logo
Статья
/ Давыдов Евгений

Джузеппе Гарибальди. Часть 2

ГарибальдиГарибальди
Евгений Давыдов© ИА Красная Весна

В начале 1842 года Гарибальди с семьей поселился в столице Уругвая.

Уругвай добился своей независимости после формальной деколонизации Бразилии, когда та вышла из-под управления Португалии. Территория, которую занимал Уругвай, называли Восточной полосой. Как Бразилия, так и Аргентина не бросали попыток поставить под свой контроль Восточную полосу (Banda Oriental). Во многом это было связано с экономической привлекательностью региона, которая выражалась в лесных богатствах. В то время древесина была одним из основных строительных материалов.

В самом Уругвае боролись две крупные силы «Бланкос» (крупные феодалы и скотоводы), и «колорадос» (крупная и мелкая буржуазия). Аргентина поддерживала первых, Бразилия вторых. Также в конфликте неявно участвовали Франция и Великобритания, по разные стороны баррикад.

Аргентинскую конфедерацию возглавлял Хуан Мануэль де Росас, имевший в то время неограниченные диктаторские полномочия. Именно в Буэнос-Айрес убежал Орибе, возглавлявший «Бланкос» после удачного для «колорадос» восстания. Росас использовал данный козырь по полной программе, поставив Орибе во главе одного из воинских подразделений. Тем самым Аргентинская конфедерация могла поставить своего ставленника во главе Уругвая.

Гарибальди по понятным причинам примкнул к «колорадос», так как на тот момент буржуазный класс не успел мутировать, и его преимущества перед классом феодалов ощущалась народом. Джузеппе принял предложение уругвайского президента Риверы, который был лидером «колорадос». Он принял командование над тремя судами.

15 августа 1842 года экипажи кораблей под предводительством Гарибальди приняли бой возле Нуэва Кава. Соотношения сил были неравны, гарибальдийцы бились три дня. Когда боеприпасы закончились, капитан приказал зарядить орудия якорными цепями, а затем поджег корабли — дабы не оставить ничего противнику.

Тем временем в ноябре 1842 года Ривера потерпел крупное поражение, под его контролем фактически оставалась только столица Монтевидео. Гарибальди в начале 1843 года начал формировать добровольческий итальянский легион. К тому времени Гарибальди был уже отцом троих детей. Его семья жила в Монтевидео в тяжелых условиях.

Противоборство приняло довольно затяжной характер. Причем война насильно изрядно диффузный характер, так как правительство не могло контролировать территорию, и фактически любой землевладелец мог сформировать армию, и в зависимости от ситуации выбирал ту или иную сторону. Именно во время этого военного противостояния произошла самая долгая осада города в новой истории. Осада столицы Уругвая Монтевидео войсками под командованием Орибе продолжалась почти девять лет с 1843 по 1851 год.

Отряд Гарибальди успешно действовал при обороне столицы, но по-настоящему его прославила победа при Сант-Антонио, когда отряд 400 человек под его командованием сражался с дивизией противника, и в итоге вынудил его отступить. Произошло это 8 февраля 1846 года, именно с этой победы вести о подвигах неистового итальянца начали достигать европейского континента.

На волне военных успехов Гарибальди узнает от Мадзини, что его родная Италия стоит накануне революционного извержения. С этих пор его взоры устремляются к судьбе родной раздробленной Италии.

Уругвайское правительство пыталось затянуть отъезд итальянца, понимая, что потеря этого военачальника приведет к значительному ослаблению их сил. Но чем больше Гарибальди получал сведений из родной Италии, тем сильнее крепли его намерения о возвращении на Родину. Удержать его было все труднее и труднее.

Летом 1846 года папа Пий IX под давлением народных восстаний объявил амнистию политическим заключенным, дал согласие на формирование национальной гвардии и пошел на ослабление цензуры печатных органов.

Умеренная итальянская буржуазия объединилась с либеральными представителями дворянства в политическую партию «Возрождение». В этой партии были представители мадзинистской «Молодой Италии».

В декабре 1847 года Джузеппе отправил жену с детьми в Ниццу. А уже в 1848 году Италия начала вставать на дыбы, восстание в Милане, в Сицилии, армия Пьемонта начала теснить австрийские войска. А в это время Гарибальди «на всех парах» был на пути домой.

Гарибальди предложил свои услуги королю Сардинии Карлу-Альберту, при этом обозначив, что на этот союз он идти ради объединения Италии, хотя бы под управлением короля, но его идеалом государственности является республика.

Карл-Альберт не слишком жаловал Гарибальди, что, в принципе, понятно. Король отправил его в распоряжение военного министра, с которым Гарибальди не нашел общего языка. Будущий герой Рисорджименто предложил свою шпагу либеральному папе, но получил отказ. Тогда итальянец направился в восставший Милан, где временное правительство согласилось на сотрудничество. Гарибальди возглавил всех волонтеров между Бергамо и Миланом. Под его началом оказалось около трех тысяч бойцов.

Тем временем Сардинские войска после пятимесячного простоя проиграли австрийцам, потеряв линию Минчио-Ольо, что открывало австрийцам наступление на Ломбардию. А значит, ставило Милан в критическое положение. 4 августа 1848 года Карл Альберт заключил перемирие с австрийцами и бежал из Милана вместе с Пьемонтской армией. А вместе с войсками город начали покидать состоятельные семьи.

Гарибальдийцы не успели вернуться в Милан из Монцы, куда их направило правительство. Вместо этого лидер послал отряд в Комо, где в гористой местности можно было переждать, набраться сил для начала партизанской войны.

Только Венеция в то время в реальности смогла отстоять свободу, правда и тут все висело на волоске, так как венецианцы уже выбрали вхождение области в Пьемонт. Им не сразу стало известно, что Карл Альберт, дав согласие на вхождение Венеции в королевство, уже договорился о том, что сдаст ее австрийцам. Какого же было их удивление, когда они узнали о сдаче Милана. После этого королевские эмиссары бежали из Венеции, сверкая пятками.

Гарибальди, добравшись до Кастеллетто 13 сентября 1848 года, опубликовал воззвания к итальянскому народу, в котором он обозначил свою решимость и его волонтеров драться за независимость Италии до конца. Корсар отчетливо понимал, что независимости можно добиться только в объединении всех итальянских сил. В порту Арона им были захвачены два парохода, на них полуторатысячный отряд переправился в Луино, где разбил трехтысячный австрийский корпус.

Первая попытка поднять итальянский народ на борьбу оказалась неудачной: в столкновениях с многократно превосходящим числом противников его отряду пришлось рассредоточиться и укрыться в Швейцарии. Но усилия оказались не напрасными, так как деятельность отряда Гарибальди сделала его популярным — о нем знал практически каждый итальянец.

Ждать новой искры народного возмущения пришлось недолго, сначала полыхнуло в Болонье и Тоскане. В порту Ливорно корсар собрал остатки своего отряда и направился в Венецию. Правда, до республики добраться не удалось: волнения в Риме и бегство Папы ни могло не привлечь внимание Гарибальди. Римские буржуа пытались интриговать и отправить отряд подальше от города. Их мотивы понятны, они опасались лидера, который имел большую популярность в итальянском народе. На тот момент Гарибальди действительно представлял собой силу.

Именно поэтому ему удалось стать одним из основных конструкторов Римской республики, которая была провозглашена 9 февраля 1849 года. 23 февраля пьемонтские войска терпят поражение под Наваррой, что ставит в затруднительное положение и Рим, и Венецию.

Тем временем Луи Наполеон, которого Маркс называл маленьким племянником большого дяди, отреагировал на воззвания Папы Пия IX, гласившие о падение власти церкви в сердце католической веры, то есть в Риме. Как сейчас бы сказали: «Луи Наполеон ввел войска» в Италию.

30 апреля войска под командованием генерала Удино начали штурм Рима, но горожане с Гарибальди во главе дали полноценный отпор интервентам, обратив их войска в бегство. Пока римское правительство вело переговоры с французским парламентером Фердинандом Лессепсом о заключении временного перемирия, неаполитанский король Фердинанд II решил воспользоваться тяжелым положением римлян, и попытаться разбить их. Однако Гарибальди разгромил двадцатитысячный корпус неаполитанцев.

Несмотря на это, положение оставалось тяжелейшим: Луи Наполеон мог мобилизовать на усмирение Италии десятки тысяч человек. Войска генерала Удино никуда не делись, требовались решительные меры. Гарибальди понимал, что в военном плане силы не равны. Он требовал у правительства для себя диктаторских полномочий, в планах было оставить не большой военный отряд в столице, а основными силами рассчитывал отойти вглубь страны, где можно было укрыться. Параллельно задумывалась мобилизация остального населения, что вполне можно было осуществить. Но таких полномочий итальянец не получил, управляющий триумвират по разным причинам этого сделать не захотел.

Когда к началу лета Гарибальди подходил к столице, он понял, что никаких усилий для повышения обороноспособности города сделано не было. 3 июня состоялось сражение за ключевые позиции (казино «Четырех ветров», виллу Корсини) в обороне столицы республики. В этом бое гарибальдийцы потеряли около двухсот убитых и тысячу раненых, но позицию отбить не удалось. Теперь французы имели практически беспрепятственный подход к стенам города, и их сорокатысячному корпуса путь к Риму был открыт — захват города был теперь лишь делом времени.

Несмотря на плохую диспозицию Гарибальди еще в течение месяца удерживал город Ромула и Рема. В ночь со 2 на 3 июля четырехтысячный отряд неистового итальянца отступил из Рима. За несколько месяцев отступления отряд не раз выходил из окружений, лавируя между тремя вражескими армиями. В итоге отряд Гарибальди принял решение спастись на территории Сан-Марино. Власти республики согласились помочь на неприемлемых для вождя волонтеров условиях, поэтому он и еще двести бойцов покинули Сан-Марино и решили пробираться в Венецию.

Жена Джузеппе Анита к тому момента была на шестом месяце беременности, тяжелое многомесячное отступление ни могло не сказаться на ее здоровье. Она подхватила лихорадку, ее самочувствие ухудшалось с каждым часом. Она умерла на ферме у одного из сочувствующих жителей Гарибальди. Многих лидеров из его отряда расстреляли австрийцы.

После захоронения Аниты Гарибальди пытался добраться до малой Родины, его схватили в Кьялари. Под давлением народа, который был наслышан о его подвигах при защите Рима, его выпустили, но обязали покинуть родную Италию. 15 сентября он приехал в Ниццу, а уже 16 сентября 1849 года на шхуне «Триполи» отправился в изгнание в Тунис. 22 августа пала последняя революционная республика — Венеция.

Так закончилась революция 1848-1849 годов. Австрия восстановила свое влияние на Апеннинском полуострове. Но именно в горниле этой борьбы зарождалась та лавина, которая раскалившись до предела, в 1870 году создало объединенное итальянское государство после присоединения Рима.

Гарибальди после изгнания пять лет скитался по миру. Был он в Марокко, США, Латинской Америке и даже в Новой Зеландии. За это время он скопил кое-какое состояние и приобрел остров Капреру, на котором ждал дальнейшего развития событий. В 1858 году Пьемонт объединился с Францией против Австрии. Правительство Пьемонта тогда возглавлял Бензо Кавур, ему удалось уговорить Гарибальди возглавить корпус альпийских стрелков. В итоге к Пьемонту отошли Милан и Ломбардия, а к Франции отошли Савойя и родная Гарибальди Ницца, которая до сих пор находится в составе Франции. Разочарованию Гарибальди не было предела.

В 1860 году Италия снова встает на дыбы, Гарибальди был тут как тут. На этот раз волнения начались на юге в Неаполитанском королевстве. С Сицилии волнения перекинулись на материк. Гарибальди руководил захватом Сицилии и впоследствии Неаполем в сентябре 1860 года. Династия Бурбонов была изгнана из Италии, а отвоеванные южные земли были переданы королю Пьемонта Виктору Эммануилу. В том же году Гарибальди пытался пойти на Рим, но это не входило в планы монарха, который не хотел портить отношения с Францией и он сделал все, чтобы не допустить осады столицы Папской республики. То же самое произошло через два года, только против уроженца Ниццы уже была выставлена регулярная армия Италии.

В 1866 году к Италии была присоединена Венеция, Гарибальди снова бился с австрийцами, но уже не во главе итальянского войска. Через год полководец снова пытался присоединить Рим к Италии, но теперь его арестовали и сослали на его остров Капреру.

Корсар не оставлял своих попыток. Он сбежал с Капреры и собрал добровольцев. Население Папской области не благоволило гарибальдийцам, что, в том числе, привело к поражению от французских войск. Генерал Фальи праздновал победу над Гарибальди при Ментане.

В 1870 году Рим, наконец-то, присоединили к Италии. Французы вывели войска из-за начавшейся войны с Пруссией. На этом приключения итальянца не закончились, он успел повоевать за Францию в войне против немцев, но это уже немного другая история.

Можно по-разному относиться к роли личности в истории, но бытует мнение, что личность формируется внутри больших коллективов, в том числе в логике их запросов на решение крупных исторических задач. Джузеппе Гарибальди подтверждение этому, он как никто другой хотел объединения Италии — это было его мечтой, и он все сделал, чтобы мечта стала реальностью.