logo
Новость
/ Пермь

В Пермском крае начались съемки сериала про раскулаченных 1930-х годов

Плакат «Долой кулака из колхоза!». Фрагмент. 1920 Плакат «Долой кулака из колхоза!». Фрагмент. 1920

Съемки сериала по роману Гузели Яхиной «Зулейха открывает глаза» начались в Пермском крае в этнографическом музее «Хохловка», 20 января сообщает корреспондент ИА Красная Весна.

Сериал по роману «Зулейха открывает глаза» с одноименным названием снимается телекомпанией «Русское» для показа на телеканале Россия 1. В главной роли задействована актриса театра и кино Чулпан Хаматова. Съемочную площадку с актрисой делят Юлия Пересильд, Сергей Маковецкий, Роман Мадянов и другие. Режиссером телесериала выступает Егор Анашкин.

Действия литературной основы для фильма — романа Гузели Яхиной — и самого сериала начинаются в 1930-е годы в одной из татарских деревень. По сюжету главную героиню, крестьянку Зулейху, раскулачивают и ссылают в Сибирь. Яхина описывает трудную жизнь ссыльных на берегу Ангары в период с 1930 по 1946 год.

Вышедший в 2015 году роман Яхиной получил ряд наград, в том числе литературные премии «Большая книга» и «Ясная поляна» в номинации «XXI век». Среди литературных критиков мнения по поводу дебютного романа Гузели Яхиной разделились: некоторые критики хвалили и сравнивал его с романом Захара Прилепина «Обитель», другие — критиковали за «предательство татарского народа».

Так, писательница, известная своими русофобскими высказываниями, Людмила Улицкая, охарактеризовала роман следующим образом: «Мощное произведение, прославляющее любовь и нежность в аду».

Подчеркнуто антисоветский идеологический характер будущего сериала отражается в аннотации к фильму: «Зулейхе вместе с людьми самых разных национальностей, конфессий и судеб приходится бороться за выживание против суровой природы и нового правительства. На этом пути героиню ждут невероятные открытия о себе, своей вере, своей прошлой почти „рабской“ жизни и любви — к ярому революционеру и убийце мужа…».

Напомним, что так называемые «кулаки» — термин, который использовался советской властью по отношению к зажиточным крестьянам, людям, занятым на селе запрещенным законом ростовщичеством (ст. 173 УК РСФСР), эксплуатацией и, по оценке некоторых исследователей, например Елены Прудниковой — спекуляцией (ст. 107 УК РСФСР). Обычно крестьяне называли «кулаков» мироедами. В отношение «кулаков» применялись меры разного рода воздействия с целью пресечения незаконной деятельности. Раскулаченные делились на три категории: в первую входили осужденные по статьям Уголовного кодекса РСФСР, во вторую те, кого под конвоем направляли на жительство на спецпоселения, к третьей относились не попавшие под статьи не высланные на спецпоселения. Вопреки расхожей в либеральном политическом и идеологическом лагере антисоветской точке зрения, согласно которой ссыльных кулаков отправляли в «холодные края» на «голодную смерть», данные статистики говорят об обратном. Так, согласно данным статьи Анатолия Вишневского «Демография сталинской эпохи», смертность в 1930 году в СССР составляла 27 на тысячу человек населения, в 1935 — 21. Официальные данные ЦСУ СССР говорят об еще меньшем проценте смертности в эти годы. По данным историка Виктора Земскова смертность раскулаченных к 1935 году была сопоставима со смертностью по стране и составляла 22,7 — из 973 693 живых на 1 января 1935 года спецпоселенцев умерло 22 173. При этом власти всеми силами старались сократить смертность среди спецпоселенцев.

Так, Земсков приводит рапорт М. Д. Бермана на имя Г. Г. Ягоды (май 1933 года):

«Несмотря на Ваши неоднократные указания ПП ОГПУ СКК о порядке комплектования и организации эшелонов, направляемых в лагеря и трудпоселки ОГПУ, состояние вновь прибывающих эшелонов совершенно неблагополучное. Во всех прибывающих из Северного Кавказа эшелонах отмечена исключительно высокая смертность и заболеваемость, преимущественно сыпным тифом и острожелудочными заболеваниями.

По сообщению Нач. Сиблага ОГПУ, из состава прибывших из Сев. Кавказа в Новосибирск эшелонов трудпоселенцев № 24, 25, 26, 27, 28 и 29 общей численностью в 10 185 человек умер в пути 341 человек, т. е. 3,3%, в том числе значительное количество от истощения. Такая высокая смертность объясняется:

1) преступно-халатным отношением к отбору контингентов, выселяемых в трудпоселки, результатом чего явилось включение в этапы больных, стариков, явно не могущих по состоянию здоровья выдержать длительную перевозку;

2) невыполнением указаний директивных органов о выделении выселяемым в трудпоселки 2-месячного запаса продовольствия; в указанных эшелонах трудпоселенцы никаких собственных запасов продовольствия не имели и во время пути снабжались только хлебом скверного качества в количестве от 200 до 400 грамм;

3) горячей пищей эшелоны снабжены не были, кипятком снабжались совершенно неудовлетворительно, с большими перебоями, потребление сырой воды вызвало массовые заболевания…»

В рапорте зам. начальника ГУЛАГа И. И. Плинера от 26 июля 1933 года на имя Г. Г. Ягоды отмечалось: «Вопреки Вашим категорическим указаниям о ненаправлении в трудпоселки семей, не имеющих в своем составе трудоспособных, по сообщению начальника СИБЛАГа, в эшелонах с высланными кулаками, прибывших в Томск с Северного Кавказа, имеется 930 человек совершенно нетрудоспособных…».

Комментарий редакции

Стоит отметить, что в условиях антироссийских санкций, нарастающего противостояния в холодной войне с западом, творческая интеллигенция не оставляет попыток, вопреки научно доказанным фактам, переписать историю России и расколоть общество по ключевым вопросам исторической памяти. По данным многочисленных социологических опросов, процент сторонников советских ценностей и советского наследия в российском народе крайне высок (гораздо больше 60%) и с учетом все новых антисоциальных законов — таких, например, как пенсионная реформа, — продолжает расти. Развивая волну 1990-х годов в культуре и, в частности, в кинематографе, с явной идеологической антисоветской установкой, представители культурной элиты еще больше раскалывают общество в вопросе отношения к своей истории. В таких условиях адекватный ответ на антироссийские выпады запада невозможен, так как для него необходимо сплоченное и единое в оценке своей страны и своего прошлого общество. А без адекватного ответа на вызовы, стоящие перед страной, будет невозможна не только дискуссия по поводу советского прошлого, но и существование самой страны.