logo
Статья
  1. Информационно-психологическая война
  2. Южная Осетия — 10 лет непризнания
Война, беженцы, разруха, десять лет непризнания... Южной Осетии удалось пережить и победно пройти эти испытания благодаря стойкому национальному духу и сохранившемуся от СССР социальному мышлению. Как на практике соединились эти два фактора, рассказал госсоветник президента республики Сослан Кокоев

Героический осколок: Южная Осетия выстояла, потому что осталась частью СССР

Южная ОсетияЮжная Осетия
Сергей Кайсин © ИА Красная весна

10 лет назад, в августе 2008 года, Южную Осетию внезапно атаковали грузинские войска. Под предлогом «наведения конституционного порядка» Грузия ночью начала обстрел мирного населения республики. Затем, после официального объявления войны, в ход были пущены танки, пехота, авиация. Однако Южная Осетия, с помощью России и Абхазии, сумела отстоять свою независимость и вытеснить вражеские войска со своей территории.

Последствия конфликта для республики были тяжелыми. Были жертвы, был исключительно крупный поток беженцев. В результате Южная Осетия потеряла почти половину населения. Но те, кто остался в стране, принялись восстанавливать свои города и села — с тем же упорством и с той же любовью, с которыми они их защищали.

О результатах этих непростых десяти лет жизни ИА Красная Весна рассказал Госсоветник президента Республики Южная Осетия Сослан Кокоев.

Госсоветник президента Республики Южная Осетия Сослан КокоевГоссоветник президента Республики Южная Осетия Сослан Кокоев
Пресс-служба президента Южной Осетии

Корр.: На 10-летие независимости Южной Осетии, которое наступит 26 августа, приглашены главы всех непризнанных республик на территории бывшего СССР. Это происходит впервые. Что это означает?

СК: Означает это одно: все эти республики прошли проверку на политическую и экономическую зрелость. Это означает, что они доказали свою приверженность идеалам русского геополитического ареала и продолжают свое поступательное движение в направлении России.

То, что подобная встреча впервые состоится в дни юбилея независимости Южной Осетии, тоже закономерно — именно Цхинвал принял на себя основной удар, который с честью выдержал, а в последствии при поддержке союзников и отразил. Иного решения, наверно, не могло и быть.

Корр.: Что вы ожидаете от этого события?

СК: Я ожидаю от этого события выработки какой-то единой дорожной карты развития. Как политической, так и экономической. Думаю, что и сама ситуация в мире, и усиление позиций России благоприятствуют в продвижении наших общих целей, и работа в этом направлении должна быть продолжена и нарощена.

Корр.: Все ли непризнанные республики солидарны друг с другом? Что вы видите общего в положении этих республик и что отличает южноосетинскую ситуацию?

СК: В стратегических вопросах республики едины. Есть, конечно, у каждой из них свои особенности, однако будущее свое они, в основном, видят одинаково.

Южная Осетия отличается от всех тем, что имеет в лице своих единокровных братьев в России (Республика Северная Осетия — Алания — прим. ИА Красная Весна) дополнительный стимул к объединению нации. Именно эта задача заявлена как доминанта и нынешним президентом Анатолием Бибиловым.

Корр.: Отстоять свою землю — великое дело. Но после этого начинается борьба за построение жизни. Как вы считаете, насколько это удалось республике за 10 лет?

СК: Я считаю, что свою основную историческую задачу — выжить физически, народ Южной Осетии уже решил. Прошедшие 10 лет, конечно, могли бы быть и более продуктивны, возможности такие были, однако нельзя не признать и очевидных достижений.

Главное, на мой взгляд, то, что мы продолжаем свое поступательное движение, и хоть медленно, преодолевая множество объективных и субьективных порогов, но неукоснительно движемся к своей основной исторической цели — объединению осетинского народа в составе Российской Федерации.

Корр.: Судя по реформе ЖКХ, Южная Осетия строит социальное государство. Какие еще проблемы планируется решать прежде всего?

СК: Южная Осетия есть государство с социальным мышлением. Это местная ментальность, так как народ, в своей основной массе, до сих пор отдает предпочтение идеям социального равенства и построенной на их основе идеологии СССР. Южная Осетия и есть, на мой взгляд, последний, лучше всех сохранившийся осколок великого государства, и это однозначно и безусловно есть заслуга его героического народа.

Корр.: Какова ситуация с кадрами в образовании? Что можно сказать о количестве мест в школах и вузах? Куда молодые люди ездят учиться и намерены ли власти республики расширять возможности в образовании?

СК: Образование в Южной Осетии всегда было элитарным, и выходцы из югоосетинских школ и вузов всегда были конкурентоспособны на любом высоком уровне. Могу это подтвердить личным знанием, так как имел опыт обучения и на историческом факультете нашего Юго-Осетинского университета и на восточном факультете питерского университета. Нельзя сказать, что уровень сегодня тот же, однако работа ведется и, значит, успехи не за горами.

Особо обнадеживает в этом вопросе деятельная поддержка русской стороны. У нас выработаны прекрасные рабочие отношения с администрацией президента России, и по части образования и повышения профессионального уровня наших специалистов и чиновников работа ведется постоянно и неустанно. Мы вместе с АП России запускаем сейчас очень серьезную программу по подготовке кадрового резерва республики, а также повышению образования уже действующих чиновников.

Одним словом работа идет, что не может не радовать, — это залог успеха.

Корр.: Кино по сценарию писателя Тамерлана Тадтаева побывало на Каннском кинофестивале. Впервые в Каннах звучала осетинская речь. Какие еще выходы осетинской культуры на мировую аудиторию состоялись? Какие можно назвать значимые явления, пока не вышедшие за пределы республики?

СК: У Южной Осетии великое культурное наследие. Двадцатый век создал действительно мощные предпосылки для культурного роста, чем Южная Осетия не преминула воспользоваться. Были созданы госдрамтеатр, ансамбль песни и танца «Симд» (в 30-х годах был поставлен сам танец Симд), Тугановым была создана уникальная школа национальной живописи, которая до сих пор является эталонной.

Читайте также: Дух народа против духа погибели. Южная Осетия: 10 лет непризнания глазами руководителя киностудии

Многое, конечно, утрачено, однако уже сегодня в республике снова проходят выставки и концерты разных коллективов. Вот-вот возобновит деятельность только что построенный театр.

Президент определяет направление культуры как одно из самых приоритетных. Именно поэтому есть уверенность в том, что всё будет на должном уровне.

Корр.: В Цхинвале решено создать пантеон национальных героев. На месте будущего пантеона уже захоронен Нафи Джусойты — выдающийся ученый и писатель, переводчик на осетинский язык «Евгения Онегина». Какова реакция южноосетинской интеллигенции и общества на проект пантеона? Кому принадлежит идея? Обсуждается ли перезахоронение выдающихся осетин в пантеоне?

СК: Идея, думаю, общенациональная. Лично я о пантеоне впервые услышал в разговоре с президентом. Именно тогда на мою обеспокоенность по поводу перезахоронения великого поэта осетинского народа Таймураза Хаджеты (младшего брата Нафи Джусойты — прим. ИА Красная Весна) президент и ответил, что для комплексного решения важного для народа вопроса необходимо строительство национального пантеона.

Я, как и большинство населения, конечно же, разделяю это мнение, ибо уважение своим героям мы обязаны оказывать до конца. Этот пантеон, без сомнения, станет серьезным сплачивающим народ фактором, которого сейчас не хватает.

Корр.: События 2008 года сильно сказались на демографической ситуации в Южной Осетии. Что изменилось в этом отношении за 10 лет? Какова ситуация сейчас? Каков уровень сотрудничества с РФ?

СК: События 2008 года действительно имели очень тяжелые последствия. Именно в те дни отток населения превысил все рекорды. И сама жестокость операции «Чистое поле», и последующие проблемы с восстановлением сделали тогда отток нормой.

Надо признать, что многое с тех пор поменять уже удалось. В республике практически всё заасфальтировано. Нет районов, которые бы не имели качественного сообщения. Вот-вот будет выстроена комфортная газовая инфраструктура, водная инфраструктура. Повышается уровень жизни народа.

Всё это стало причиной тому, что всё больше выходцев из Южной Осетии решает вернуться домой. И это очень хорошая тенденция.

Мы очень признательны российской стороне, так как без российской поддержки подобные большие проекты пока неосуществимы.

Корр.: В феврале 2018 года вооруженные подразделения Южной Осетии вошли в состав России. Чем это вызвано? Каковы первые результаты?

СК: Вызвано это простой целесообразностью и полным пониманием того, что максимальное партнерство и ведомственная интеграция служат нашим общим интересам. Так как Россия сегодня является легитимным субъектом гарантий безопасности Южной Осетии, я иного сценария развития событий и не вижу.

Наша главная цель — обеспечение безопасности республики, и мы будем ее обеспечивать.

Корр.: На территории ЮО дислоцированы военные части РФ. Как к этому относится местное население?

СК: Местное население относится к этому очень положительно. Слишком свежи в памяти события недавнего прошлого, когда здесь не было русских.

Южная Осетия есть естественный форпост российского геополитического ареала. И ее усиление и наращивание ее мощи отвечает интересам и России и Южной Осетии.

Корр.: Создатель армии Южной Осетии, премьер-министр республики в 90-е годы Олег Тезиев рассказывал нам в интервью, что первый удар в войне 2008 года приняли цхинвальские пацаны, которые буквально с ружьями останавливали грузинские войска.

СК: Первый удар в 2008 году, впрочем, как и ранее, конечно же, приняли цхинвальские — и не только цхинвальские — пацаны. Всё население Южной Осетии достойно именоваться Геройским народом, выстоявшим в величайших тяготах нашей новейшей истории.

Именно поэтому нам важен сегодняшний юбилей, который подвел определенную черту в истории нашего народа.