«Зеленая» повестка в США и Европе — попытка сохранить природу или?
Приход к власти администрации Трампа снизил накал борьбы вокруг «зеленой» повестки в США, однако сражение ее сторонников и противников вовсе не закончилось. Вероятное поражение республиканцев на ноябрьских промежуточных выборах в США может привести к тому, что инициативы Трампа по расширению добычи углеводородов в США будут заблокированы конгрессом, а приход в 2028 году в Белый дом представителя Демократической партии США, чего никак нельзя исключать, может опять выдвинуть на передний план идей так называемый энергетический переход. Поэтому есть смысл всмотреться в него повнимательнее и попытаться понять, о чем идет речь.
Возможен ли массовый переход на электромобили в США?
На первый взгляд защитники окружающей среды совершенно правы: для уменьшения выбросов парниковых газов, которые к тому же создают в городах смог, гражданам США рекомендуют пересаживаться на электромобили и прекратить использовать автомобили с двигателем внутреннего сгорания. Это должно было, по мысли авторов инициативы, уменьшить выбросы в атмосферу углекислого газа, якобы приводящего к увеличению средней температуры у поверхности Земли (так называемому парниковому эффекту) и очистить воздух в мегаполисах. Кроме того, предлагалось закрыть электростанции, работающие на ископаемом топливе, и перейти на генерацию электричества на солнечных и ветровых электростанциях.
На словах все звучит замечательно, администрация Джо Байдена даже выделила около $7,5 млрд на строительство зарядных станций для электромобилей в крупнейших городах и на трассах в США. Правда, к концу 2024 года на эти деньги было построено всего 37 зарядных станций, но множество их сейчас находится на стадии согласования или строительства, так что проблема с недостатком точек подзарядки на трассах, вероятно, будет решена. Кроме того, администрация Байдена разрабатывала планы о запрете продаж новых автомобилей с двигателем внутреннего сгорания к 2035 году. Причем в демократических штатах, в частности, в Калифорнии, вели речь о том, что грузовикам с двигателями внутреннего сгорания запретят въезжать на территорию штата с 2035 года. То есть к этому году предлагалось сделать электромобилями не только легковые машины, но и грузовики, которые обеспечивают значительную часть логистики внутри США.
Но есть одно «но»… Администрация Джо Байдена не выдвигала федеральный проект массового строительства новых генерирующих мощностей в США. Да, говорилось об увеличении ветровой и солнечной генерации, но при этом требовали закрытия тепловых электростанций. Попробуем приблизительно оценить, возможен ли вообще массовый переход на электромобили всего народного хозяйства США без существенного увеличения генерации электроэнергии?
Согласно данным US Federal Highway Administration, в 2024 году в США было зарегистрировано 190 млн грузовиков, 97,4 млн легковых автомобилей и около 1 млн автобусов. Среднее потребление энергии легковыми автомобилями (включая внедорожники), по данным сайта ev-database.org (electric vehicle database) примерно 190 Вт∙ч/км. Внедорожники, естественно, потребляют больше, а экономичные модели — меньше. С учетом того, что для жителей одноэтажной Америки проехать 100 км до работы — это немного, оценка ежемесячного потребления электроэнергии одним автомобилем примерно в 400 кВт∙ч в месяц (такую оценку дал сайт Edmunds, специализирующийся на автомобилях и консультациях автовладельцев) не выглядит слишком завышенной. Но это означает, что один электромобиль потребляет примерно 4800 кВт∙ч в год (4,8 МВт∙ч) в год. Теперь представим, что мечта экологов реализовалась и все жители США в одночасье пересели на электромобили. Тогда только личный автотранспорт граждан потребует 467 ТВт∙ч в год.
Но администрация Байдена вела речь не только о личных автомобилях граждан — она поддержала амбициозные планы штата Калифорния запретить продажу грузовиков с двигателем внутреннего сгорания к 2035 году. Грузовиков в США на 100 млн больше, чем личных автомашин. Каждый грузовик в среднем потребляет 1,1 кВт∙ч на 1 км. Если допустить, что пробег грузовиков в месяц таков же, как и у личного автотранспорта, то каждый грузовик потребляет 2,3 МВт∙ч в месяц и 28 МВт∙ч в год. Получим 5 320 ТВт∙ч в год.
В 2024 году, по данным минэнерго США, общая генерация электроэнергии в США достигла 4 430 ТВт∙ч в год (что соответствует среднегодовой мощности чуть более 500 ГВт). При этом 1,8 ТВт∙ч в год пришлось на природный газ, 0,78 ТВт∙ч в год — на ядерную энергетику, 0,73 ТВт∙ч в год — на возобновляемую энергию без ГЭС, 0,65 ТВт∙ч в год дали угольные электростанции. Установленные генерирующие мощности номинально составляют 1,3 ТВт, однако пиковая мощность выработки не превышает 1,27 ТВт зимой и 1,23 ТВт летом. При этом вырабатываемая мощность не равна тому, что могут получить потребители, хотя бы из-за потерь в электросетях. Кроме того, выработка энергии солнечными и ветровыми электростанциями в конкретный момент зависит от наличия солнца и ветра, а выработка энергии на ГЭС зависит от уровня воды в водохранилище.
Таким образом, личные электромобили граждан, если все внезапно пересядут на них, потребуют примерно 10% от общей генерации в США. А грузовики, переведенные на электродвигатели, потребуют больше энергии, чем вся генерация в США в 2024 году. То есть чтобы реализовать мечту демократов в США и заменить все автомобили в личном пользовании (легковые и внедорожники) и все грузовики на электромобили, США пришлось бы более чем удвоить генерацию электроэнергии к 2035 году. Это значит, что уже при запуске этой программы надо было начинать увеличивать генерацию электроэнергии, причем довольно быстро, рост должен был составлять около 7% в год.
Скорее всего, не все грузовики, зарегистрированные в министерстве транспорта США, активно используются. Какие-то могут стоять в личных коллекциях, какие-то могут быть в нерабочем состоянии, и их еще не сдали на металлолом и не сняли с регистрации. Но даже если взять не 190 млн грузовиков, а 95 млн, все равно получится 2 700 ТВт∙ч в год, что вместе с легковыми автомобилями потребует более 50% всей генерируемой в США электроэнергии. Поскольку никакого переизбытка генерации в США нет, то к 2035 году откуда-то в энергосистеме США должно появиться — только для обеспечения энергией электромобилей — новых электростанций примерно на 300 ГВт или больше. Пока работают двигатели внутреннего сгорания, эта энергия вырабатывается непосредственно при работе двигателей.
Откуда же должно взяться такое количество электроэнергии? Никаких действий в сторону столь радикального увеличения электрогенерации при администрации Байдена не было сделано. Да, выделялись гранты на строительство ветряных и солнечных электростанций, но при этом оказывалось давление с целью закрыть электростанции на угле и вообще на ископаемом топливе. Из отчета минэнерго США следует, что генерация электроэнергии при администрации Байдена менялась следующим образом: 2021 год — 4110 ТВт∙ч, 2022-й — 4230 ТВт∙ч, 2023-й — 4183 ТВт∙ч, 2024-й — 4309 ТВт∙ч. Как видим, никакого рывка на сотни ТВт∙ч в год не было. А призывы пересаживаться на электромобили — были.
И даже нельзя сказать, что деньги не выделялись. Так, законопроект о снижении инфляции предусматривал почти $370 млрд на обеспечение энергетической безопасности и борьбу с изменением климата. Деньги дали результат: за 4 года генерация на солнечных электростанциях удвоилась, на ветровых выросла на треть. Но этот эффект был нивелирован снижением генерации почти на треть на угольных электростанциях.
Впрочем, за все время президентства Байдена (с января 2021 года до января 2025 года) в США было продано чуть менее 5 млн электромобилей. При таких темпах продаж электромобилей понадобится несколько десятков лет для полного перехода на электромобили, и в администрации Байдена это понимали. Столь небольшое количество электромобилей на дорогах на выбросы парниковых газов повлияет мало.
Потребление энергии дата-центрами
С возвращением президента США Дональда Трампа в Белый дом давление на потребителей в США с целью перехода на электромобили вместо машин с двигателем внутреннего сгорания, на электроплиты вместо газовых и реализации других «зеленых» инициатив демократов — ослабло. Жесткие требования для потребителей и малых предприятий, которые неизбежно вызвали бы рост спроса на электроэнергию, были отменены, а разрешения американским компаниям на бурение новых скважин для добычи нефти и газа начали выдавать. Спрос на электромобили упал, цены на бензин снизились. Но зато появилась новая статья потребления электроэнергии — массовое строительство центров обработки данных для так называемого ИИ. В эту отрасль потекли деньги, и оказалось, что для обеспечения этих центров электроэнергией тоже нужны новые генерирующие мощности.
Согласно докладу Мирового энергетического агентства, опубликованному в апреле 2026 года, в США есть проблемы с подключением быстро строящихся центров обработки данных к энергетическим сетям. Владельцы этих центров пытаются найти энергию, где только возможно. Согласно данным доклада, на долю IT-сектора пришлось около 40% всех корпоративных соглашений о закупке электроэнергии из возобновляемых источников, подписанных в 2025 году. Этот же сектор является важным источником спроса для ядерной и передовой геотермальной энергетики. Объем соглашений об условной закупке электроэнергии между операторами центров обработки данных и проектами малых модульных ядерных реакторов (ММР) вырос с 25 гигаватт на конец 2024 года до 45 гигаватт на конец 2025 года, причем из 15 заявленных проектов только 4 будут в Европе, остальные в США. Однако ввод в эксплуатацию первых реакторов ожидается не ранее 2030 года.
Ограниченные медленным подключением к электросети, разработчики центров обработки данных также продвигают большое количество проектов с использованием собственных газовых электростанций, в основном в Соединенных Штатах. Данные МЭА, полученные с помощью спутникового слежения, показывают, что многие из этих проектов все еще находятся на ранних стадиях, а это свидетельствует о наличии технических и финансовых препятствий, которые необходимо преодолеть. Одна из ключевых проблем заключается в том, что центры обработки данных для ИИ испытывают быстрые и значительные колебания спроса на электроэнергию, и надежное удовлетворение их потребностей в электроэнергии может вывести из строя газовые электростанции на территории центров или даже электросети, к которым эти центры подключены.
Приведем пример: количество потребляемой дата-центром мощности может вырасти с 6 МВт до 30 МВт всего за 0,25 с, а затем мощность может столь же быстро упасть. Ни одна электростанция не может так быстро уменьшать или наращивать вырабатываемую мощность. Поэтому хранение энергии при помощи батарей аккумуляторов становится критически важной технологией для центров обработки данных для ИИ. Но тут у США возникают проблемы — для аккумуляторов нужен литий, а поток дешевых металлов из Китая в свое время уничтожил горнодобывающую промышленность в США. Затем, в ответ на агрессивные действия США, Китай ввел мораторий на поставки редкоземельных и других металлов в США. Эту проблему США пытаются решать, но на восстановление собственной добычи лития уйдут годы.
Тогда почему же в США продолжают раздаваться странные призывы резко нарастить потребление электроэнергии, не подкрепленные строительством генерирующих мощностей? Чтобы понять это, достаточно посмотреть на КНР.
А что в Китае?
Согласно данным Национального управления энергетики КНР, установленная мощность китайской электроэнергетики по итогам 2025 года составила 3891,34 ГВт, увеличившись на 16,1% в годовом исчислении. За один год Китай ввел 540 ГВт мощностей электроэнергетики. Это больше, чем установленная мощность всей энергосистемы Индии и примерно соответствует средней потребляемой мощности в США.
Установленная мощность солнечной энергетики КНР достигла 1,201 ТВт, увеличившись на 35,4% по сравнению с 2024 годом, а ветровой энергетики — 640,01 ГВт (+22,9%). В сумме это 1,8 ТВт или 47,3% установленной мощности китайской энергосистемы. Подчеркнем, что только установленная мощность солнечных электростанций в КНР почти равна всей установленной мощности энергетики США.
Согласно планам китайского правительства, впервые сформулированным в 2020 году, КНР должна была довести мощности солнечной и ветровой энергетики (суммарно) до 1200 ГВт к 2030 году. Этот план был выполнен в середине 2024 года. В результате солнечные и ветровые электростанции Китая обошли угольные по установленной мощности в первой половине 2024 году, а в 2025 году доля установленной мощности тепловых электростанций упала до 40% от установленной мощности всех электростанций. Однако в выработке электроэнергии доля ТЭС упала лишь чуть ниже 60%.
Выработка электроэнергии в КНР в 2025 году составила 10575,25 ТВт∙ч (для сравнения в США в 2024 году выработка составила 4 430 ТВт∙ч, т. е. КНР опережает США по выработке электроэнергии более чем вдвое). Что касается продаж электромобилей в КНР, то из 12 млн выпущенных в 2025 году в Китае электромобилей или автомобилей с гибридным двигателем около 11 млн штук было продано внутри страны. Доля электромобилей и гибридов среди новых продаваемых в КНР автомобилей превысила 50%.
Так что Китай очевидно переходит на электрификацию всех сторон жизни, и это подкреплено увеличением производства электроэнергии.
И если через эту призму посмотреть на США, то снова возникает вопрос: что же имели в виду власти, говоря об электрификации всех сторон жизни среднего американца? Конечно, электрические плиты для приготовления еды гораздо экологичнее газовых. Однако в США по разным причинам случаются блэкауты, когда электроэнергии нет часами, а то и днями. В этом случае газовая плита лучше — на ней можно приготовить еду даже при отсутствии электричества. Если тебе надо ехать на личном автомобиле внутри мегаполиса, как в Китае, то электромобили — замечательное средство транспорта, к тому же решающее проблему смога. Но если надо каждый день до работы и назад ехать свыше 100 км, то встает вопрос сети зарядных станций, которая в США пока не слишком густая.
Но если за инициативами демократов в США стоял не просто пиар на «зеленой» повестке, а что-то более серьезное, то, возможно, речь идет о переустройстве жизни в США и ликвидации одноэтажной Америки, то есть среднего класса.
Есть ли основания так думать? Да, они есть. Далее о них и пойдет речь. Отметим, в управляемых демократами городах и штатах «зеленая» повестка стала приоритетом еще в первый президентский срок Трампа и даже раньше. Например, в штате Калифорния был принят закон, согласно которому к 2035 году все продаваемые в штате автомобили должны быть электрическими, включая грузовики. Так что администрация Байдена лишь вывела эту повестку на общенациональный уровень.
Возникновение «зеленой» повестки и ее продвижение в США
Откуда же, однако, взялась эта повестка? Поводом к ее введению стало так называемое глобальное потепление. Одним из первых термин «глобальное потепление» ввел в научный оборот Брокер С. Уоллес, опубликовавший в 1975 году в журнале Science статью с названием «Изменение климата: находимся ли мы на пороге выраженного глобального потепления?», в которой он утверждал, что «естественное похолодание климата, которое с 1940 года более чем компенсировало влияние углекислого газа, вскоре достигнет своего минимума. Как только это произойдет, экспоненциальный рост содержания углекислого газа в атмосфере станет значимым фактором и к началу следующего столетия выведет среднюю температуру планеты за пределы, наблюдавшиеся в течение последних 1000 лет».
Среди политиков термин «глобальное потепление» стал известен после того, как климатолог НАСА Джеймс Хансен использовал его при даче показаний в сенате США в 1988 году. Республиканцы, имевшие тогда своего представителя в Белом доме, слабо на это отреагировали еще и потому, что деньги нефтяных корпораций щедро текли в предвыборные фонды политиков-республиканцев. А также потому, что наиболее индустриально развитые страны (в 1980-е годы ими были США и СССР) не собирались ограничивать собственную промышленность из-за предположительной угрозы потепления. Так что до развала СССР и смены власти в Белом доме в США никаких мер по борьбе с глобальным потеплением не предпринималось.
В 1993 году президентом США стал демократ Билл Клинтон. И его администрация в лице вице-президента США Эла Гора стала активно продвигать проблему изменения климата. Чуть раньше, в 1992 году, была составлена Рамочная конвенция об изменении климата Организации Объединенных Наций (РКИК ООН) — международный договор между странами о борьбе с «опасным вмешательством человека в климатическую систему». Конвенция была подписана в 1992 году 154 государствами на конференции ООН по окружающей среде и развитию и вступила в силу в 1994 году, однако ратифицировали ее лишь 50 государств-подписантов. Не ратифицировали этот договор и США — крупнейший на тот момент загрязнитель воздуха на планете.
Тем не менее 19 октября 1993 года Билл Клинтон представил план действий по борьбе с изменением климата. Целевым показателем стало сокращение к 2000 году выбросов парниковых газов в США до уровня 1990 года. Одной из частей плана был дополнительный налог на все источники энергии, кроме солнечной и ветровой. Клинтон выделил $1,9 млрд из федерального бюджета на финансирование этого плана и призвал частные предприятия вложить еще $60 млрд.
Клинтон также подписал от имени США в 1997 году Киотский протокол, не имеющий, впрочем, обязательной юридической силы. Договор предписывал странам-участницам сокращать выбросы парниковых газов. В этом же году сенат США единогласно принял резолюцию Берда — Хейгела, заявлявшую, что США не должны быть подписантами Киотского протокола.
В марте 2001 года администрация Джорджа Буша ― младшего объявила, что не будет выполнять Киотский протокол, утверждая, что ратификация договора приведет к экономическому спаду в США и не окажет достаточного давления на развивающиеся страны по ограничению выбросов. А советник по национальной безопасности Кондолиза Райс заявила, что протокол «неприемлем для администрации или конгресса». В феврале 2002 года президент Буш представил план по снижению интенсивности выбросов парниковых газов на 18% в течение 10 лет. Снижения предполагалось достичь за счет предоставления налоговых льгот предприятиям, использующим возобновляемые источники энергии.
В 2008 году во время предвыборной кампании Барак Обама объявил о плане «Новая энергия для Америки». План предусматривал инвестиции в возобновляемые источники энергии, снижение зависимости США от импорта нефти, решение глобального климатического кризиса и снижение конкурентоспособности угля как источника энергии. План принял форму закона в феврале 2009 года, назывался он «Американский закон о реинвестировании и восстановлении». Закон предусматривал инвестиции в $26,6 млрд в возобновляемые источники энергии, $19,9 млрд ― в энергоэффективность и энергосбережение, $18,1 млрд ― в общественный транспорт и высокоскоростные железные дороги, $10,5 млрд ― в модернизацию линий электропередачи, $6,1 млрд ― в транспортные средства на альтернативных видах топлива, $3,4 млрд ― в улавливание и хранение углерода.
31 марта 2015 года администрация Обамы официально представила в РКИК ООН сведения о предполагаемом вкладе США в сокращение выбросов парниковых газов. Соединенные Штаты обязались сократить выбросы на 26–28% по сравнению с уровнем 2005 года к 2025 году. В 2015 году Обама также объявил о Плане чистой энергетики, который касался выбросов углекислого газа электростанциями. В 2019 году его заменили правилами администрации Трампа «Доступная чистая энергия», которые, в свою очередь, были аннулированы Апелляционным судом округа Колумбия в 2021 году.
Летом 2015 года администрация Обамы опубликовала «План президента по экологически чистому транспорту XXI века», целью которого было сокращение выбросов углекислого газа путем преобразования дорожной инфраструктуры США в инфраструктуру, основанную на чистой энергии. План включал в себя дополнительные инвестиции в размере $20 млрд в год в транспорт и высокоскоростные железные дороги, $10 млрд в год на улучшение регионального транспортного планирования и $2 млрд в год на исследования в области альтернативных видов топлива и автономных транспортных средств.
В 2016 году было заключено Парижское соглашение — международный договор о противодействии изменению климата. Парижское соглашение было заключено 196 сторонами на Конференции Организации Объединенных Наций по изменению климата 2015 года. США вышли из соглашения в 2020 году, вновь присоединились в 2021 году и снова вышли в 2026 году. Такое изменение отношения США к этому договору объясняется сменой власти в США: демократы присоединяются к соглашению, республиканцы из него выходят.
Президент США Джо Байден во время своей предвыборной кампании анонсировал политику «Восстановим лучше, чем было» (Build back better на английском). Это словосочетания не является чем-то новым, изобретенным командой Байдена. «Восстановим лучше, чем было» — это подход к восстановлению после стихийных бедствий, который снижает уязвимость к будущим катастрофам и повышает устойчивость сообщества к физическим, социальным, экологическим и экономическим уязвимостям и потрясениям. Впервые этот лозунг появился после землетрясения 2004 года в Индийском океане с последующим цунами, которое привело к сотням тысяч жертв. Специальный посол генерального секретаря ООН и бывший президент США Билл Клинтон первым употребил этот лозунг в официальном документе под названием «Ключевые положения для восстановления лучше, чем было». Затем этот лозунг продолжал регулярно появляться в документах Международной стратегии уменьшения опасности катастроф (подразделение ООН).
В 2020 году этот лозунг одновременно оказался в программных документах Джо Байдена, Бориса Джонсона, Джастина Трюдо и Организации Объединенных Наций. Формально имелось в виду восстановление после пандемии COVID-19. Такая скоординированность действий указывает на то, что как минимум существует некая международная договоренность в отношении плана «Восстановить лучше, чем было». На это же указывает и поддержка странами «Большой семерки» инициатив Байдена. Например, Белый дом 3 июня 2021 года объявил о закрытии лазеек и требовании уплаты крупными корпорациями 15%-ного налога с прибыли, а через два дня (5 июня) министры финансов стран «Большой семерки» объявили, что поддержат глобальный минимальный корпоративный налог в размере 15%.
Более того, в июне 2021 года на саммите G7 была принята программа «Восстановим мир лучше, чем был», которую западные аналитики прямо назвали альтернативой для развивающихся стран китайской инициативе «Пояс и путь». Другое название инициативы стран G7 — «Партнерство по глобальной инфраструктуре и инвестициям». Отметим, что британские эксперты, анализируя эту инициативу летом 2022 года, заявили: «Для успеха необходимо сотрудничество с Китаем и другими незападными партнерами по развитию. Инициативы в области развития необходимо рассматривать отдельно от других областей геополитической напряженности и конфликтов между западными странами и Китаем. „Большой семерке“ необходимо изучить возможности вовлечения Китая в глобальные процессы повышения стандартов». Каким образом они предполагали вовлечь Китай в то, что является альтернативой его собственному проекту, эксFперты не сообщили.
В США программа Байдена оформилась в виде нескольких крупных законов. Законопроект «Восстановим лучше, чем было» не смог пройти через сенат США, его альтернативный вариант, принятый лишь в 2022 году, назывался «Закон о снижении инфляции». Этот закон предусматривал инвестиции $369 млрд в программы по обеспечению энергетической безопасности США и борьбу с изменением климата. Кроме того, был принят Закон об инвестициях в инфраструктуру и создании рабочих мест. Вместе эти законы инвестировали сотни миллиардов долларов в строительство солнечных и ветровых электростанций, в возобновление работы некоторых АЭС, в субсидирование покупок электромобилей и автомобилей с водородными двигателями, в строительство автомобильных и высокоскоростных железных дорог, в развитие общественного транспорта, в строительство высоковольтных ЛЭП, в повышение энергоэффективности зданий — то есть по большому счету деньги были направлены туда же, куда их направляла администрация президента Обамы.
Таким образом, можно сделать два промежуточных вывода: политика Демократической партии США по переходу на низкоуглеродную энергетику началась совсем явно еще во время президентства Билла Клинтона и последующей предвыборной компании Эла Гора, и, во-вторых, она имеет явные международные обертона, связанные как с ООН, так и с G7. Отметим также занятный факт: вся элита Демократической партии США продолжает покупать дорогие дома на самом берегу океана за миллионы долларов. Но если верить тому, что они говорят публике, то эта собственность очень скоро окажется под водой из-за глобального потепления. Так что возникает вопрос, верят ли они сами в эти прогнозы. А про прогнозы, высказанные Элом Гором, что четверть штата Флорида будет под водой из-за глобального потепления, уже и вспоминать неприлично. Флорида пока что под воду уходит не быстрее, чем в начале XX века.
(Продолжение следует.)
