Жителям Санкт-Петербурга показали «Шрамы блокады»
В День памяти павших во время блокады Ленинграда военно-исторический центр Карельского перешейка провел бесплатную пешеходную экскурсию по памятным местам в центре города, сообщает 9 сентября корреспондент ИА Красная Весна.
Экскурсия началась в 20:00 у памятного знака «Здесь в годы блокады ленинградцы брали воду». Открывая мероприятие, историк Баир Иринчеев отметил уникальность блокады Ленинграда в мировой истории в плане продолжительности, размеров и численности населения блокадного города, а также победы осажденных над завоевателями.
Название экскурсии — «Шрамы блокады» — было выбрано не случайно. И по сей день в Санкт-Петербурге остается много следов того времени. На Аничковом мосту, храме Спаса на Крови и Исаакиевском соборе повреждения, полученные при артиллерийских обстрелах города, не ремонтировались в целях сохранения памяти о блокаде. Также «шрамы» от обстрелов хранят на себе и гранитные набережные, и некоторые здания.
Примером может служить Шуваловский дворец, расположенный на набережной реки Фонтанки: «Во двор этого дворца попала бомба, что вызвало разрушение всех внутренних инженерных сетей и вызвало появление трещин на капитальных стенах…что вызвало серьезные проблемы при реставрации дворца к 2003 году».
Второй точкой маршрута было здание блокадной подстанции по адресу: набережная Фонтанки, д. 3а. Здание подстанции относится к довоенным постройкам. В годы войны здесь работала одна из трех теплоэлектростанций, дававших городу примерно 10% от довоенной мощности, крайне необходимой в особенности в первую блокадную зиму, когда других источников энергии не было.
Топливо для подстанций добывалось в тяжелых условиях, вручную, из болот в районе нынешних населенных пунктов Рахья и Всеволожск.
Силовой кабель в Ленинград в сложнейших условиях смогли проложить по дну Ладожского озера лишь весной 1942 года.
Также весной 1942 года был возрожден ленинградский трамвай. В снабжении контактных сетей электричеством участвовала и подстанция на Фонтанке.
Несмотря на историческую ценность, судьба здания, находящегося в самом центре города, на данный момент неясна. Она колеблется от музея до площадки под снос для строительства элитного жилья.
Пройдя мимо Марсова поля, где в годы блокады располагалась зенитная батарея, экскурсия остановилась у дома Адамини, набережная реки Мойки 1/8. В годы блокады вся центральная часть этого дома в области портика была разрушена попаданием бомбы. Здание было восстановлено после войны и покрашено несколько лет назад. «Шрам» этого здания — в трещине, проходящей по границе между восстановленной и неразрушенной частями здания.
Видны «шрамы» войны и на храме Спаса на Крови со стороны корпуса Бенуа Русского музея.
Своеобразный «шрам» представляют собой дома 5 и 5б на Мошковом переулке: это части одного дома, центральная часть которого была уничтожена в результате попадания авиабомбы. После войны ее решили не восстанавливать, а разбить на этом месте сквер.
Местом еще одной трагедии являются современный дом №12/14 на Дворцовой набережной. В сентябре 1941 года немецкому бомбардировщику ночью удалось незамеченным, что бывало крайне редко, прорваться к центру города и сбросить бомбу на два дома XVIII века. Так как сигнала о воздушном нападении не было, жильцы дома не спускались в бомбоубежище. Погибли все, за исключением маленькой девочки, извлеченной из-под завалов.
Также в ходе экскурсии группа побывала у Нового Эрмитажа на Дворцовой площади.
Завершение экскурсии состоялось у дома №14 по Невскому проспекту, на котором сохранился памятный знак: «Граждане! При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна».
Завершая экскурсию, Баир Иринчеев подчеркнул значение битвы за Ленинград: «Если бы Ленинград не устоял, то существует огромное количество немецких документов, где написано, что всему населению города была уготована смерть. Это первый момент. Второй момент… Против Ленинграда стояла немецкая группировка, которая насчитывала до четверти всей немецкой армии на Восточном фронте. Если бы Ленинград осенью 1941 года не устоял, то… вся эта немецкая группировка, высвобождаясь, должна была пойти на Москву. Но из-за того, что Ленинград устоял, на Москву уехала очень небольшая часть… то есть уехали именно бронетанковые немецкие дивизии, от которых осталось очень мало после того, как они штурмовали Ленинград (менее 50 %)… Если бы это осуществилось... можно было бы долго фантазировать и спекулировать, где бы немцев остановили… Поэтому то, что Ленинград не сдали, возможно, сыграло… крайне важную роль в том, что отстояли Москву, в том, что первое крупное поражение [нацистов — прим. ИА Красная Весна] именно под Москвой... Все архивные документы, которые имеются в нашем распоряжении, указывают на то, что, действительно, никакого другого варианта как «Выстоять!» у Ленинграда просто не было… Значение подвига Ленинграда нельзя недооценивать и, я считаю, нельзя это забывать».
