Ленинизм — это и защита родины, и интернационализм, считают во Франции
![Владимир Пчелин. Историческое решение о вооруженном восстании на заседании ЦК РСДРП (б) 23 (10) октября 1917 года. 1930-е](/static/files/43e3a2109db3.jpg)
Ленинизм на деле сочетал в себе защиту родины и интернационализм, заявил французский политолог, историк и журналист, в прошлом главный редактор журнала La Pensée, профессор Бруно Дрвески в интервью ИА Красная Весна о роли В. И. Ленина в истории.
Тридцать лет назад была провозглашена смерть коммунизма, а вместе с ним, разумеется, и ленинизма. Однако, возвращаясь к трудам основателя СССР, мы видим, что он разработал теорию, которая позволяет нам понять и сегодняшний мир.
Марксистский подход — это анализ конкретных реалий общества и мира при помощи материалистического метода. Многие из тех, кто претендовал на марксистское понимание [мира], допустили огромную ошибку. Пытаясь анализировать реальные процессы движения коммунизма в ХХ веке, они повели себя как идеалисты, как будто задача была в том, чтоб создать «под ключ» идеальную модель общества, выведенную из теории, из догмы. В то время как материализм — это не религия, а аналитический метод, который, кстати, противостоит не духовности, а именно идеализму.
Российская империя оказалась слабым звеном империализма.
Ленин занимался конкретизацией в реальности теоретических предвидений Маркса и Энгельса в момент, когда капитализм вступил в кризисную фазу. Это был кризис, приведший к Первой мировой войне. Нужно всегда помнить, что ленинизм стал конкретной силой из-за Первой мировой войны. Эта война стоит у истока нового периода в истории человечества, из которого мы, вероятно, будем выходить только сейчас.
По сути, 1914 год — это империализм. А империализм целиком реализовал себя именно сегодня, в виде капиталистической глобализации, которая дошла до фундаментального кризиса. Другой марксистский мыслитель Роза Люксембург предвидела это состояние, выразив его в виде альтернативы: социализм или варварство.
Капитализм привел нас сегодня к своей завершающей фазе: к варварству и бесконечному развязыванию войн в различных формах во всем мире. Столкнувшись с этим, просто нет другого выхода, кроме социализации средств производства и обмена, которая подразумевает то, что было названо «коммунизмом» — то есть не теорию, а конкретную реализацию в жизни.
![Бруно Дрвески](/static/files/3581b8241272.jpg)
Ленин имел дело с первым этапом кризиса капитализма. В Российской империи — слабом звене империализма — этот кризис привел к конкретизации марксистской теории, к ускорению истории и к процессу ускоренной модернизации. Ленинизм и его продолжение привели к переходу от отсталого периферийного государства к развитому государству за два-три поколения, то есть в десять раз быстрее, чем процесс, шедший в западных странах — особенно в Англии — в XVII, XVIII и XIX веках. Ускорение истории позволило России достичь развитого состояния. Кстати, развитое состояние современной России тоже основано на тех достижениях.
Деятельность Ленина имела, естественно, последствия и в мировом масштабе, так как русская революция стала мощнейшим призывом для трудящихся и пролетарских масс во всем мире. Она, таким образом, запустила и реальный процесс продвижения коммунизма за пределы Европы — его колыбели.
Ленинизм преобразовал массы, не имевшие национального самосознания, в нации.
Переломным моментом тут стал съезд народов Востока в Баку в 1920 году. В результате антиколониальной борьбы некоторые из освобожденных стран, такие как Китай, Вьетнам и ряд других, пошли по социалистическому пути. Другие остановились на полпути после попыток «некапиталистического развития» или попыток догнать капитализм при помощи капиталистических средств.
Однако в целом деколонизация — это, несомненно, одно из последствий ленинизма. Ленинизм конкретно воплотил в жизнь интернационализм, провозглашенный основателями марксизма. Ленинизм также преобразовал массы, не имевшие национального самосознания, в нации, что также было предвидено марксизмом. Таким образом, под влиянием дела Ленина, рабочие, пролетарские или полупролетарские массы в ХХ веке стали нациями.
Социализм двинул историю вперед — и наследие Октября 1917 года продолжает существовать.
Помимо ускорения развития России и стран на ее периферии, ленинизм, способствовал также борьбе за суверенитет. В связи с этим я сошлюсь на совсем не марксистского политика, а именно, на генерала [Шарля] де Голля, который сказал, что Ленин, беря власть в России, возможно не осознавал, что станет защитником независимости России; ведь в гражданскую войну в России большевики фактически отстояли независимость России. Причем не только от иностранной интервенции, но и от белых, которые, чтобы попытаться вернуть себе власть, оперлись на иностранные силы, тем самым предав страну. Этим объясняется, почему многие русские патриоты, далекие от коммунистических идей, вступили в ряды Красной Армии.
Так что на деле ленинизм — это и защита родины, и интернационализм, и распространение (я бы даже сказал глобализация) коммунизма за пределами Европы. Это и есть развитие коммунизма в реальности. Оно позволило заложить основы перехода к социализму, достичь уровня развития капитализма и создать фундамент для его возможного преодоления сегодня, когда капитализм, по всей видимости, пришел к полному кризису.
Да, Советского Союза больше не существует. Но факт и то, что социализм двинул историю вперед и что государства, построенные на основе наследия Октября 1917 года продолжают существовать — то есть Китай, Куба, Вьетнам и некоторых другие.
Мы ожидаем второй революционной волны.
В заключение вспомним о судьбе Французской революции. То, что Людовик XVIII вернулся в Париж в 1814/15 гг. для восстановления старой монархии Капетингов, не означает, что идеи и завоевания Французской революции перестали существовать для Франции и всего мира. То же самое и с ленинизмом.
Так что сегодня, когда ленинские прогнозы в связи с империализмом подтвердились (особо очевидным образом именно после разрушения СССР), мы ожидаем второй революционной волны, которая непременно произойдет: ведь мы видим, что народные массы во всем мире сегодня пришли к состоянию глубокого сомнения в отношении доминирующей капиталистической и империалистической системы, становящейся все более и более бесплодной в социальном, интеллектуальном и научно-техническом отношении.