4
март
2017
Максим Жиленков / Газета «Суть времени» /

Максимизация прибыли как метафизика капитализма

undefined

В статье «О коммунизме и марксизме-67» Сергей Ервандович Кургинян исследует интерпретацию философии Гегеля, сделанную Александром Кожевым. Кожев, определенным образом разбирая мысли немецкого философа, приписывает ему отождествление субъекта и дискурса, а также дискурса и логоса. Подобное приравнивание позволяет Кожеву в итоге заявить, опять же, якобы с отсылкой к Гегелю, что «в конце времен» завершается творческое движение человека.

Подобная трактовка Гегеля имеет глубокий политический смысл. Она позволяет последователю теории Кожева Френсису Фукуяме, автору книги «Конец истории», во-первых, заявить о «конце времен», а во-вторых, дать его политическое обоснование. Фукуяма ссылается на Кожева и заявляет о победе модели либеральной демократии над всеми другими политическими системами, а также о конце социокультурного развития человечества.

Экономическим фундаментом общества, главной философско-политической концепцией которого является «Конец истории» Фукуямы, является неолиберализм. В центре такого неолиберального общества находится человек, стремящийся к максимальному увеличению уровня своего потребления. Таким образом, стремление к потреблению, или, другими словами, максимизация удовлетворения своих потребностей, становится доминирующей концепцией отношения к человеку в экономике и обществе.

В рамках такого подхода к человеку заявляется, во-первых, что человек полностью и окончательно определяется внешними факторами. И как следствие, никакое качественное изменение человека само по себе становится невозможным. Таким образом, получает экономическое обоснование принцип отношения к человеку как к константе. Причем константе, заведомо содержащей отрицательный заряд, для контроля которого человека нужно поместить в четко очерченную рамку закона.

Во-вторых, сам человек низводится до уровня всего лишь сложной машины. Однако в таком случае ничто не мешает рассматривать не только труд человека, но и человека вообще как товар или услугу. Этим, по сути, и занимается сегодняшняя капиталистическая система.

Я помню, как сделал подобный вывод о сути современного неолиберального капитализма, знакомясь с теорией экономики в университете. Изучая управление экономикой по неолиберальной модели, которая строится вокруг принципа максимизации прибыли, я понял, что максимизация прибыли — это не какая-то оптимизации ресурсов, то есть более эффективное управление ими для достижения некоторой благой цели, а самоцель экономики отдельной фирмы, отдельного индивидуума и всей экономики в целом. Этот вывод поразил меня тем, что раз есть главная цель, то, по большому счету, всё остальное является способом или параметром, определяющим успешность достижения цели.

Я, конечно, не являюсь первооткрывателем подобного вывода. Многие неолиберальные экономисты прямо раскрывают подобное воззрение на человека и экономику в своих работах. Одним из них является американский экономист Гэри Беккер. Он получил Нобелевскую премию в 1992 году за применение микроэкономического анализа к различным аспектам поведения человека. По сути, Беккер заявляет, что различные сферы жизнедеятельности человека, включая создание семьи, вступление в брак, воспитание детей и получение образования, сводятся к выгоде (зачастую материальной), которую он может получить, выбрав тот или иной вариант.

Так, например, вопрос о детях рассматривается как инвестиционное решение, а сами дети как «блага длительного пользования». Также в рамках модели Беккера создание семьи и вступление в брак описываются как учреждение своего рода партнерской фирмы, в которой два партнера рассчитывают вместе производить и потреблять большее количество товаров и услуг по сравнению с жизнью поодиночке. Теория Беккера является одним из столпов неолиберализма, многие исследователи впоследствии развили и применили ее к другим областям жизнедеятельности человека.

Таким образом, тезис о том, что в деятельности человека главным является максимизация своего благосостояния и удовлетворенности жизнью, а в деятельности фирмы или всей экономики вообще — максимизация прибыли, стал своего рода метафизическим основанием капитализма, вокруг которого выстраивается вся жизнь современного западного общества.

В таком обществе всё кроме прибыли рассматривается как параметр, который можно свободно регулировать для достижения желаемой максимизации прибыли или благосостояния. Причем речь идет не только о «классических» экономических параметрах, таких как, например, количество рабочих мест, уровень безработицы, объем денежной массы и размер инфляции. Эти параметры, конечно, напрямую связаны с жизнью людей, однако суть современного капиталистического общества заключается в том, что сам человек становится товаром или услугой, а его жизнь — параметром в уравнении. Получается, что можно рассчитать, во сколько единиц потенциального дохода фирме или экономике в целом обходится жизнь одного человека, а затем начать данный параметр оптимизировать.

Мне могут возразить, что от подобных циничных подходов к экономике может спасти государство или общество, которое установит необходимые законы, отражающие человеческие ценности. Однако для этого потребовалось бы, в частности, вносить ценности в экономику. Причем не как параметр (так как это принципиально ничего не изменит), а в качестве цели существования экономики, то есть как замену принципа «максимизации прибыли». То, что это сейчас не происходит и не произойдет само по себе в современном неолиберальном обществе, я думаю, объяснять не нужно.

Более того, реальность продемонстрировала, что какие бы разговоры ни велись о том, как современные страны заботятся о справедливости и социальном характере своих государств, реальность с годами становится только хуже. Так, согласно недавно опубликованным результатам исследования, проведенного международной организации Oxfam, восемь самых богатых людей планеты обладают большим богатством, чем половина человечества. Причем уровень неравенства между богатыми и бедными за несколько лет только вырос. Соответственно максимизация капиталов богатейших людей приводит к тому, что они становятся только еще богаче, а бедные — только беднее.

Таким образом, в современной модели неолиберального мира на экономическом, политическом и философском уровнях обосновывается определенная концепция взгляда на человека. В ее рамках человек полностью определяется внешними обстоятельствами и, несмотря на стремление максимизировать свое благосостояние, в большинстве случаев становится с годами только беднее. При этом сама система рассматривает человека как услугу или товар, который можно не только использовать, но и при необходимости выкинуть за борт для максимизации своей прибыли. Получается замкнутый круг, который ничем хорошим для человечества кончиться не может. А значит, нужно пересматривать все основные концепции подобного мироустройства.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER
Cтатьи газеты «Суть времени» № 217