Как оказалось, самая инклюзивная ЛГБТ-среда — в стае обезьян, которым человек должен подражать

Европейский дневник русского студента. Часть 2

Николай Ярошенко. Студент. 1881
Николай Ярошенко. Студент. 1881
Николай Ярошенко. Студент. 1881

Начало читайте: Европейский дневник русского студента. Часть 1

Постепенно в нашей жизни сложился свой распорядок. Утром мы шли на занятия в оснащенную всем необходимым аудиторию. После лекций, если было нужно, мы отправлялись в библиотеку. Чаще всего в библиотеке оказывался я, потому что antik Professor сыпала цитатами и требовала освоения обширного материала, которого порой в интернете было не найти. Остальные ходили со мной нечасто, поскольку все материалы и задания мы получали от педагогов или в виде брошюр, или по электронной почте.

Вечером мы ужинали в одном из множества недорогих кафе, совмещая образовательную программу и гастрономический туризм, так что со временем во многих кафе нас стали встречать, как родных.

После ужина наступало время культурной программы. Не прошло и недели, как мы основательно облазили старый город и все острова на Пегнице. Мы любили сидеть на небольшом пятачке над рекой у моста, который в народе называли «Глаза Нюрнберга» или «нюрнбергские очки». Часто медленно прогуливались по «Мосту палачей» с его замшелой крышей, подолгу глядели на ивы, полоскающие свои ветви в реке. По домам мы чаще всего расходились в темноте, но мне этого времени хватало, чтобы успеть приготовить несложные задания на завтра.

В выходные мы зависали то в общаге, то у меня в номере; смотрели новые фильмы, болтали, пили пиво, устраивали веселые розыгрыши. Однажды мы немного перенесли машину Луиджи, которую он взял в каршеринг. Нужно было видеть его лицо, когда он, взглянув в окно, не обнаружил автомобиль на своем месте!

Ребята просто обожали веселиться, да и я не был исключением. Наше общение строилось на оптимизме, беззаботности и непредвзятости. Эта манера европейцев мне сразу понравилась. Они очень позитивны, много смеются, легко находят к любому случаю веселую шутку или поговорку, любят остроумную беседу и, даже говоря «нет», стараются подчеркнуть возможные плюсы ситуации и обезоруживающе улыбаются. Они, кажется, оберегают свой мир, каждое свое мгновение от отрицательных эмоций. Для них главное в своем сегодня иметь возможность безмятежно улыбаться. И еще я понял, что они очень высоко ценят искреннее участие и внимание. Они воспринимают это почти как чудо.

Из девчонок самой лучшей была Полин. У нее были густые каштановые волосы, подстриженные под каре, и очаровательные глаза, покоряющие своим блеском и задором. Полин была словно зеркало, в котором все окружающее отражалось в более легкой, жизнерадостной форме. Не удивительно, что я на нее сразу запал. И не я один. Маркус ходил за ней по пятам и мерил меня мрачным взглядом. Но все его свирепые взгляды и тяжеловесные ухаживания закончились ничем. Полин была только моя!

Она пришла в восторг от моего чердака и вскоре переехала сюда насовсем. Мы были счастливы, несмотря на то, что здесь была всего лишь односпальная кровать.

— Хорошо, что есть такая, — прижимаясь ко мне, сказала Полин. — Ведь я тебя так обожаю, что готова была бы заниматься любовью в общественных кабинках для секса, если бы ее не было.

— Каких кабинках? — удивился я.

— Как? Ты не знаешь? В Цюрихе есть специальные деревянные боксы ⁽¹⁾, в которых можно припарковаться и предаваться разврату сколько угодно! — Полин игриво скосила на меня свои прекрасные глаза.

Меня такое решение полового вопроса немного озадачило. Я и представить себе не мог, что кто-то согласится пользоваться такими кабинками. Но поскольку у нас не было в них необходимости, и, в сущности, меня это мало касалось, я не стал вдаваться в серьезные размышления, а крепко прижал к себе мою стрекозу.

— Какая же ты чудесная!

Полин засмеялась.

— Мы пойдем сегодня куда-нибудь вечером?

— Не знаю, а ты хотела бы?

— Сегодня в клубе будет лекция очень известной у нас писательницы. Пойдем?

— Ну конечно!

С нами отправились еще Ормар, Чилонгола и Луиджи.

Клуб, в который мы пришли, оказался небольшой кафешкой с приглушенным желтоватым светом низких ламп. Для лекции столы раздвинули, а стулья поставили рядами. Почти все места были заполнены гостями. При тусклом свете их лица казались желтоватыми и отталкивающими, словно обезображенными какой-то неизвестной болезнью.

Автор нашумевших романов — женщина средних лет, с короткой стрижкой и почти прозрачными голубыми глазами, в легких очках без оправы — сидела на большом стуле за пьедесталом.

Судя по тому, как ее принимали, писательница и правда была известна. Но мне ее имя ничего не говорило ⁽²⁾.

— Эта женщина поднимает в своих книгах очень серьезные темы страданий человека, эмоций и непростых решений, — восторженно шептала мне Полин. — Ты должен это почитать!

— Итак! — начала писательница. — Я рада приветствовать здесь всех моих гостей! И то, что вы здесь — это знак! В воздухе разлита некоторая тяга к преображению.

Зрители согласно закивали.

— Да, мои читатели очень хорошо это чувствуют. Все вы, наверное, знаете, что мои герои — это прежде всего люди молодые, именно они обречены в нашем обществе переживать самые болезненные конфликты. Да, может показаться, что молодость — это самая лучшая пора, но так ли это? Общество, общественные институты, взрослые, считая себя источником истины, слишком довлеют над личностью ребенка, да и над личностью вообще.

Голос ребенка никто не слышит, считается, что он прежде всего должен воспринять все социальные стереотипы. А если ребенок сопротивляется, то его шлепают! Да, да, представьте, что еще остались и те, кто применяет такие методы! Но у человека должна быть свобода выбора собственных проявлений. Иначе в конце концов человек становится болезненным или агрессивным.

Я ищу героев, которые нарушают установленный порядок мира. Общество накапливает негатив к необычным детям и людям. Этот негатив действует как оружие. Но я это оружие обезвреживаю всеми доступными способами. Сама же я без оружия. Мои руки открыты для объятий, мои книги несут доброту! Те, кто агрессивны, нападают на безоружного, — женщина показала зрителям открытые ладони. — В особенности стигматизации подвергается сексуальная сфера, а ведь в процессе изучения агрессии и ее истоков выяснили, что именно подавление сексуальности ведет к самым серьезным последствиям.

У нас ребенку с детства навязывают сексуальные стереотипы. Но на каком основании? Нормы, правила, социальные институты, разделение на мальчиков и девочек… Посмотрите на птиц и животных! Их детеныши растут свободно, в играх и возне. Обезьяны бонобо воспитывают своих детенышей миролюбиво, и у них нет никакого возраста согласия. Никто не говорит им, когда можно влюбиться. И вы знаете, они совершенно неагрессивны.

Бонобо гасят конфликты в стае именно с помощью групповых сексуальных контактов, не принимая в расчет никакой половой диморфизм. Самки, самцы и детеныши получают удовольствие все вместе. Можно сказать, что у них действительно ЛГБТ-инклюзивная среда. Мы должны быть ближе к природе. Ведь мы такие же животные, как другие. Все имеют право на яркую и свободную сексуальную жизнь.


1. В 2013 году в Швейцарии действительно установили специальные открытые общественные деревянные боксы для секса с проститутками в автомобилях.

2. У этой героини есть прообраз, выражающий именно такие взгляды. https://lenta.ru/articles/2017/08/24/murail/

Продолжение следует.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER


Другие статьи из сборника «Украинство»