Вдохновение и вдохновители. Часть XIV. От агентов до воспитанников

Джеффри Эпштейн умер в 2019 году. Но международный спецслужбистско-мафиозный метакартель по торговле наркотиками и оружием, которому он служил, живет и здравствует. И захватывает все новые позиции.

Мы проследили, как метакартель зародился практически одновременно с ЦРУ, когда бывший советник Управления стратегических служб (УСС) при штабе Чан Кайши Пол Хелливелл предложил использовать поставки тяжелых наркотиков в американские города для финансирования тайных операций ЦРУ. И как он воспользовался уже существовавшими к тому времени связями американской разведки и транснациональной организованной преступности, чтобы наладить этот канал.

Одна уникальная особенность созданного во время Второй мировой войны УСС сделала американскую разведку предрасположенной к работе через коммерцию, как законную, так и нелегальную. Элита УСС, а затем и отцы-основатели ЦРУ, были корпоративными юристами с Уолл-стрит. Действительно, их опыт обслуживания крупного финансового капитала, в том числе и международного, сделал из них мастеров добычи и анализа закрытой информации. Но этот же опыт заставлял их смотреть на жизнь как на систему сделок.

Реализовывать эту систему сделок американским спецслужбистам помогала тогда и продолжает помогать сейчас система «вращающихся дверей» между корпоративным и государственным сектором в США. И эти два сектора не существуют отдельно друг от друга. Например, Аллен Даллес, уже будучи директором ЦРУ, пользовался неофициальными возможностями своей старой юридической конторы Sullivan & Cromwell для обеспечения государственного переворота в Гватемале в 1954 году.

Примечательно, что Sullivan & Cromwell работала не только с бизнес-элитой Третьего рейха, но и с элитой СС до, во время и после Второй мировой войны. Об этом мы еще поговорим отдельно. Примечательно и то, что Питер Тиль, перед тем как стать связанным с ЦРУ венчурным капиталистом, тоже успел поработать в Sullivan & Cromwell.

Эта система «вращающихся дверей» делает возможным существование сети так называемых «частных ЦРУ», наподобие возглавляемой Уильямом Донованом после расформирования УСС World Commerce Corporation или основанного все тем же Полом Хелливеллом Castle Bank & Trust. Система частных прокладок сильно облегчает взаимодействие и со своей организованной преступностью, и с иностранными контрагентами.

С самого начала создания этой спецслужбистско-мафиозной нарко-оружейной сети, о которой на Западе впервые публично написал Питер Дэйл Скотт, крайне важную роль в ней играла еврейская мафия во главе с Мейером Лански. Лански и его партнеры, в том числе король канадской алкогольной контрабанды в США Сэмюэл Бронфман, использовали созданную Хелливеллом сеть, чтобы организовать военно-техническую поддержку со стороны Запада только зарождавшемуся к тому времени государству Израиль и подпольной сионистской военной организации «Хагана», которая затем в 1948 году была переорганизована в армию обороны Израиля — ЦАХАЛ. Сам Хелливелл, видимо, тоже охотно участвовал в поставках оружия «Хагане», представляя в качестве юриста компанию Eastern Development Corporation — одну из легальных контор по экспорту-импорту, через которую шло оружие для боевиков-сионистов. В единой связке с этими экспортно-импортными конторами работали и специфические благотворительные фонды, например, Materials for Palestine, служившие для отмывания денег контрабандистских операций.

Кроме Мейера Лански и его «синдиката» в поставках оружия сначала для подмандатной Палестины, а затем и в Израиль, участвовали и итало-американские мафиозные семьи, параллельно осваивающие нелегальные потоки оружия и наркотиков через Латинскую Америку. Ключевым организатором контрабанды для сионистов со стороны «Коза Ностры» был Джо Зикарелли, работавший под эгидой главы семьи Бонанно — Кармайна Галанте. Галанте, отметим, в этот же период был клиентом Роя Кона — скандально известного юриста и создателя схемы сбора компромата на крупных американских политиков в «голубом номере» Plaza Hotel в середине прошлого века. Человека, которого президент США Дональд Трамп называл своим учителем.

Кроме Палестины, Зикарелли поставлял оружие на Кубу при режиме Батисты, в Мексику, в Венесуэлу, в Доминиканскую Республику и в Никарагуа. Эта сеть клиентов очень пригодилась, когда в 1947 году президент США Гарри Трумэн объявил эмбарго на поставку американского оружия сионистским формированиям в Палестине. Тогда Зикарелли и его партнеры просто увеличили поставки оружия в Никарагуа, где тогда правил профашистский диктатор Анастасио Сомоса. Режим Сомосы затем перепродавал это оружие «Хагане». А позже, когда новое государство Израиль создавало свой военно-промышленный комплекс, одним из первых клиентов израильского оружейного экспорта стал все тот же режим Сомосы.

Выстроенная с помощью Зикарелли и Сомосы связь между Израилем и Никарагуа вновь пригодилась во время аферы «Иран-контрас», в которой Израиль выступал важным посредником, вместе с клиентами Джеффри Эпштейна Аднаном Хашогги и Дугласом Лисом.

Другим важным источником оружия для отрядов «Хагана» и молодого ЦАХАЛа были поставки из Чехословакии, осуществлявшиеся как под кураторством советской разведки, так и с участием сионистских операторов в Великобритании. Одним из этих операторов был Роберт Максвелл — отец сообщницы и давней спутницы Джеффри Эпштейна Гилейн Максвелл.

Имя Роберта Максвелла при рождении было Ян Людвик Хаим Биньямин Хох. Он родился в Чехословакии в ортодоксальной иудейской семье. После раздела этой страны он бежал во Францию, а затем вступил в британскую армию. Войну он закончил с новым именем и в статусе кавалера Военного креста Британской империи. У Максвелла оставались обширные контакты в Восточной Европе по линии еврейской диаспоры, и этим он был интересен британцам, даже несмотря на его выраженную сионистскую лояльность.

Максвелл был плотно включен в научно-технические контакты между Западом и СССР и заработал на этом очень крупные деньги. Его научное издательство Pergamon Press обладало фактической монополией на публикацию на английском языке переводной научной литературы из Советского Союза и стран Варшавского договора.

Добившись монополии в области научной литературы, а затем и в издании учебников, Максвелл занял доминирующие позиции в СМИ, купив газету The Daily Mirror и создав медиаимперию, конкурирующую с сетью Руперта Мердока.

Параллельно с издательскими делами Максвелл участвовал в схемах по передаче технологий между Западом и Востоком. Во время перестройки Максвелл неоднократно встречался с генеральным секретарем ЦК КПСС Михаилом Горбачёвым и участвовал в организации его визита в США в 1990 году.

Роберт Максвелл заработал и на схеме с двойным дном по цифровизации госсектора. Он и его партнеры получили права на программное обеспечение PROMIS (Prosecutors Management Information System — Система управления и информации для прокуратуры), разработанное в 1979 году компанией Inslaw. Максвелл продвигал эту систему управления базами данных и обеспечил ее продажу учреждениям в 40 странах мира, причем не только на Западе. Но покупавшие PROMIS учреждения не знали, что израильская разведка обладала доступом к этому программному обеспечению, а значит и ко всей информации, загруженной в него клиентами. То есть компьютерные системы клиентов передавали информацию Моссаду, и клиенты сами за это платили деньги!

Максвелл умер при странных обстоятельствах 5 ноября 1991 года. Согласно официальному заключению судмедэкспертизы, Максвелл стоял на корме своей люксовой яхты «Леди Гилейн», когда с ним случился инфаркт миокарда, и он упал в воду, где и утонул. Гилейн Максвелл позже говорила, что считает смерть своего отца убийством.

10 ноября Роберта Максвелла похоронили с высшими государственными почестями на горе Елеон в Иерусалиме. На его похороны пришли действующие президент Израиля Хаим Герцог, премьер-министр Ицхак Шамир, глава оппозиции Шимон Перес и множество деятелей израильских спецслужб, в том числе легендарный разведчик Рафи Эйтан.

Шимон Перес сказал тогда, что Максвелл «сделал больше для Израиля, чем можно рассказать здесь сегодня».

Как и Джеффри Эпштейн после него, Роберт Максвелл был «агентом доступа». Обширные связи Максвелла делали его весьма интересным и для MI6 с ЦРУ, и для КГБ с Моссадом. Но удостоился он похорон с высшими почестями именно в Израиле.

А его актуальные контакты через его дочь Гилейн перешли к Эпштейну. Одним из этих контактов был Бени Шабтай. Бени Шабтай — это выходец из семьи израильских дипломатов, ставший миллиардером в Соединенных Штатах. Много лет он входил в руководство очень странного благотворительного фонда под названием «Друзья армии обороны Израиля», собирающего частные иностранные пожертвования в пользу ЦАХАЛа с ежегодным объемом в сотни миллионов долларов США.

Как следует из рассекреченной электронной переписки Джеффри Эпштейна, Шабтай много и регулярно встречался с ним в Нью-Йорке для обсуждения тем, которые эти двое, видимо, не хотели светить в электронной переписке. В 2008 году Шабтай прилетел вместе с Эпштейном в Израиль и там его свел с неназванными высокопоставленными фигурами в армии и разведке.

А в октябре 2012 года Шабтай направил Эпштейну электронное письмо с приглашением посетить некое «Общество Элиезера» в Йельском университете (организация, признанная нежелательной в РФ). Задача общества, по словам Шабтая, «взращивать будущих лидеров еврейского народа».

Это общество успело поменять свое название несколько раз и сейчас уже просто называется «Обществом Шабтая». Оно было основано в 1996 году группой студентов юридического факультета Йельского университета (организация, признанная нежелательной в РФ) и раввином Шмули Хектом, приехавшим тогда в Нью-Хейвен из Австралии специально за тем, чтобы основать при Йельском университете (организация, признанная нежелательной в РФ) местное отделение хасидской династии Хабад-Любавич.

В группу студентов, основавших это общество вместе с раввином Хектом, входили Бен Карп (брат сооснователя и гендиректора компании Palantir Алекса Карпа), Кори Букер (ныне сенатор-демократ от штата Нью-Джерси), Ноа Фельдман (профессор юрфака Гарвардского университета).

Общество было задумано как альтернатива старым тайным обществам при Йельском университете (организация, признанная нежелательной в РФ) наподобие «Череп и кости», «Свиток и ключ», «Волчья голова» или «Книга и змея». Оно должно было быть открытым для евреев и сочувствующих им. Как и вышеуказанные старые тайные общества Йельского университета (организация, признанная нежелательной в РФ), «Общество Шабтая» — это пожизненный клуб выпускников. В него приглашают около 10 студентов ежегодно.

Собрания общества проходят в формате шаббатского застолья, на которое приглашается сторонний докладчик. В последнее время общество стремится убрать список приглашенных докладчиков из общедоступного пространства, но эти списки все равно гуляют по просторам интернета. Да и некоторые приглашения были настолько громкими, что привлекли внимание СМИ.

Например, в апреле 2025 года в США нанес официальный визит министр национальной безопасности Израиля, выходец из тамошней ультраправой среды Итамар Бен-Гвир. Он считается одним из архитекторов геноцида палестинцев в секторе Газа. Сам он неоднократно называл продолжающийся геноцид в Газе слишком мягким. После встречи с президентом США Дональдом Трампом Бен-Гвир отправился прямиком в Йельский университет (организация, признанная нежелательной в РФ) на встречу в шаббат с членами «Общества Шабтая». Туда он шел через толпу протестующих.

В разные времена шаббатский стол с членами «Общества Шабтая» разделяли бывший премьер-министр Израиля и давний бизнес-партнер Джеффри Эпштейна в области технологий тотальной слежки Эхуд Барак и вышеупомянутый сооснователь Palantir Алекс Карп. Среди этого же списка гостей можно встретить основателя инвестиционного фонда Blackstone Стивена Шварцмана и знаменитого юриста Алана Дершовица, защищавшего в разное время и Джеффри Эпштейна, и Дональда Трампа.

Но не надо думать, что «Общество Шабтая» закрыто для неевреев. Выпускники Йельского университета (организация, признанная нежелательной в РФ), не относящиеся к еврейскому народу, могут быть приглашены в общество в качестве так называемых «шаббатских гоев». То есть они могут прислуживать собравшимся на шаббат евреям и выполнять за них работу, запрещенную для евреев в шаббат.

Известно, что в качестве такого «шаббатского гоя» в «Общество Шабтая» вступил бывший кандидат в президенты США и нынешний кандидат в губернаторы штата Огайо Вивек Рамасвами. Рамасвами обязан своей политической карьерой другу и партнеру Эпштейна Лесли Векснеру. И многие считают, что победа Рамасвами на губернаторских выборах позволит Векснеру положить себе в карман весь штат Огайо.

Рамасвами в годы учебы на юридическом факультете Йельского университета (организация, признанная нежелательной в РФ) был однокурсником и близким другом вице-президента США Джей Ди Вэнса и его жены Уши. Некоторые видные представители американских правых утверждают, что Джей Ди и Уша Вэнс — это тоже пожизненные члены «Общества Шабтая», хотя надежных источников, документально это подтверждающих, нет.

Но о членстве Вивека Рамасвами в «Обществе Шабтая» известно доподлинно, поскольку он сам признался в этом, когда ему стало необходимо обезопасить себя от обвинений в антисемитизме. Членство Рамасвами в обществе тогда публично подтвердил раввин Шмули Хект.

А почему же ему пришлось отмываться от антисемитизма? Потому что он предположил, что в будущем США могут свернуть финансовую помощь Израилю, когда Израиль станет региональным гегемоном на Ближнем Востоке, подчинив себе не только арабские страны региона, но и Иран. То есть Рамасвами всего лишь повторил актуальную израильскую повестку и предложил на ее основе строить политику США в ближневосточном регионе.

Вместо заключения.

Мы помним, что тайные общества выпускников Йеля и других университетов «Лиги плюща» — это ключевой инструмент элитного воспроизводства. Истеблишмент Восточного побережья в своем ядре состоит из старых семей, связанных с Новой Англией еще с времен британской колонизации. Коллективно они себя называют «бостонские брахманы». Тайные общества позволяют этим старым семьям создавать особо эксклюзивную среду. В нее они дозированным образом приглашают представителей «новых денег» и таким образом кооптируют в себя.

Эта практика позволяет влить в элиту «новую кровь», одновременно прививая этим немногим представителям «новых денег» свою повестку.

Сейчас же мы видим, что активные сторонники Израиля в Йельском университете (организация, признанная нежелательной в РФ) создали собственное тайное общество. И что это тайное общество занято взращиванием двойной лояльности у своих членов.

Таким образом так называемое израильское лобби в США — это уже не просто лобби, а ядро для формирования сплоченной элитной группы. Эта группа, повторяя «Череп и кости» по форме, стремится не войти в уважительный симбиоз с «бостонским брахманами», а сформировать собственное, альтернативное этим старым семьям ядро, которое уже будет распространять свою произраильскую повестку по всем каналам американского общества.

То есть на наших глазах в исторически сжатые сроки израильское лобби в США, выросши из спецслужбистско-мафиозных корней, теперь стало претендовать напрямую на формирование нужной ему американской элиты. В этой ситуации уже поздно спрашивать про то, кто чей агент. Теперь пора спрашивать, кто чей воспитанник.