Чего ни Масимов, ни племянники Назарбаева не ждали — того, что Токаев призовет ОДКБ

Не ждали… ОДКБ. Что происходит в Казахстане

Карта Казахстана, опубликованная Kazinform в 2018 году
Карта Казахстана, опубликованная Kazinform в 2018 году
Карта Казахстана, опубликованная Kazinform в 2018 году

Часть IV. Начало в № 465–468

Что такое этот самый «Оренбургский коридор»?

Еще 7 марта 2018 года казахское радикально-националистическое издание altyn-orda.kz перепечатало статью 2013 года из segodnia.ru (2013) под названием «Разбить Оренбургский коридор», которая комментировала публикацию ветерана ЦРУ Пола Гобла «Оренбургский коридор и будущее Средней Волги», размещенную на сайте американского мозгового центра Jamestown Foundation.

В этом материале Гобл в 2013 году излагал проект развала России, утверждая, что «…сегодня этот коридор может быть, наконец, преобразован из стены, которая удержала республики Среднего Поволжья в составе Российской Федерации, в мост, который позволит им достичь своих целей и отделить Москву от Сибири». Фактически этот план заявлял, что, обеспечив выход к Казахстану группы из шести российских автономий Поволжья, включая Башкирию и Татарию, этот план позволит «разорвать» Россию надвое по меридиану Предуралья.

Но при чем здесь нынешний «казахстанский мятеж»?

А дело в том, что в 2018 году агентство Kazinform опубликовало скандальную карту Казахстана, на которой в его составе оказались Оренбург, Омск, ряд сопредельных районов и чуть не половина Узбекистана. И хотя вскоре эту карту с извинениями удалили, от наблюдателей не ускользнул тот факт, что в тот момент главой государственного агентства Kazinform являлся Аскар Умаров. Тот самый, который нынче, уже после мятежа, назначен Токаевым в правительство Казахстана на важнейший пост министра информации и общественного развития!

Вот та самая карта.

В этих условиях принятое Россией и практически мгновенно исполненное, за срок менее двух суток, решение направить в Казахстан миротворческие силы ОДКБ стало блестящим и явно неожиданным для Запада ответом. Хотя далось оно непросто. Нам, видимо, еще предстоит узнать о том, как трудно это решение принималось, в частности в Киргизии, где ситуация с реисламизацией еще хуже, чем в Казахстане, и где в армии и спецслужбах (особенно в погранвойсках), скажем вежливо, «слишком сильно» влияние такой радикально-исламской организации, как «Таблиги Джамаат»*.

В частности, для того чтобы такое решение было принято, президента Киргизии Садыра Жапарова пришлось «настойчиво убеждать», а затем Жапарову пришлось очень сильно «надавить» на свой парламент для того, чтобы это решение все-таки состоялось.

В связи с этим подчеркнем, что депутаты киргизского парламента, которые проголосовали против отправки киргизских военных в Казахстан — Нуржигит Кадырбеков, Динара Ашимова, Султанбай Айжигитов и так далее, — состоят в партии «Ыйман Нуру», которую местные наблюдатели прямо называют «политотделом ИГИЛ* в парламенте». И парламент Киргизии принял свое решение отправить в Казахстан войска только тогда, когда Жапаров публично заявил, что киргизские силы ОДКБ ни в коем случае не станут применять оружие против протестующих.

Изображение: gov.kg
Президент Киргизии Садыр Жапаров
Президент Киргизии Садыр Жапаров
ЖапаровСадырКиргизииПрезидент

Далее отметим, что западный «запал» мятежного очага в казахстанском Жанаозене — вряд ли случайно — обеспечивался преимущественно британскими сервисными компаниями. Думаем, что Британия в большой степени неявно «дирижировала» протестом — и через давно и прочно завязанного на Британию и Украину беглого олигарха Мухтара Аблязова и влияние его партии «Демвыбор Казахстана» в оппозиционном объединении «Республика», и через британский контроль над урановыми и нефтяными казахстанскими активами, и через казахстанское отделение British Council и многочисленные британские НКО и, наконец, через не менее многочисленные связи Британии в финансовых структурах, фондах и банках Казахстана.

Сейчас представляется уместным еще раз присмотреться к характеру развития казахстанского мятежа — от локальных социальных протестов к протестам политическим, затем к массовым погромам, а затем и к вооруженному нападению на власть.

Начинался процесс 2–3 января действительно с мирных протестных манифестаций, организованных преимущественно Мухтаром Аблязовым и оппозиционным объединением «Республика». Но уже 3 января к нему с политическими лозунгами активно присоединились мамбеты южных городов страны, и прежде всего из Алма-Аты, а далее и приезжие из Киргизии «гастарбайтеры». Именно они и представляли те стихийные толпы, которые уже привычно (подчеркнем, что такие эксцессы в Алма-Ате, Таразе, Чимкенте, Талды-Кургане довольно часто отмечались и ранее) занялись погромами и мародерством.

Особенно явно это было в Алма-Ате, что также понятно. Во-первых, здесь находится тот самый огромный рынок «Алтын орда», всегда заполненный мамбетами. Во-вторых, здесь максимальное количество разнообразных западных и турецких НКО, которые сразу «встроились» в протесты. В-третьих, здесь больше всего безработной и криминализованной молодежи (кстати, в Казахстане почти 54% населения моложе 28 лет, и именно в этой страте максимальная безработица).

В связи с этим напомним, что за последние три года в Казахстане произошло более полутора тысяч крупных протестных акций (причем большинство из них именно в Алма-Ате), а преступность в Алма-Ате за десятилетие выросла в четыре раза. МВД Казахстана отмечало, что большинство правонарушений совершено именно приезжими из сельских районов. И именно в этих, крайне раздраженных и достаточно криминализованных слоях чаще всего звучали не только лозунги «Шал, кет» («Старик, уходи»), но и «Аллах Акбар»!

Однако уже 4 января эти мародерствующие толпы получили вовсе не стихийных лидеров и организаторов. Еще осенью внимательные наблюдатели отмечали, что в Казахстане под видом «сезонных рабочих» появляется все больше «иностранцев с хорошей выправкой». Немало этих иностранцев вскоре появилось в рядах мятежников, и они сразу стали организовывать толпы на бои с полицией.

5 января в эксцессах в Алма-Ате проявились еще и «другие». Во-первых, в основном «бородатые», провозглашавшие исламские лозунги. Во-вторых, такие, которые старательно собирали с асфальта гильзы, в местах собраний и на путях следования прежде всего уничтожали камеры видеонаблюдения, для связи использовали рации (напомним, сотовая телефония и интернет были отключены), баррикадировали проезжую часть улиц, выставляли по периметру действий наблюдателей, штурмовали больницы и вывозили трупы из моргов, то есть действовали слаженно и скоординировано.

А после захвата аэропорта появились еще и «третьи» — вновь «бородатые», причем те, которые подали специфический знак «мы здесь», оставив на поле боя трупы двух полицейских с отрезанными головами. И далее обнаружили хорошее владение современной тактикой городских партизанских боев — методом так называемого сетевого роения. То есть тактикой «выбрать цель удара, сосредоточиться и собрать толпу, нанести удар и рассеяться», оставив толпу мамбетов мародерствовать и поджигать здания. Видимо, именно они после неуспешного завершения мятежа с боями уходили в Киргизию через южную казахстанскую границу.

Откуда появились эти самые «вторые» и «третьи»? Вторые, как утверждает Ермухамед Ертысбаев, экс-советник Назарбаева, — из секретных лагерей, созданных КНБ под руководством Карима Масимова в горах Заилийского Алатау. И сразу возникает риторический вопрос: откуда Ертысбаев это узнал? И если знал, почему вовремя не сообщил «куда следует»?

«Третьи», как сообщает Токаев, прилетели 5 января на самолетах «из соседней страны» после захвата мятежниками алма-атинского аэропорта и влились в ряды террористов как организаторы и «вдохновители» наиболее опасных для власти атак.

Знали ли о «вторых» и «третьих» российские спецслужбы? Уверен в том, что знали. Поскольку от принятия решения об операции ОДКБ до начала ее исполнения прошла всего одна ночь, и уже 6 января российские и иные десантники приступили к освобождению и охране «критических» уязвимых объектов. Такого рода операции в столь краткий срок не организуются, а готовятся заранее.

Почему ОДКБ не вмешалась раньше? Потому что в ее штабе правильно оценили невероятный масштаб массовой русофобии, тщательно выращиваемой в Казахстане (особенно на юге и западе республики) в последние 30 лет. Потому операция была не сугубо российской, а от имени ОДКБ, и потому она началась только после публично озвученной просьбы Токаева о помощи. И потому неоднократно подчеркивалось, что задачи уничтожения мятежников и террористов силы ОДКБ не решают, а занимаются только охраной стратегических объектов. И потому же операция была незамедлительно прекращена сразу после заявления Токаева о нормализации обстановки, просьбы вывести силы ОДКБ и бегства ключевых мятежников из страны.

Примечательно, что Турция до 5–6 января либо просто молчала, либо высказывалась очень осторожно. И лишь после практически мгновенного ввода сил ОДКБ и турецкая пресса, и высокие турецкие государственные деятели, и турецкий интернет буквально «пошли вразнос» с заявлениями о незаконности и недопустимости «интервенции» ОДКБ и с обвинениями в адрес Токаева в том, что он «почему-то» обратился с такой просьбой к ОДКБ, а не к Организации тюркских государств. И это, похоже, наиболее яркий и внятный сигнал на тему «кому выгодно».

Не менее примечательна и особая степень возбуждения США и Европы. Которые сначала призывали «не мешать свободному волеизъявлению казахстанских граждан», а также «немедленно освободить граждан, незаконно арестованных ОДКБ», а затем начали обсуждать, насколько легитимно было приглашение сил ОДКБ в Казахстан, а также вещать о том, что «приглашенные русские никогда так просто не уходят».

Еще одна примечательная деталь информационно-пропагандистского сопровождения мятежа — так называемый перевод стрелок в части его организаторов. 8 января американский телеканал RTVI (бывший медиа-ресурс небезызвестного Гусинского), обсуждая события в Казахстане, сослался на сообщение в Facebook «эксперта-политолога» по Востоку из московского Центра Карнеги Аркадия Дубнова о том, что якобы Назарбаев сейчас находится в Китае. И что его племянника Кайрата Сатыбалды якобы арестовали в Дубае.

Насчет Сатыбалды и пробританского Дубая — это, видимо, отдельный вопрос. А вот то, что Назарбаев якобы сбежал в Китай, — достаточно внятный фейковый сигнал о причастности Китая к организации мятежа. И еще насчет заявления Дубнова: нельзя не подчеркнуть, что именно он очень горячо поддерживал назначение в КНБ Карима Масимова, и столь же горячо приветствовал изгнание с поста спикера сената Дариги Назарбаевой… Тем более что некоторые злые языки утверждают, что посол Великобритании за закрытыми дверями долго уговаривал Назарбаева назначить главой КНБ именно Масимова.

В связи с этим нельзя не затронуть ряд особенностей биографии Масимова.

Карим Масимов (напомним, этнический уйгур) в 1985–1988 годах окончил Университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы в Москве, затем Казахский экономический университет имени Рыскулова, Казахскую государственную академию управления. Изучал китайский язык в Пекинском институте языка, стажировался в Уханьском юридическом университете и Колумбийском университете (США). В 1999 году окончил докторантуру Московской государственной технологической академии, в том же году защитил докторскую диссертацию по теме «Проблемы формирования промышленности Республики Казахстан и пути их решения (теория и практика)».

В 1992–1995 годах работал в казахстанских коммерческих структурах в Китае и Гонконге. В 1995–1997 годах являлся председателем правления Алма-атинского торгово-финансового банка. В 1996 году был исполняющим обязанности председателя правления «Туранбанка». В 1997–2000 годах — председатель правления «Народного сберегательного банка Казахстана».

В 2000–2001 годах — министр транспорта и коммуникаций Казахстана, в 2001–2003 годах — заместитель премьер-министра Казахстана. В 2003–2006 годах — помощник президента Казахстана, в 2006–2007 годах вновь заместитель премьер-министра, а в 2007–2012 годах — премьер-министр Казахстана

В 2012–2014 годах Масимов — глава администрации президента, с апреля 2014 года — вновь премьер-министр, с 8 сентября 2016 года — председатель Комитета нацбезопасности (КНБ) Казахстана.

Президент федерации тайского бокса Республики Казахстан, вице-президент Всемирной ассоциации муай-тай, председатель попечительского совета Казахстанского национального географического общества. Знает шесть языков: казахский, русский, английский, китайский, арабский, уйгурский. Давний и тесный бизнес-партнер мужа дочери Назарбаева Динары, Тимура Кулибаева.

То есть Карим Масимов — старый, верный и вроде бы надежный соратник Назарбаева, но в то же время (поскольку уйгур) — неспособный претендовать на высший пост в «жузовом» Казахстане. А в замы к Масимову Назарбаев назначил своего еще более надежного племянника Самата Абиша.

Примечательно, что оба сына погибшего в авиакатастрофе в 35 лет младшего брата Нурсултана Назарбаева, Сатыбалды Назарбаева, сразу оказались под внимательной опекой своего «царственного» дяди. Он давал им образование, продвигал в бизнес и во властную вертикаль.

Сейчас Самат Абиш — генерал-лейтенант госбезопасности, первый зам. главы КНБ.

Кайрат Сатыбалды — генерал-майор госбезопасности в отставке, владелец ряда бизнес-структур, президент «Международной ассоциации традиционных видов спорта тюркских народов» и заодно глава «традиционалистского» (то есть исламского) общественного движения «Ак Орда». Правоверный мусульманин, который, даже будучи главой кадровой службы КНБ, ежедневно совершал пятикратный намаз. В связи с этим стоит привести его заявление: «Могу с радостью отметить, что процесс обращения нашей элиты к ценностям ислама с каждым годом интенсифицируется. Люди, насытившись благами этого мира, начинают осознавать, что без духовности нет будущего. И наша задача помочь им в этом»

Оба племянника Назарбаева имеют, «по долгу службы», обширные и прочные связи с различными зарубежными спецслужбами. В особенности со спецслужбами Турции и ряда арабских государств. Ряд источников утверждает, что именно этим братьям принадлежит идея «гасить» массовые народные протестные выступления «заагентуренным» криминалом, а также погромными акциями прикормленных мамбетов.

Причем Самат Абиш в этих идеях якобы, пошел еще дальше: он, ввиду растущих рисков радикально-исламских выступлений в Казахстане (в особенности на западе и юге), предложил создать группы «своих исламистов», которые в случаях массовых радикально-исламских акций могли бы уводить возбужденные погромные толпы в «безопасных» направлениях. Как сообщают источники, Абиш сказал: надо иметь против «бородатых» своих «бородатых».

Далее (подчеркну, до результатов непредвзятого расследования) приводятся лишь версии того, что происходило в Казахстане.

Сейчас в организации казахстанского мятежа многие СМИ обвиняют именно племянников Назарбаева, Сатыбалды и Абиша. Утверждается, что «первый акт» мятежа с массовыми погромами, поджогами зданий и мародерством готовил и курировал Кайрат Сатыбалды, а «второй акт», с захватом оружейных магазинов и оружейных комнат отделений полиции, а также с вооруженными нападениями на ключевые госучреждения, — Самат Абиш со своими подготовленными в секретных лагерях «бородатыми».

Причина, вероятно, в том, что клан «шапраштинцев» Назарбаева почувствовал, что Токаев слишком мягкий и слишком ненадежный для того, чтобы сохранять их власть и собственность, и слишком склонен на уступки другим казахстанским кланам, стремящимся эту власть и собственность отнять. Кроме того, Токаев уже достаточно ясно дал понять, что готов на серьезные преференции Китаю (а значит, и России) ради прокладки через Казахстан ветки «нового Шелкового пути» и обеспечения стране и новых транзитных доходов, и дополнительной защиты от слишком явной турецкой исламизации и пантюркизации.

И потому братья-племянники решили этим мятежом или резко ослабить Токаева с его «неправильными» амбициями, либо вовсе снять его с поста как «не справившегося» с народной смутой. А их «шеф», глава КНБ Карим Масимов, понимал, что задачи нынче другие, и ставятся они не в Нур-Султане, а в Лондоне и Анкаре. И потому промолчал почти весь мятеж, и закрывал глаза на лагеря «бородачей» в горах, и приказал снять охрану с аэропорта, и позволил захватить здание КНБ и разграбить его арсенал. И ждал «третьего акта». Почему ждал?

Потому что идея «третьего акта», когда власть столкнулась с новыми «бородатыми», «сетевым роением», отрезанными головами полицейских и пониманием, что ситуация катастрофическая, — похоже, разрабатывалась совсем не в Казахстане. Отдельный вопрос состоит в том, рассчитывал ли Масимов на что-нибудь для себя? И шел ли закрытый разговор со «странами-партнерами» о признании некоей «переходной диктатуры» во главе с Масимовым, которая якобы только и сможет «навести порядок в стране»?

Но и заявление Токаева о том, что «террористы прибыли из соседней страны на самолетах после захвата аэропорта», тоже не случайно. Прибыли ли они на самолетах, как утверждал Токаев, или приехали на машинах (что скорее всего), — в любом случае понятно, что под «соседней страной» имелась в виду Киргизия. Где протурецких (иракских, сирийских и т. д.) боевиков-исламистов более чем достаточно для того, чтобы смешать карты любого мятежа и направить его результаты в нужную сторону.

Чего ни Масимов, ни племянники Назарбаева не ждали — того, что Токаев призовет ОДКБ. И что ОДКБ отреагирует настолько быстро, что другие силы, прежде всего Турция, просто не успеют опомниться и отреагировать. А план Масимова состоял как раз в том, что еще через день Токаев, осознав, что деваться некуда, призовет на помощь Организацию тюркских государств, и в страну еще через день-два начнут прибывать войска Турции (а заодно Киргизии и Азербайджана).

Которые, конечно, радостно встретит уже вполне «пантюркизированный» Младший жуз. И которые быстро (при активной помощи КНБ Масимова) наведут в Казахстане вожделенный порядок — без Китая и без России. И предъявят Путину — аккурат к готовившемуся «письменному ответу» США и НАТО на путинский ультиматум — свой ультиматум, заключающийся в наличии на юге 7600 километров неприкрытой российской границы, за которой стоят войска Турции, члена НАТО…

Но вышло по-другому — Токаев позвал ОДКБ… Что фундаментально перевернуло игровую доску.

Изображение: (cc) Совет Федерации
Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев
Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев
ТокаевКасым-ЖомартКазахстанаПрезидент

Мятеж завершается…

А завершается ли он? Пока мы видим по всей стране (особенно в Алма-Ате) регулярные так называемые беспокоящие атаки террористов. Они малыми группами ночью выходят из домов, берут из схронов оружие, совершают налет, а затем вновь прячут оружие в схрон и разбегаются по домам. Разумеется, предугадать и отследить такие атаки в двухмиллионном городе невозможно. Но стоит признать, что и такие атаки происходят всё реже.

Что происходит, кроме таких атак?

Первым 5 января ушел в отставку премьер-министр Аскар Мамин; и. о. премьер-министра, а затем премьер-министром стал Алихан Смаилов. Тогда же новым госсекретарем Казахстана стал Ерлан Карин (он же Ерлан Тынымбайулы, бывший помощник Токаева — подчеркнем, замеченный в особых симпатиях к казахстанским радикальным националистам). А далее пошла крупная чистка и обновление состава Комитета национальной безопасности (КНБ), а также главных коммерческих структур, ведущие посты в которых занимали родственники и ставленники Назарбаева.

6 января Токаев снял с должности главу КНБ Карима Масимова, а 7 января он был арестован по обвинению в заговоре с целью насильственного свержения власти и злоупотреблении служебным положением. Также 7 января были сняты со своих постов три заместителя председателя КНБ — Марат Осипов, Даулет Ергожин и Ануар Садыкулов. В то же день Токаев назначил двух новых заместителей председателя КНБ — Бакытбека Косжанова и Аскара Амерханова. Ергожин и Садыкулов (командир фактически бездействовавшего в ходе мятежа элитного подразделения спецназа КНБ «Арыстан») были арестованы 13 января.

Новым главой КНБ Казахстана стал Ермек Сагимбаев, которого Токаев перевел с поста главы Службы государственной охраны. А 17 января КНБ сообщил, что первый зам. главы ведомства Самат Абиш (отметим, строго по закону, только после завершения официального отпуска) также освобожден от должности. Кроме того, произошли «кадровые ротации» в региональных департаментах КНБ, затронув четыре области — Жамбылскую, Алма-Атинскую, Костанайскую и Кызылординскую.

Далее, в один день с Масимовым, 6 января, своего поста лишился председатель Агентства по стратегическому планированию и реформам Казахстана Кайрат Келимбетов — бывший глава администрации президента, минэкономразвития и Центробанка при прошлом президенте, а также глава международного финансового центра «Астана» (МФЦА), — тот самый, на которого была возложена роль превращения Казахстана в «современный Сингапур». Его место занял бывший глава минэкономики Асет Иргалиев.

7 января произошел важнейший «успокаивающий реверанс» в адрес иностранных инвесторов. В этот день Токаев заявил в Twitter, что политика «открытых дверей» для иностранных инвестиций останется основной стратегией Казахстана, и заверил, что «все иностранные инвестиции в Казахстане будут находиться под надежной защитой властей».

12 января издание 24.kg сообщило об отъезде из Казахстана младшего брата первого президента Болата Назарбаева. Согласно фотографии с пограничного монитора, Болат Назарбаев пересек границу по дипломатическому паспорту и направился в Бишкек.

13 января агентство France-Presse сообщило, что Апелляционный суд Парижа прекратил преследование беглого казахстанского банкира Мухтара Аблязова «в связи с истечением срока давности». То есть уже давно готовый к политическим действиям «глава казахстанской оппозиции» получил полноценную международную легитимность.

14 января лишились своих постов муж старшей дочери Назарбаева Дариги, глава компании «КазахГаз» Кайрат Шарипбаев, и муж младшей дочери Назарбаева, Алии, председатель правления «КазТрансОйл» Димаш Досанов. Заодно у Алии отняли ее личный доходный бизнес — компанию «Оператор РОП», которая перестала получать утилизационный сбор за ввезенные в Казахстан иностранные автомобили. Правительство перевело функции «Оператора РОП» на госкомпанию «Жасыл даму».

15 января Генпрокуратура республики заявила, что в Казахстане в ходе беспорядков погибли 225 человек, в том числе 19 силовиков, пострадали 4578 человек. В погромах приняли участие более 20 тыс. человек, возбуждено 546 уголовных дел. В изоляторы доставлены 672 подозреваемых, под стражу взяты 446 человек, после проверки документов отпущены 120 человек. В Алма-Ате во время беспорядков зафиксированы 7 нападений на морг, 41 тело было похищено неизвестными.

17 января о своем «добровольном уходе» с поста председателя президиума национальной палаты предпринимателей «Атамекен» (своего рода «министерства бизнеса» Казахстана) объявил Тимур Кулибаев, муж Динары, средней дочери Назарбаева.

11 января на заседании мажилиса Токаев утвердил новый состав правительства. Главы минобороны Нурлан Ермекбаев, МИД Мухтар Тлеуберди и МВД Ерлан Тургумбаев остались на своих местах. Должности вице-премьеров сохранили Роман Скляр, Ералы Тугжанов, Мухтар Тлеуберди. Заместителем премьер-министра назначен Быхыт Султанов. Он же будет министром торговли и интеграции. Министром энергетики стал Болат Акчулаков. Министром культуры и спорта назнчен Даурен Абаев, министром национальной экономики — Алибек Куантыров, министром здравоохранения — Ажар Гиният. Министерство информации и общественного развития возглавил Аскар Умаров, министерство юстиции — Канат Мусин. Министром по чрезвычайным ситуациям стал Юрий Ильин.

При обсуждении состава правительства Токаев особо коснулся вопроса о дееспособности армии и спецслужб. Он заявил, что «КНБ как уполномоченный орган не смог и не захотел дать четкую оценку подрывной работе, не разглядел критической угрозы национальной безопасности». Потому «необходимо перестроить армию, органы национальной безопасности и внешней разведки… Появятся новые подразделения Нацгвардии, увеличится численность спецназа МВД». Отдельное внимание президент уделил также «необходимым преобразованиям в погранслужбе» и «укреплению границ с Китаем». Токаев подчеркнул, что на границе с Китаем «творится бардак, расхождения таможенной статистики Казахстана и Китая составляют миллиарды долларов, часть машин просто не досматривается».

Также (что вызвало бурные реакции ряда депутатов) на заседании мажилиса 11 января «поручил правительству определить круг компаний и крупных олигархов, которые будут ежегодно перечислять средства в создаваемый по его поручению социальный фонд». Он заявил: «Конечно, мы ожидаем значительные регулярные — я подчеркиваю: регулярные — отчисления в фонд со стороны крупного бизнеса. Благодаря первому президенту… в стране появилась группа очень прибыльных компаний и прослойка людей, богатых даже по международным меркам. Считаю, что пришло время отдать должное народу Казахстана и помогать ему на системной и регулярной основе… Кроме того, ожидаю активного участия и от тех лиц, которые, фактически обладая огромными средствами, находятся в тени».

Далее Токаев подверг резкой критике государственный Банк развития Казахстана (БРК): «Банк развития Казахстана, по сути, превратился в личный банк для избранного круга лиц, представляющих финансово-промышленные и строительные группы. Мы знаем всех пофамильно. Пользуясь доступом в высокие кабинеты, они получают привилегированные условия для реализации своих проектов».

Наконец, Токаев объявил о введении пятилетнего моратория на рост зарплат членов правительства, депутатов и акимов, заявив, что в нынешних условиях он считает их зарплаты «вполне достаточными».

В завершение Токаев сообщил, что в сентябре представит пакет политических реформ, и что преобразования «затронут прежде всего избирательную систему», а также коснутся «оценки качества государственных услуг и социальной политики».

17 января пресс-секретарь Токаева Берик Уали заявил, что президент Токаев «выступает за активизацию работы по приватизации активов Фонда национального благосостояния „Самрук-Казына“… По мнению главы государства, необходимо снизить избыточное присутствие государства в экономике, активизировать с этой целью приватизацию активов фонда».

А 18 января — впервые после начала мятежа — публично выступил с обращением бывший президент Казахстана Нурсултан Назарбаев. Он категорически опроверг все разговоры о якобы имеющемся в стране «расколе элит» и собственном «конфликте с действующим президентом», подчеркнул, что «он на пенсии». Однако все эти заявления, на фоне зачистки власти и бизнес-структур от ряда людей, прочно связанных с Назарбаевым, выглядели очень неубедительно.

24 января Токаев подписал указ о создании в структуре вооруженных сил «Командования сил специальных операций». А 3 февраля Токаев назначил командующим Силами специальных операций Казахстана Болата Журабаева.

25 января правительство одобрило обновленные комплексные планы развития Мангистауской, Атырауской, Западно-Казахстанской и Актюбинской областей Казахстана. Сообщается, что общий объем финансирования четырех комплексных планов развития западных регионов составляет 15,3 трлн тенге (около 35 млрд долл.)!

1 февраля многолетний соратник Нурсултана Назарбаева, председатель мажилиса республики Казахстан Нурлан Нигматуллин ушел в «добровольную отставку», кресло председателя мажилиса занял Ерлан Кошанов.

А 2 февраля мажилис на пленарном заседании внес в конституционные законы Казахстана поправки, лишающие экс-президента Нурсултана Назарбаева всех его преференций, включая председательство в Совете безопасности и Ассамблее народов Казахстана. В законе сохранилась только норма, позволяющая Назарбаеву выступать перед парламентом республики и его палатами, участвовать в заседаниях правительства при обсуждении важных для страны вопросов, а также входить в состав Конституционного совета Казахстана.

8 февраля мужа дочери Назарбаева Динары, Тимура Кулибаева, исключили из числа кандидатов в Совет директоров «Газпрома». Вместо него в список включен экс-канцлер Германии Герхард Шрёдер — хотя он, в отличие от Кулибаева, не имеет акций «Газпрома».

Обращает на себя особое внимание характер международных коммуникаций Токаева и его правительства после мятежа. После переговоров 12 января с генсеком ОДКБ Станиславом Засем Токаев встретился 24 января с президентом Узбекистана Шавкатом Мирзиёевым и с президентом Татарии Рустамом Миннихановым. 25 января Токаев принял участие в саммите глав государств «Центральная Азия — Китай», 27 января — в саммите глав государств «Центральная Азия — Индия».

Параллельно МИД Казахстана 11 января принял участие в чрезвычайном заседании Совета министров иностранных дел Организации тюркских государств, 13 января состоялся телефонный разговор главы МИД Казахстан Мухтара Тлеуберди с главой МИД Кувейта Ахмадом Нассер аль-Мухаммад аль-Сабахомом. 19 января зам. главы МИД Казахстана Ерлан Алимбаев провел встречу с послом Великобритании Кэти Лич. 26 января прошел телефонный разговор Тлеуберди с главой МИД Пакистана Махдумом Шахом Махмудом Курейши. 31 января 2022 года состоялся телефонный разговор главы МИД Тлеуберди с генсеком Организации Исламская конференция (ОИК) Хусейном Ибрагимом Таха, в тот же день — встреча Тлеуберди в Нур-Султане с генсеком Организации тюркских государств (ОТГ) Багдадом Амреевым.

Как мы видим, наибольший интерес Казахстана после мятежа проявляется к укреплению отношений с Китаем, Индией, Великобританией, исламскими странами, включая Турцию. Но не к России, ОДКБ, ЕврАзЭС.

Встреча с Путиным и Мишустиным в Москве 10 февраля закончилась также лишь «громадьем планов», в том числе, объявлением о намерениях создать в Казахстане собственную отрасль ядерной энергетики и строить, при участии России, атомные электростанции.

На фоне спасения ситуации в Казахстане в мятеже начала января силами ОДКБ, причем при решающем участии России, — этот список заинтересованностей в «первоочередных» встречах и диалогах, согласимся, выглядит странно, и, скажем так, «тревожно»…

(Окончание следует…)


* — Организация, деятельность которой запрещена в РФ.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER