Историк: ГУЛАГ и Освенцим уравнивать нельзя

Освенцим
Освенцим
Освенцим

Концентрационные лагеря в Германии и систему ГУЛАГ нельзя уравнивать, заявил кандидат исторических наук, общественный деятель Борис Якеменко 12 февраля в программе «Полный контакт» с Владимиром Соловьевым и Анной Шафран на радиостанции «Вести FM».

«Можно ли проводить сравнение по тому, что происходило в ГУЛАГах и тому, что происходило в концлагерях?» — задал вопрос Владимир Соловьев.

«Конечно нет, потому что есть любимый вот этот аргумент, и на западе целая линия литературы существует — „ГУЛАГ и Освенцим, как это все было, это одно и то же, вот были одни и те же категории людей“. Конечно, нет. Потому что систему концентрационных лагерей или как Руссе ее называл „концентрационный мир“ нельзя в принципе сравнивать с тем, что происходило (в ГУЛАГе — прим. ИА Красная Весна)», — ответил историк.

Борис Якеменко отметил, что ситуация лишения свободы, вышки, охранники были и в советских лагерях, и в германских, но «в ГУЛАГе не было ни одной категории заключенных, для которых смерть была бы гарантирована, как для цыган или евреев».

Также общественный деятель подчеркнул, что среди нацистских концлагерей было четыре лагеря смерти, предназначенных исключительно для уничтожения людей.

Кроме этого, по мнению историка, у человека, попадавшего в советский исправительный лагерь, была конкретная вина, и он был приговорен к конкретному сроку, у лагерной администрации не было задачи обязательно его уничтожить, а нацистские лагеря были нацелены именно на уничтожение, узник попадал туда без возможности выйти.

«Система лагерей ГУЛАГа позволяла людям совершенствоваться, Лихачев об этом писал: „Я не понимаю наших тюремщиков, которые нас за то, что мы вели какие-то философские разговоры, изъяли из одного места, потом переместили в лагерь и там соединили опять, причем в совершенно новый состав, и мы начали проходить гигантскую школу взаимообучения“», — упоминает Борис Якеменко слова академика.

При этом собеседники подчеркнули, что не оправдывают лагеря, а лишь констатируют разницу между советской исправительной системой и нацистскими лагерями.

Борис Якеменко также заметил, что готовность советских людей 20–30-х годов на жертвенность помогла им пережить трудности лагерной жизни: «Очень многие не деградировали, они действительно могли творить и делать что-то. Они воспринимали лагерь как тяжелое испытание, которое нужно использовать для внутреннего самоукрепления. В нацистских лагерях практически никому это не удавалось».

Напомним, Борис Григорьевич Якеменко является доцентом кафедры истории России Российского университета дружбы народов, в 2012 году входил в Общественную палату Российской Федерации. Основным направлением его научной деятельности является исследование общественной мысли.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER