logo
Статья
/ Павел Расинский

Преимущества, декларируемые лоббистами ЕГЭ, не выдерживают никакой критики

В своем вступлении я буду рассматривать вопрос Единого государственного экзамена. Но это невозможно без исследования природы экзамена как такового, его сути и истории его возникновения.

Экзамены появились не вчера и не сто лет назад. Экзамен как испытание по окончании того или иного обучения был известен и в Древнем Китае, и в Древнем Вавилоне.

В Советской России после Великой Октябрьской социалистической революции, когда шел поиск новых методов во всех аспектах жизни, в том числе и в образовании, экзамены в школах были отменены. Однако последовавшее за этим резкое снижение уровня систематических знаний учащихся потребовало возвращения в школы экзаменационных испытаний. Они были введены незамедлительно — сразу после получения негативных данных — постановлением ЦК ВКП(б) «Об учебных программах и режиме в начальной и средней школе» от 25 августа 1932 года.

Необходимость экзаменов как таковых вряд ли вызывает у кого-то сомнение. Поэтому, зафиксировав это, двинемся дальше и разберем природу экзамена, его суть.

По своей сути и целям экзамены делятся на три крупных категории — выпускные экзамены, вступительные и переводные.

Переводные экзамены по природе своей являются экзаменами, подтверждающими способность обучаемого перейти на следующую ступень обучения в рамках единой учебной системы, будь то школа, вуз или иное учебное заведение.

Задача выпускных экзаменов — оценить уровень полученных знаний учащимися, покидающими учебное заведение. Это итог, подводимый учеником и учебным заведением по результатам обучения. И, исходя из природы этого экзамена, его структура должна быть такова, чтобы проверить степень освоения преподаваемых предметов.

Задача же вступительных экзаменов разительно иная — это испытание, порог вхождения в учебное заведение. И этот порог может и должен быть различным у каждого вуза или даже факультетов внутри вуза. И таковым он является у большинства учебных заведений.

Смешение этих двух видов экзаменов приводит к появлению суррогата, который неспособен адекватно оценить полученные знания и в то же время не может являться барьером, преодоление которого есть необходимое условие отбора в тот или иной вуз. Это главный и фундаментальный порок Единого государственного экзамена в том виде, в каком он существует сейчас.

(Аплодисменты.)

Кроме фундаментального порока, существуют и другие. Но я бы хотел заострить внимание на том, что ЕГЭ в нынешнем виде есть суррогат, попытка опасного объединения именно разных по своей природе экзаменов.

А теперь перейдем к остальным недостаткам ЕГЭ.

Давайте рассмотрим непосредственно сам экзамен. Как вы все знаете, ЕГЭ состоит из трех блоков: А, B и C.

Первый блок — блок А — содержит так называемый тест. То есть варианты заданий с выбором ответа из нескольких. Этот блок — самое бестолковое, что может быть на экзамене. При наличии вариантов ответа экзамен превращается в «угадайку». А с учетом того, что варианты обычно имеют большой «разброс», крайние случаи легко отсекаются и для выбора остаются, в лучшем случае, два варианта, а то и вовсе правильный вариант вычисляется без применения глубоких знаний по предмету.

Вот, например, какой вариант приводят некоторые сайты, рассказывающие ученикам хитрые способы сдачи ЕГЭ (цитирую):

«Правильно ответить на тестовый вопрос — порой значит просто логически пораскинуть мозгами.

Например, вот такое тестовое задание из части А:

1.Одним из первых древнерусских каменных храмов был собор (и далее варианты)

1) Успенский в Москве;

2) Софийский в Киеве;

3) Покровский в Москве;

4) Дмитриевский во Владимире.

Как выполнить задание, зная только периоды русской истории и немного ориентируясь в истории Древней Руси? Очень просто. Ваша цепочка рассуждений должна быть примерно следующей: «Ага. Московские храмы сразу отпадают, так как Москва поднимается во второй период русской истории — с начала XIV века. А вопрос по Древней Руси, столицей которой был г. Киев. А раз Киев — столица, то по-любому древнее Владимира. Стало быть, правильный ответ — № 2 Софийский собор в Киеве!».

Такие советы наглядно показывают бессмысленность блока А. Какова цель приведенного выше вопроса? Определить, знает ли ученик первый древнерусский каменный храм? Или определить, разбирается ли он в этапах русской истории? Да нет, он тренирует именно изворотливость ума. Смышленому ученику не надо знать даже основных этапов родной истории, и уж тем более, ее зодчества, достаточно знания общеизвестной фразы «Киев — мать городов русских». А что, для него было бы лишним знать больше?

(Аплодисменты.)

Понимание того, что этот блок есть не что иное, как профанация экзамена, привело к тому, что в математике и литературе блок А уже отсутствует, а по словам министра образования Дмитрия Ливанова, планируется поэтапное исключение этого блока из ЕГЭ по всем предметам.

Теперь рассмотрим блок B — так называемый «открытый тест». На каждое задание из этого блока необходимо дать ответ, состоящий из одного или нескольких слов или чисел. Такой вид ответа не позволяет экзаменуемому сформулировать свою мысль в гуманитарных предметах или показать ход решения в точных дисциплинах.

На ранних этапах внедрения ЕГЭ известны случаи, когда «излишне» (беру это слово в кавычки) начитанные ученики вписывали вполне верный ответ по русскому языку, являющийся синонимом «задуманного» экзаменаторами. Но по причине отсутствия такого ответа в программе проверки билетов этот ответ засчитывался как ошибочный.

На бессмысленность этого блока указывают многие профессора как гуманитарных, так и точных наук. Все они сходятся на том, что на экзамене необходимо видеть ход мысли абитуриента, определить, понимает ли он суть вопроса, на который отвечает, может ли он мыслить в данной области или нет, есть ли у него потенциал, чтобы стать специалистом, или нет. И если в результате небольших ошибок получается неверный результат, то красивое, логичное и творческое решение может быть зачтено. Наличие же в блоке лишь ответа исключает возможность всё это увидеть и оценить.

Наконец, блок C единственный является реальным экзаменом — то есть заданием, где нужно привести решение задачи, написать развернутый ответ или сочинение.

Еще одним серьезным отрицательным фактором ЕГЭ в его нынешнем виде является полное отсутствие устных экзаменов. Понятно, что это сделано в целях повышения объективности. Но в результате школьники полностью отучаются устно формулировать свои мысли и внятно излагать их.

Преимущества же, декларируемые лоббистами ЕГЭ, не выдерживают критики.

Коррупцию этот экзамен не искоренил. И, более того, она не переместилась из вузов в школы. Она осталась в вузах и появилась в школах. В школьной среде стали возникать различные схемы, например, «ЕГЭ-туризм», когда ученики выпускных классов переводятся в регионы, которые по каким-то, не будем называть, каким именно, причинам имеют показатели ЕГЭ выше среднего по стране.

В институтской среде возникают разнообразные схемы приема так называемых «своих». Например, не снившиеся Гоголю «мертвые души» с высокими баллами, сначала занимают места, вынуждая реальных абитуриентов с высокими, но не достигающими уровня «мертвых душ», баллами забирать документы, считая, что они не проходят в вуз. После чего «мертвые души» также «забирают» документы, и в вуз проходят те, кто был в следующей волне поступающих.

Или коррупционные схемы, при которых «ненужных» студентов выдавливают с бюджетных мест с тем, чтобы на их места перевести «нужных» с платных, на которые абитуриент попал, не набрав баллов для бюджетного места.

Теперь об объективности, за которую так ратуют сторонники ЕГЭ. Эта объективность может быть достигнута двумя путями.

Первый — за счет снижения уровня экзамена. Потому что тесты, как мы уже видели выше, не имеют ничего общего с проверкой реальных знаний, зато их проще проверять машинным способом, то есть, исключая человеческий фактор. Но вряд ли разумно добиваться объективности ценой снижения уровня образования.

Второй же путь — это сдача экзамена в чужих школах и проверка блока С не своими учителями, а независимыми экспертами.

Еще один аргумент в пользу ЕГЭ — сделать, «как у них», то есть в Европе, — заслуживает лишь удивления. Если стремление к чужому разрушает свое традиционное и при этом более высокое по уровню, то надо ли стремиться к этому чужому?

Я же не говорю о том, надо ли стремиться в принципе к чужому — Петр I не чурался этого. Но он брал то, что развивало науку, а не разрушало ее. Как мы видим, ЕГЭ в том состоянии, в котором его внедряют у нас, разрушает образование. Так зачем же этот ущерб себе?!

Что же необходимо сделать, чтобы исправить сложившуюся ситуацию?

Первое и самое главное — разделить выпускные и вступительные экзамены, так как их природа принципиально различна.

Второе — отказаться от любых тестовых методов проведения как выпускного, так и вступительного экзаменов, то есть вернуть обычные экзамены.

Третье — восстановить выпускные экзамены по всем основным предметам.

Четвертое — восстановление обычных экзаменов означает и восстановление устных — иными словами, собеседования с экзаменатором. То, что сейчас вводится в ЕГЭ по иностранному языку как устная часть, таковой не является — это лишь прослушивание записи и наговаривание предложений также для записи с целью проверки произношения.

Выполнив эти действия, мы вернем важной составляющей образовательного процесса, а именно — экзаменам, их реальное предназначение.

(Аплодисменты.)