9
апр
2021
  1. Классическая война
Сергей Кузьмичев / Газета «Суть времени» №424 /
Почти на три последующих месяца противодействие вклинению 2-й ударной армии стало самой актуальной проблемой группы армий «Север» и непосредственная угроза Ленинграду была надолго ликвидирована

Почему нацисты не пошли на штурм Ленинграда

Отражение авианалёта на Ленинград возле Исаакиевского собора. 1941
Отражение авианалёта на Ленинград возле Исаакиевского собора. 1941
Отражение авианалёта на Ленинград возле Исаакиевского собора. 1941

Зажатый в тиски блокады Ленинград вовсе не являлся неприступной крепостью. Советская группировка, оборонявшая город, имела крайне ограниченные возможности как в том, что касается пополнения людьми, так и в сфере снабжения боеприпасами и вооружением. Не от хорошей жизни ленинградские заводы выпускали полукустарные противотанковые пушки, стрелковое оружие и даже ремонтировали подбитые немецкие танки, вытащенные с передовой. О гигантских проблемах продовольственного снабжения, которое должно было обеспечить еще и нужды миллионного города, можно даже подробно не рассказывать.

Казалось бы, в таких обстоятельствах группа армий «Север» располагала всеми возможностями для взятия Ленинграда. Накопив достаточно сил и ресурсов, пойдя на штурм с нескольких направлений, немцы рано или поздно взломали бы оборону города. По большому счету вопрос был только в том, сколько времени потребует эта операция и каких людских потерь она будет стоить.

Тем не менее группа армий «Север» так и не осуществила ни одной попытки штурма блокадного Ленинграда. Почему?

Ответ прост, хотя и не очевиден. Все ресурсы группы армий «Север» были постоянно скованы наступательными и оборонительными боями с войсками Волховского фронта, практически непрерывно пытавшегося деблокировать Ленинград.

В этой статье мы рассмотрим только одну такую попытку, известную как Любаньская операция (4 января — 30 апреля 1942 года) и широко освещенную в СМИ как «гибель 2-й ударной армии Власова».

Советское командование отлично понимало, что единственным средством воздействия на обстановку в районе Ленинграда являются войска на внешнем кольце окружения, действиями которых можно было если и не прорвать блокаду, то оттянуть основные силы группы армий «Север» от Ленинграда. Поэтому выбора стратегии для Волховского фронта практически не было — в любых условиях нужно было только наступать.

Соседний ленинградский фронт мог оказать этим наступательным операциям лишь крайне ограниченную поддержку из-за скудного обеспечения боеприпасами.

Любаньская операция была задумана в форме глубокого прорыва с последующим окружением части войск противника. Ленинградский фронт должен был содействовать этому наступлению достаточно коротким встречным ударом на поселок Тосно, находящийся всего в 20 км от линии фронта.

В идеале планировалось «окружить и истребить противника, выдвинувшегося к Ладожскому озеру и блокирующего Ленинград с востока и юго-востока». В результате фронт в районе Ленинграда должен был сдвинуться на запад от озера Ильмень до Ладожского озера или даже до Финского залива. Первоначальный план Любаньской операции был составлен маршалом Б. М. Шапошниковым.

План операции был действительно глобальным и являлся отражением наступательной стратегии советского командования, принятой после победных операций под Москвой, Ростовом-на-Дону, а также Тихвином. Эта стратегия была сформулирована в решении Ставки от 5 января 1942 года: «…гнать немецкие войска на запад без остановки, заставить их израсходовать резервы ещё до весны, когда у нас будут новые большие резервы, а у немцев их не будет, и обеспечить таким образом полный разгром гитлеровских войск в 1942 году».

Несомненно, что такая стратегия явно недооценивала силы вермахта и переоценивала тогдашние возможности Красной Армии, а также ориентировала на наступательные действия чуть ли не по всему советско-германскому фронту, что приводило к распылению сил РККА на множество направлений.

В рамках этой стратегии для осуществления наступления Волховский фронт был усилен свежесформированной 26-й армией, вскоре получившей наименование «2-я ударная». Она почти полностью состояла из слабовооруженных стрелковых бригад, созданных осенью 1941 года и не имевших боевого опыта.

Сосредоточение армии шло медленно, пешим маршем по глубокому снегу. Автотранспорт быстро остался без горючего и почти всё оружие и боеприпасы пришлось нести на себе.

Кроме 2-й ударной, Волховский фронт получил 59-ю армию, также сформированную в конце 1941 года.

Две эти армии должны были наступать на большую глубину и перерезать железнодорожные коммуникации, питавшие немецкую группировку с юга.

Справедливости ради надо отметить, что такие смелые планы составлялись не наобум — они основывались на истощенном состоянии немецких войск по всему советско-германскому фронту. Но тогда еще не было известно, что Германия тоже приступила к созданию новых дивизий и уже перебрасывает их на восток.

В частности, группа армий «Север» получила две таких дивизии. Здесь необходимо напомнить, что по своему вооружению и численности немецкая пехотная дивизия соответствовала двум советским, так что можно уверенно утверждать, что противник Волховского фронта получил не менее значительное усиление.

Днем начала Любаньской операции можно считать 4 января 1942 г. 54-я армия Ленинградского фронта силами пяти стрелковых дивизий и трех бригад атаковала в общем направлении на Тосно.

Несколько дней войска армии пытались прорвать немецкую оборону. Камнем преткновения сразу стала станция Погостье, где система обороны немецких войск опиралась на железнодорожную насыпь, превращенную морозами и инженерными работами в аналог крепостной стены, насыщенной пулеметными гнездами. Войска 54-й армии за два дня продвинулись всего на 4–5 км, а затем были отброшены подошедшей из резерва 12-й танковой дивизией.

Командующий армией И. И. Федюнинский впоследствии оценивал это наступление как самый тяжелый эпизод в своей богатой боевой биографии: «Труднее всего мне было под Погостьем зимой тысяча девятьсот сорок второго года. Четыре месяца изнурительных, кровопролитных, а главное, малоуспешных боев в лесистом и болотистом крае между Мгой и Тихвином навсегда оставили у меня тяжелые воспоминания».

Участники этих боев сравнивали их с позиционными мясорубками Первой мировой, вдобавок помноженными на суровые условия морозной зимы.

К тому же, как оказалось, предвоенные советские нормы артиллерийской поддержки наступления не выдержали проверки практикой в зимней кампании 1942 года.

7 января начал наступать Волховский фронт. Из-за проблем с автотранспортом войска пошли в бой не только без танков и артиллерийской поддержки, но местами даже без батальонных минометов.

Форсировав по льду на отдельных участках реку Волхов, войска понесли большие потери в боях за прибрежные населенные пункты и не смогли развить первоначальный успех.

Западный берег Волхова стал местом ожесточенных боев — немцы непрерывно контратаковали, пытаясь восстановить прежнюю линию обороны.

Ситуация была настолько критической, что 10 января состоялся разговор между К. А. Мерецковым и И. В. Сталиным. Сталин попенял Мерецкову на то, что он не отложил наступление до сосредоточения артиллерии 2-й ударной армии. Стенограмма зафиксировала фразу Верховного Главнокомандующего: «Поспешишь — людей насмешишь».

Сталин предложил приостановить наступление до завершения подготовки и сосредоточения артиллерии. Последовали и кадровые перестановки — Г. Г. Соколов был снят с командования 2-й ударной армией.

13 января после полуторачасовой артиллерийской подготовки наступление возобновилось. 2-й ударной армии удалось полностью форсировать Волхов и прочно закрепиться на ее западном берегу.

С учетом упорного сопротивления противника были сокращены и ближайшие планы наступления — основной задачей стал не прорыв в глубину к Луге, а лишь уничтожение «чудовской группировки противника».

К 20 января войска 2-й ударной и 59-й армий прорвали немецкую оборону южнее города Спасская Полисть и продвинулись на 30 км.

К этому времени и войска 54-й армии Ленинградского фронта захватили злосчастную станцию Погостье и преодолели железнодорожную насыпь, на которую опиралась система обороны немцев.

Командованию группы армий «Север» ничего не оставалось делать, кроме как навстречу войскам Волховского фронта начать перебрасывать войска из-под Ленинграда — с периметра обороны ораниенбаумского плацдарма была снята 212-я пехотная дивизия, а из района Урицка перебрасывались 58-я пехотная дивизия и дивизия СС «Полицай». Кроме того, запечатывать советский прорыв отправили 291-ю пехотную дивизию, а также прибывшую с Запада 225-ю пехотную дивизию.

Так советский внешний фронт начал оттягивать немецкие войска от Ленинграда.

Место прорыва стало магнитом, притягивающим войска с обеих сторон. Во 2-ю ударную армию, которой теперь командовал Н. К. Клыков, передавались новые дивизии из армий, занимавших пассивные участки фронта.

В прорыв Мерецков решил ввести свое единственное подвижное соединение — 13-й кавалерийский корпус Н. И. Гусева, которому предписывалось 25 января войти в прорыв и к 27 января перехватить железную и шоссейную дороги Чудово — Тосно и взять Любань.

К 31 января советские войска продвинулись на 75 км, охватывая с юга и юго-запада любаньско-киришинскую группировку немцев. Тем не менее последним удавалось удерживать опорные пункты в основании прорыва.

Расширявшийся прорыв достиг общей протяженности фронта в 200 км и всасывал резервы, как пылесос. Войска приходилось «размазывать» по стенкам прорыва, сильную ударную группу создать не удавалось. Наступление остановилось в 12 км от Любани.

В течение февраля основные усилия Волховского фронта были нацелены на расширение фронта прорыва. В топку сражения обе стороны бросали всё новые резервы. В первых числах марта войска выдохлись окончательно, и Любаньская операция затухла, постепенно сведясь к позиционным боям местного значения.

Дороги Волховского фронта. 1942
Дороги Волховского фронта. 1942
1942фронта.ВолховскогоДороги

Ставка ВГК была недовольна результатами наступления. В ходе кадровых перестановок на Волховский фронт направили «энергичного и хорошо себя зарекомендовавшего в битве за Москву» генерал-лейтенанта А. А. Власова.

8 марта 1942 г. будущий самый позорный персонаж в истории Красной Армии был направлен на северо-западное направление заместителем командующего войсками Волховского фронта.

В это же время Гитлер потребовал от командующего группой армий «Север» фон Кюхлера провести операцию по окружению любаньской группировки советских войск. Операция получила кодовое наименование «Дикий зверь» (Raubtier).

Немецкое наступление началось 15 марта. Пять дивизий, собранные в две ударные группы, к 20 марта перерезали 12-километровую горловину коридора, связывавшего 2-ю ударную армию с основными силами Волховского фронта.

27 марта последовал советский контрудар — и 30 марта командующий Волховским фронтом доложил Верховному Главнокомандующему, что «коммуникации 2-й ударной армии освобождены от противника». И хотя на самом деле этот коридор не превышал двух километров и простреливался артиллерией насквозь, командир XXXVIII армейского корпуса группы армий «Север» был снят со своей должности.

Теперь линия фронта в районе этих операций представляла почти зеркальное отражение — советская 2-я ударная армия с узким коридором в своем тылу нависала над чуть более широким 20-километровым коридором в тылу любаньско-киришинской группировки немцев.

Исходя из этого, 30 марта К. А. Мерецков приказывает командующему 2-й ударной Н. К. Клыкову продолжать наступление и соединиться с 54-й армией Ленинградского фронта.

Если бы советские войска замкнули кольцо окружения вокруг I армейского корпуса немцев в районе Чудова, то последним было бы уже не до перерезания коридоров в тылах 2-й ударной армии. Если бы…

Представьте себе заболоченный лес, который в марте и апреле дополнительно заливается талыми водами. Никакие окопы и укрытия вырыть невозможно. Залечь под обстрелом невозможно — вода выше колена. Раненые бойцы, не способные стоять на ногах, просто захлебываются и исчезают под грязными болотно-талыми водами.

Человеческие силы небеспредельны. Войска 2-й ударной начали наступать 4 апреля, но к 8 апреля были остановлены на рубеже реки Тигода. Только тогда было решено заняться расширением горловины коридора снабжения измотанных боями войск 2-й ударной. В тяжелых боях коридор был расширен до шести километров, через него даже проложили узкоколейную железную дорогу.

Советское наступление на любаньском направлении остановилось.

Всё, что произошло в дальнейшем, уже выходит за рамки наступательной Любаньской операции и в истории Великой Отечественной войны описывается как оборона 2-й ударной армии в условиях окружения.

Почти на три последующих месяца противодействие вклинению 2-й ударной армии стало самой актуальной проблемой группы армий «Север» и непосредственная угроза Ленинграду была надолго ликвидирована. А ведь еще 5 апреля 1942 года Гитлером была подписана директива ОКВ № 41, в которой было указана необходимость взять Ленинград и установить сухопутную связь с финскими союзниками.

Теперь любые действия против Ленинграда были невозможны без ликвидации любаньского вклинения 2-й ударной армии.

Её командующий, генерал Н. К. Клыков, был освобожден от должности из-за серьезной болезни. 20 апреля его место занял генерал-лейтенант А. А. Власов, одновременно оставшийся заместителем командующего Волховского фронта.

Угроза ответного немецкого удара, нависавшая над 2-й ударной, была настолько очевидна, а положение советских войск настолько неустойчиво, что 11 мая командующий Ленинградским фронтом направил Верховному доклад, в котором предлагал вообще отказаться от рубежей, достигнутых 2-й ударной армией, и отвести ее назад, если не предполагается быстро создать сильную группировку, необходимую для разгрома любаньской группы немцев.

12 мая были отданы предварительные распоряжения по отводу 2-й ударной армии, а 14 мая директивой Ставки ВГК № 170379 предписывалось полностью эвакуировать 2-ю ударную армию, оставив под контролем из захваченной ею территории только плацдарм на реке Волхов.

Однако выполнить эту директиву уже было затруднительно: лесные дороги в тылу армии построены еще не были, а «зимники» уже растаяли. Тем не менее начался вывод из 2-й ударной 13-го кавалерийского корпуса и трех стрелковых дивизий.

Начало отвода советских войск было замечено немецкой разведкой, и 18-й армии генерал-полковника Линдемана была поставлена задача не выпустить советские войска из почти готового «мешка». 22 мая последовал немецкий удар с двух сторон горловины. С севера наступали 121-я и 61-я пехотные дивизии и части 20-й моторизованной дивизии, с юга — 126-я и 58-я пехотные дивизии и 2-я пехотная бригада СС.

«Бутылочное горло» обороняли 65-я и 372-я стрелковые дивизии, насчитывавшие 3708 и 2796 человек соответственно, а также разрозненные отряды, собранные с ближайших тылов. Шедшая на помощь 376-я стрелковая дивизия опоздала. Это стало катастрофическим просчетом советского командования.

В ночь на 31 мая северная и южная немецкие ударные группы соединились.

В окружение попали семь стрелковых дивизий и шесть стрелковых бригад 2-й ударной, 52-й и 59-й армий. Все эти соединения были объединены под управлением штаба 2-й ударной армии. В окружение попали более 40 тыс. бойцов и командиров.

Попытки восстановить коридор были предприняты почти сразу же, но удары 31 мая и 3 июня окончились неудачей.

5 июня вновь было предпринято совместное наступление 59-й и 2-й ударной армий навстречу друг другу. Перегруппировка войск и атаки были сорваны массированными ударами немецкой авиации.

За грубые ошибки в вопросах вывода 2-й ударной армии после неудачной попытки восстановить положение командующий Ленинградского фронта М. С. Хозин был снят с должности с очень жесткой формулировкой:

«За невыполнение приказа Ставки о своевременном и быстром отводе войск 2-й ударной армии, за бумажно-бюрократические методы управления войсками, за отрыв от войск, в результате чего противник перерезал коммуникации 2-й ударной армии, и последняя была поставлена в исключительно тяжелое положение».

Следующая попытка была предпринята 10 июня под общим руководством нового командующего Волховским фронтом К. А. Мерецкова. Непрерывные бои продолжались. 19 июня 11 танков Т-34 29-й танковой бригады вышли на восточный берег р. Полисть и соединились с частями 46-й стрелковой дивизии 2-й ударной армии. Вокруг этого ядра собралась прорывающаяся группа из подразделений 46-й стрелковой дивизии и пяти стрелковых бригад 2-й ударной армии.

К 22 июня к окруженным был пробит коридор шириной 400 метров, однако на рассвете 23 июня после массированного налета авиации немецкие войска вновь закрыли «котел» 2-й ударной армии.

Всё это время «западная группа» 2-й ударной армии оборонялась против наступавших с запада войск немецкой 18-й армии.

В ночь с 23 на 24 июня штабом 2-й ударной армии был отдан последний приказ: уничтожить всю оставшуюся без горючего технику и прорываться через реку Полисть на Мясной Бор. На артиллерийскую подготовку снарядов уже не было.

Прорыв бойцов 2-й ударной продолжался всю ночь с 24 июня по 25 июня под перекрестным пулеметным огнем и непрерывным артиллерийским обстрелом.

Место прорыва, проходившего между двумя гатями и узкоколейкой, получило впоследствии красноречивое прозвище «долина смерти». В 9:30 утра 25 июня пробитый прорывающимися коридор был заблокирован немцами окончательно. 25–26 июня «котел» распался на отдельные группы окруженцев, оборонявшихся до последнего патрона или пытавшихся просачиваться на соединение со своими.

Из состава штаба 2-й ударной армии в ходе прорыва вышел начальник разведотдела А. С. Рогов, заместитель командующего армией П. Ф. Алферьев сумел уйти к партизанам.

Командующий 2-й ударной армией генерал-лейтенант А. А. Власов сдался в плен 11 июля в деревне Туховежи Ленинградской области.

Всё, что было сделано Власовым позднее, закономерно привело его через «иудину дорожку» к позорной казни через повешение.

Но бойцы и командиры 2-й ударной, на которых незаслуженно легла тень Власова, исполнили свой воинский долг полностью. К 29 июня из окружения к своим прорвались 9,6 тыс. человек, в том числе 5,5 тыс. раненых и больных.

Общие потери Волховского фронта с 13 мая по 10 июля 1942 года составили 54 774 человека погибшими и пропавшими без вести и 39 977 ранеными и заболевшими.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER