logo
Статья
«Важно то, что он понял, что за этим дело стоит, и что гетероструктуры — это совершенно новая и прогрессивная, перспективная вещь, это пойдет. Понял, когда другие совершенно не обращали на это внимание. Это редко такое бывает».

Физик о Жоресе Алфёрове: это был настоящий мотор — двигал, пробивался!

Жорес АлферовЖорес Алферов
Кайсин Сергей © ИА Красная весна

Научные и человеческие качества Жореса Алфёрова позволили ему не просто оставить след в науке, но и создать целую школу, заявил 3 марта в интервью ИА Красная Весна доктор физико-математических наук, главный научный сотрудник Физического института РАН, профессор Александр Богатов.

Александр Богатов работал в группе, получившей в 1984 году Государственную премию СССР за разработку изопериодических гетероструктур. Разработка велась под началом Жореса Алфёрова.

ИА Красная Весна: Александр Петрович, мы к вам обращаемся не как к биографу, но как к человеку, который работает в этой области.

Богатов: Я не был в близком кругу Жореса Ивановича. Конечно, Алфёров был в России самый, наверное, главный человек по части продвижения гетероструктур ― от исследования до практического применения. Очень многое он сделал как в организационном плане, так и сам на начальном этапе, участвуя в многочисленных работах. Именно благодаря ему образовался в Питере тот самый кластер. Можно сказать, они одни в мировых лидерах были по части гетероструктур, разработок и так далее.

Потом Алфёров очень много в этом направлении сделал, когда стал директором Физтеха (ФТИ им. Иоффе. — прим. ИА Красная Весна). Когда ушел из директоров, создал университет, свой центр, создал уникальное образование — и учебные процессы, и исследовательские. Эта технология, действительно, стала детищем, в которое он вложил очень много сил, энергии. В этом смысле, действительно, ему нет равных в этой области.

После него осталось очень много людей, которые на этом поле успешно работают. Я считаю, что Алфёров для нашей отечественной науки ― очень значимая выдающаяся личность, создавшая школу в области исследований гетероструктур.

ИА Красная Весна: А с профессиональной точки зрения, можно представить себе, что было бы с инжекционными лазерами без него?

Богатов: Трудно сказать, но ясно, что он очень многое сделал. Можно привести пример. Некоторые, в том числе именитые, ученые скептически относились к этой тематике, помнится, говорили: «Ну, лазер сделали на p-n переходе — ну и ладно, как-нибудь дотянут до хороших характеристик и будут применять». А у него [Алфёрова] был другой подход. Он всё время чего-то искал и пробивался, притом действовал в обстановке, когда он был молодой и не знаменитый. Ему приходилось сталкиваться с полным равнодушием. И на фоне этого равнодушия — это был такой мотор, который двигал, который добился сотрудничества с Иллинойским университетом. У [Ника] Холоньяка был, потом что-то перенимал, привозил в Физтех…

Значительная часть полупроводниковой деятельности по части гетероструктур, ну и современных полупроводников, в Физтехе и вообще в России, благодаря ему, конечно, поддерживалась на приличном уровне. Так что он внес очень большой вклад, и в этом смысле его заслуга очень высокая.

Важно то, что он понял, что за этим дело стоит, и что гетероструктуры — это совершенно новая и прогрессивная, перспективная вещь, это пойдет. Понял, когда другие совершенно не обращали на это внимание. Это редко такое бывает.

ИА Красная Весна: Можете что-то сказать об Алфёрове как о человеке?

Богатов: Сама личность Алфёрова — у некоторых, там, всяких, он неоднозначно интерпретировался — он убежденный коммунист. Он вырос в семье настоящих идейно убежденных коммунистов и был настоящим идейным коммунистом. И, естественно, как убежденный идейный коммунист, в последнее время он сталкивался с такими проблемами, что его не всегда понимали. Ну, может быть, и он не всегда понимал других, но тем не менее, нужно отдать ему должное, он искренний человек был в этом смысле…

ИА Красная Весна: Человек, верный своей идее?

Богатов: Да, да, да, и он даже сравнивал — и я был с ним полностью согласен — некий кризис в свое время, после революции, церкви, и в 90-х годах кризис Компартии, когда они развалились. И те, и другие идеологические структуры, потому что верхушка совершенно уже оторвалась от масс, делала свои дела, ни в коей мере не заботясь о реалиях. Вот он был настоящим идейным коммунистом, в отличие от хрущёвско-брежневской партократии.

Человек он был вполне нормальный, добродушный, контактный, и то, что я видел, — это был такой довольно демократичный человек, в общем-то, в отличие от многих больших ученых, которые так смотрят… через головы. Он особенно ценил сотрудников, как-то внимательно относился, пытался вникнуть. Когда уже стал академиком, и то он организовывал семинары белорусские, где пытался научное сообщество вокруг себя объединить.

Напомним, Жорес Иванович Алфёров — физик, лауреат Нобелевской премии по физике «За развитие полупроводниковых гетероструктур для высокоскоростной и оптоэлектроники» (2000), академик Российской академии наук. С 1991 по 2017 год был вице-президентом РАН. С 2009 года был ректором Санкт-Петербургского Академического университета.