logo
  1. Мироустроительная война
Аналитика,
Все законы, противоречащие исламу, были объявлены потерявшими силу. Были закрыты университет и все развлекательные заведения, в госучреждениях вводились обязательные молитвы...

Новый раунд «Большой Игры». Игроки, стратегии и фигуры. Часть VI

Война закончилась. Война продолжается

Практически сразу после вывода из Афганистана советских войск на советско-афганской границе резко — и вполне ожидаемо — обострилась военно-диверсионная обстановка. Начались регулярные обстрелы приграничных городов и сел на территории СССР из тяжелых артиллерийских орудий, участились случаи нелегального проникновения через границу диверсионных групп моджахедов, нападений на пограничников, минирования дорог и энергетических объектов на советской территории.

Одновременно быстро ухудшалось военной положение центральной афганской власти в Кабуле. Помимо роста случаев дезертирства и перехода солдат и офицеров в ряды моджахедов, очень серьезные проблемы для правительственной армии создавало наличие в руках противника большого количества переносных зенитно-ракетных комплексов (ПЗРК) «Стингер». По более поздним признаниям экспертов Пентагона, из США афганским моджахедам была поставлена тысяча ПЗРК «Стингер», что практически лишало афганские ВВС реального превосходства в воздухе.

А моджахеды, воодушевленные победой над русскими «шурави», сразу начали строить стратегические планы свержения правительства Наджибуллы и установления своей власти. В феврале 1989 г. собранная в Пешаваре шура избрала главу «Переходного правительства моджахедов», политического лидера «Пешаварской семерки» Себгатуллу Моджадедди. Пуштун, шейх суфийского ордена накшбандийя, Моджадедди был признан наиболее авторитетным для того, чтобы хотя бы отчасти примирять между собой остальных радикальных лидеров «семерки», имеющих собственные властные амбиции.

Активизация военных действий моджахедов после пешаварской шуры быстро обнаружила внутреннюю слабость центральной власти в Кабуле. Уже в середине — конце 1989 г. Наджибуллу предали несколько достаточно влиятельных офицеров, а в марте 1990 г. министр обороны правительства НДПА, генерал из фракции «Хальк» Шахнаваз Танай попытался совершить переворот и сместить Наджибуллу. (Позже Танай бежал в Пакистан и воевал против правительства афганских моджахедов на стороне талибов.)

Тем не менее путч Таная был подавлен, и войска правительства Наджибуллы достаточно уверенно удерживали власть в Кабуле и ряде важнейших провинций страны. Однако уже в конце 1990 г. СССР почти полностью прекратил «гражданскую» помощь Афганистану, включая поставки горючего, запчастей для автомобилей и ряда других товаров. А 15 ноября 1991 г., на фоне агонии последних месяцев СССР, глава советского МИДа Борис Панкин официально объявил о прекращении с 1 января 1992 г. всех советских военных поставок Кабулу. И тогда началась быстрая агония правительства Наджибуллы.

Уже 28 апреля 1992 г. подразделения моджахедов из частей Абдул-Рашида Дустума и Ахмад-Шаха Масуда практически без боев вошли в Кабул. Президент Мохаммад Наджибулла накануне отправил свою семью в Дели, а сам в день взятия столицы был захвачен в аэропорту боевиками Дустума. После этого Наджибулла получил убежище в миссии ООН в Кабуле и практически полностью потерял влияние на политические процессы в стране.

В тот же день, 28 апреля, в Кабул приехал Себгатулла Моджаддеди. В присутствии иностранных дипломатов он был объявлен президентом Исламского государстваАфганистан и председателем законодательного Совета джихада из 51 члена, назначенных Пешаварскими соглашениями.

Тут же все законы, противоречащие исламу, были объявлены потерявшими силу. Были закрыты университет и все развлекательные заведения, в госучреждениях вводились обязательные молитвы, были запрещены все антирелигиозные книги и алкоголь, женщины оказались существенно урезаны в правах. Помимо законодательного Совета джихада был учрежден и исполнительный Руководящий совет.

Однако одновременно сохранились (не были распущены) основные «революционные» органы управления: Совет полевых командиров и возглавляемый Масудом Наблюдательный совет. А поскольку строгого разграничения функций всех этих советов не было, то они начали, во-первых, дублировать решения и действия друг друга и, во-вторых, всё более явно конфликтовать.

Сразу после взятия Кабула группировки моджахедов начали борьбу за власть. Разные районы столицы оказались под контролем тут же начавших вооруженные столкновения отрядов Масуда (северо-запад и центр), Дустума (район аэропорта), Гульбеддина Хекматияра (юг и южные пригороды) и лидера шиитской партии «Вахдат е-ислями» Абдул-Али Мазари.

Причем это происходило на фоне (также согласованной «Пешаварской шурой») регулярной смены президентов Афганистана через каждые два месяца — на все предполагаемые полгода до предстоящих всенародных выборов. Избранного еще в Пешаваре Моджадедди через два месяца сменил таджик-богослов Бурхануддин Раббани. Было создано правительство из семи партий «пешаварской семерки» и двух шиитских партий «кумской восьмерки», премьером стал союзник и соратник Хекматияра Ахмад Фарид.

Ахмад Шах Масуд получил пост министра обороны, и была учреждена единая армия. Однако в реальности все лидеры моджахедов сохранили свои вооруженные формирования под собственным контролем. Под таким же контролем лидеров партий (групп) моджахедов или их сторонников остались и соответствующие провинции Афганистана.

Уже летом 1992 г. это невнятное многовластие привело в Кабуле к началу крупных боестолкновений. Хекматияр обвинил Раббани в попустительстве Дустуму (который якобы сотрудничал с коммунистами и потому отпустил захваченного Наджибуллу). А далее Хекматияр с позиций своих боевиков в городке Чарасья к югу от Кабула начал ракетные обстрелы столицы. Одновременно в самом Кабуле разразились ожесточенные бои между шиитами партии «Вахдат» и суннитами «Исламского союза за освобождение Афганистана».

Воспользовавшись этой «смутой», Раббани отказался передать власть следующему «президенту» и созвал в декабре 1992 г. Кабуле некий «Совет особо уполномоченных и компетентных», который избрал его президентом Афганистана на следующие полтора года. Но при этом почти все лидеры «Пешавара» и «Кума» такое избрание Раббани бойкотировали и объявили его узурпатором и «нелегитимным» президентом. Что, естественно, обострило вооруженную борьбу за власть. Причем эта борьба очень быстро приобрела и субконфессиональную (сунниты против шиитов), и в особенности этническую (пуштуны против остальных этносов страны) окраску.

Картина боевых этносубконфессиональных афганских противостояний на рубеже 1993 г. выглядела так:

  • пуштуны во главе с Гульбеддином Хекматияром, которых поддерживали Пакистан и радикальные исламисты из стран Персидского залива;
  • узбеки во главе с Рашидом Дустумом, которых поддерживал Узбекистан;
  • таджики во главе с Ахмад Шахом Масудом, который получил поддержку (и в какой-то мере пополнения) от исламистских групп таджикской оппозиции, терпевших поражение в гражданской войне в Таджикистане и бежавших в Афганистан;
  • шииты во главе с Мохаммедом Асефом Мохсени (в основном хазарейцы, но и не только), поддерживаемые Ираном.

Первым из этой свары вышел Дустум. Отчаявшись добиться серьезных позиций в новой кабульской власти, он повел свои отряды на север и фактически создал собственную государственную администрацию со столицей в Мазари-Шарифе, которая контролировала четыре провинции (Кундуз, Джаузджан, Балх и Фарьяб). Но война в Кабуле не прекращалась.

В январе 1993 г. в нее вмешался саудовский король Фахд, призвав воюющие в Афганистане партии к переговорам о мире. В феврале враждующие лидеры моджахедов собрались в пакистанском Исламабаде под гарантии безопасности Саудовской Аравии, Пакистана и Ирана и подписали соглашение о мире. По этому соглашению пост президента Афганистана сохранил Раббани, добавив к нему полномочия верховного главнокомандующего. Премьер-министром, с правом формировать правительство (хотя и при условии консультаций с президентом), стал Хекматияр. Министром обороны остался Масуд. Затем лидеры моджахедов отправились в Мекку, чтобы поклясться на святыне Каабы не нарушать соглашение о мире.

Однако сразу после возвращения лидеров моджахедов из Мекки в Кабул все их клятвенные мирные соглашения были нарушены. Война продолжилась с нарастающей силой, причем в форматах неожиданных и постоянно меняющихся коалиций.

Сначала, весной-летом 1993 г., в коалицию поддержки Раббани объединились узбеки Дустума, таджики Масуда и исмаилиты Саида Мансура Надери. Все они объявили себя защитниками «угнетенных» национальных меньшинств севера страны — против пуштунов, суннитских радикалов Хекматияра и Саяфа. Но уже к началу 1994 г. оказалось, что Дустум поддерживает своего бывшего заклятого врага Хекматияра, а Саяф стал защитником Раббани.

И тогда, на фоне продолжавшейся войны в Кабуле, в различных регионах страны началось ускоренное формирование «полугосударств» крупнейших лидеров партий и фракций моджахедов.

Кроме упоминавшегося ранее практически независимого от Кабула «полугосударства» Рашида Дустума со столицей в Мазари-Шарифе, сформировалось относительно лояльное правительству Бурхануддина Раббани «полугосударство» Ахмад Шаха Масуда в северо-восточных провинциях со столицей в Талукане (провинция Тахар).

Еще одно «полугосударство» на западе страны создал крупный полевой командир Туран Исмаил (Исмаил-Хан), который, как и Масуд, сохранял формальную лояльность Кабулу, но управлял подконтрольными провинциями Герат, Багдис, Гур и Фарах вполне самостоятельно. А одновременно возникли и укрепились более мелкие «полугосударства» отдельных исламских лидеров и полевых командиров:

  • Саид-Мансура Надери в провинции Баглан;
  • Хаджи Абдул-Кадира в провинции Нангархар;
  • Маулави Хайбатуллы Ахунзада в провинции Хост;
  • Урузгана Рузи-хана в провинции Кунар, а также
  • Джаллуддина Хаккани (того самого, с которого мы начали свое исследование) в Гардезе, провинция Пактия.

Следует отметить, что большинство этих «полугосударств» пыталось — и иногда вполне успешно — наладить систему международных связей не только с соседями (Пакистан, Иран, Узбекистан, Туркмения, Таджикистан), но и с арабскими странами Персидского залива, а также рядом стран Запада, включая США и Великобританию.

На таком фоне неуклонной государственной дезинтеграции Афганистана в приграничных пуштунских провинциях Пакистана спешно создавалась новая политическая сила, ориентированная на остановку афганского военно-политического хаоса — движение «Талибан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ).

(Продолжение следует.)