он же Аравна, евусея, участок. Там и было приписано ему построить Господу жертвенник, на котором после этого он приносил жертвы всесожжения и мирные жертвы; и призывал Господа, и тот обращался к нему в огне с неба, над жертвенником всесожжения. Там же по велению Господа его сын Соломон после смерти отца построил храм. А какова была его форма, и как пал он при Навуходоносоре, царе вавилонян, и снова при Кире, царе персов, был отстроен Зерубавелем и первосвященником Йешуа, и как он снова, вместе со всем городом, при Тите, принцепсе римлян, был разрушен, — об этом рассказывают старинные исторические книги. Кто же был его строителем, и какова форма его устроения, достаточно рассказать сейчас.

Далее, в начале этой книги, мы сказали, что его строителем был Омар, сын Хаттаба, вставший третий после смутьяна Магомета, как наследник его заблуждения и царства. И что это так, открыто говорят старинные надписи внутри самого здания и снаружи».

То есть Гийом Тирский говорит, что на месте Храма Соломона построена мечеть, которая называется мечетью Омара, известная также под названием «Купол Скалы». Специалисты подтверждают это утверждение Гийома Тирского, опираясь на определенные предания. Это и предание о горе Мориа, на которой Авраам готовился принести в жертву своего сына Исаака, и предание о том, как царь Давид захотел произвести перепись населения, вызвав этим гнев Господа. Господь наслал эпидемию, царю Давиду был явлен на вершине всё той же горы Мориа ангел с обнаженным мечом. Причем нога ангела коснулась вершины скалы, которая навеки почернела и оплавилась. Давид, чтобы искупить грех, воздвиг на этой скале жертвенный алтарь. Позднее сын Давида Соломон воздвиг на этой горе Первый храм, в котором хранился Ковчег Завета. Таковы иудейские предания по поводу скалы и этого самого Купола.

Ричард Дадд. Вид на Иерусалим. 1842–1843Ричард Дадд. Вид на Иерусалим. 1842–1843

Но есть и предания исламские, по поводу «Ночи Вознесения» (Лейлят аль-Мирадж). Согласно этому преданию, пророк Мухаммед в 619 году был внезапно разбужен в своем доме у Каабы ангелом Гавриилом (Джибрилом) и мгновенно (когда он вернулся, не остыла его постель) перенесен для предстоящего вознесения в Иерусалим на волшебном животном (крылатом коне с телом лошади и головой женщины). Именно на горе Мориа перед пророком Мухаммедом разверзлись небеса, и открылся путь, приведший его к трону Аллаха. А мечеть «Купол Скалы» отмечает место, с которого Мухаммед вознесся на небо. В самой мечети паломники могут видеть отпечаток ноги пророка и три волоска из его бороды. Знакомясь с этими преданиями в разных, не очень отличающихся друг от друга редакциях, я не переставал поражаться тому, насколько сплетены воедино священные истории великих религий, находящихся в сложных отношениях друг с другом. Никоим образом не посягая на эти священные истории, относясь к ним с равным уважением, и понимая некорректность их рассмотрения с политологической точки зрения, я тем не менее задаю самому себе вопрос, выводя его за уважаемые мною религиозные рамки.

Вопрос этот таков. А если бы пророк Мухаммед вознесся, не перенесясь в Иерусалим, прямо на месте своего проживания, то на сколько процентов снизился бы риск мировой войны (она же — Армагеддон, она же — война в долине Мегидо)? Когда медленно идешь по всем этим священным местам Иерусалима и видишь воочию, как сдавлены на крохотной территории сложно соотносимые религиозные святыни — испытываешь глубокую политологическую тревогу, вновь подчеркну, находящуюся за религиозными рамками и на эти рамки никоим образом не посягающую.

Но вернемся к Гийому Тирскому, который, как мы убедились, именует халифа Омара ибн Хатиба, построившего за 4 года (с 688 по 692 год н. э.) мечеть «Купол Скалы». Эта мечеть, она же — мечеть Омара, является третьей по значению (после Мекки и Медины) исламской святыней. Когда крестоносцы завладели мечетью, то устроили в ней христианскую церковь. После изгнания крестоносцев мечеть продолжила исполнять свои религиозные функции.

Мечеть Скалы очень необычна. В центре мечети — две ограды. Первая — деревянная, покрытая резьбой. Вторая — чугунная готическая. Она поставлена здесь крестоносцами. Эта ограда окружает черную неправильной формы скалу — вершину горы Мориа, на которую некогда ступил ангел Господень. То есть священная точка, на которой происходили важнейшие иудейские религиозные события и которая стала сначала местом, на котором был установлен жертвенник Давида, а потом — центром Храма Соломона, является одновременно центральной точкой мечети Омара.

А во время крестоносцев, то есть при тамплиерах, естественно, не было мечети, но место-то, как мы убедились, непростое и так прочно связанное с Храмом Соломона, что рыцари этого храма (а тамплиеры именовали себя таковыми) просто не могли обойти это место стороной.

Описав мечеть Омара, стоящую на месте двух храмов, Тирский далее сообщает: «Внутри же, посреди храма, за рядом внутренних колонн, находится возвышенная скала, с гротом из того же камня, на котором, говорят, сидел ангел, который поражал народ из-за неосторожно произведенного Давидом исчисления народа, пока не было ему повелено Господом, чтобы он вернул свой меч в ножны, щадя народ. Там позднее на участке, купленном за шестьсот сиклей золота по вернейшему весу, он воздвиг жертвенник, как мы уже говорили. Он же до нашего прихода, и после него пятнадцать лет стоял голым и открытым; однако позднее те, кто начальствовал здесь, покрыли этот жертвенник белым мрамором сверху и построили хоры, на которых клир восхваляет божественное».

Не берусь оценивать весомость той версии, согласно которой Камень Основания, он же Краеугольный камень, находится внутри мусульманского Купола Скалы. Знаю, что есть и другие версии. Но ведь и эта существует. А в иудаизме считается, что Краеугольный камень (он же Камень Основания) — особо священен, поскольку здесь Господь начал аж само сотворение мира. Но вне зависимости от того, является ли этот камень отправной точкой при сотворении мироздания или же это только место расположения жертвенника, речь идет о религиозно наиважнейшей точке. И не имеет смысла более развернуто обсуждать, какова такая точка, был ли расположен храм именно в ней или рядом с нею. Потому что по этому поводу спорят люди, которые, в отличие от нас, полностью сфокусированы на этой теме. А она для нас является существенной, заслуживающей всяческого уважения, но относительно проходной.

Поэтому целесообразно ограничиться констатацией того, что во времена существования иерусалимского королевства крестоносцев храмом Господним именовался «Купол Скалы», он же Золотой купол, который мы уже обсудили. А Храмом Соломона именовалась мечеть Аль-Акса. Тут же — то есть на территории Храмовой горы — был построен дворец иерусалимского короля. Если это всё рассматривать под географическим и историко-религиозным микроскопом, то обнаруживаются и разночтения, и существенные детали. Но если отказаться от обсуждения этих деталей, то можно, оговорив приблизительность данного утверждения, констатировать, что первой резиденцией ордена тамплиеров был некий домик, располагавшийся рядом с тем, что именовалось Храмом Соломона (Темплум Соломонис). А главная резиденция тамплиеров располагалась в южном крыле дворца иерусалимского короля. И что на самом деле в рамках средневековой географии, в чьих пределах мы по понятным причинам находимся, вся Храмовая гора именовалась Храмом Соломона.

Теперь представим себе, как все обстоятельства священного характера, которые мы вынуждены обсуждать достаточно сжато, волновали головы и сердца крестоносцев, обитающих в местах, столь тесно связанных с этими обстоятельствами. То есть в умах исследуемых нами тамплиеров.

Пушкин в стихотворении «Разговор книгопродавца с поэтом» говорит о том, что в юности «все волновало нежный ум» поэта. И перечисляет, что именно:

Цветущий луг, луны блистанье,
В часовне ветхой бури шум,
Старушки чудное преданье.
Какой-то демон обладал
Моими играми, досугом;
За мной повсюду он летал…

Теперь давайте попытаемся представить себе, как волновало нежные умы христианских средневековых рыцарей-монахов, назвавших свой орден орденом Храма Соломона, их проживание в таких таинственно-колдовских священных местах. Это при том, что, как нам уже удалось установить, сам статус монашествующего рыцаря или рыцарствующего монаха был фантастически нов для христианства и не мог не порождать у его обладателя сложных отношений с классической христианской традицией, отрицающей подобный статус.

Что именно всё это порождало, или, точнее, не могло не порождать в безусловно нежных и очень взбудораженных своим статусом умах этих самых рыцарей Храма Соломона, они же — тамплиеры?

(Продолжение следует.)