logo
  1. Классическая война
Аналитика,
К 75-летию великой битвы на Волге

Сталинград

Командиры Красной армии и флота ведут наблюдение под Сталинградом. 1942
Командиры Красной армии и флота ведут наблюдение под Сталинградом. 1942

Сталинград... Сейчас этого названия на географической карте России нет. Но в истории нашего народа Сталинград был, есть и будет. Из географической точки он давно превратился в один из базовых символов русской истории, намертво связанный с понятиями несгибаемой стойкости, мужества и воли к победе. Символ трудной победы, просиявшей сквозь горечь утрат.

Для противостоявшей нам фашистской Германии Сталинград — тоже символ. Символ жестокого, труднообъяснимого и бесповоротного поражения, до сих пор носящего для немцев какие-то мистические черты.

Это было гигантское сражение. Масштабы его были таковы, что если бы летом 1942 года уже существовали спутники, то оно было бы заметно даже с околоземной орбиты. Между тем практически одновременно со Сталинградской битвой происходили еще два крупнейших сражения, косвенно повлиявших на ее ход.

В июле 1942 года войска фельдмаршала Манштейна взяли Севастополь и весь Крымский полуостров, несмотря на упорное сопротивление Красной Армии. Немецкое командование очень рассчитывало на приобретенный армией Манштейна опыт городских боев и потому отправило ее под Ленинград. Но их опыт, полученный под Севастополем, пропал втуне — дивизиям Манштейна предстоит растратить свои силы, обороняясь от контратак нашей армии, вновь и вновь пытающейся прорвать блокаду Ленинграда.

Одновременно с крымским сражением в начале августа 1942 года уже советские войска начали под Ржевом крупномасштабную операцию против группы армий «Центр», вылившуюся в серию жесточайших позиционных «мясорубок» в стиле Первой мировой войны. Потери, понесенные немцами в этих кровавых боях, не будут восполнены даже к лету 1943 года, и в наступление под Курском группа армий «Центр» пойдет в сильно урезанном виде.

И хотя эти сражения были неудачны для Красной Армии, но они как магнитом притягивали на себя немецкие резервы. Из-за их нехватки немецкое командование сначала было вынуждено прикрыть фланги своей сталинградской группировки слабыми итальянскими и румынскими дивизиями, а затем так и не сумело создать полноценную группировку для деблокирования взятых в кольцо в Сталинграде войск Паулюса.

Все это станет ясно позже, а в июле 1942 года общая обстановка на советско-германском фронте к оптимизму совсем не располагала.

Но почему вообще именно Сталинград оказался на острие немецкого наступления? Победа Красной Армии в битве под Москвой предельно ясно показала военно-политическому руководству Третьего рейха, что блицкриг не удался и теперь придется вести войну на истощение. Из этого понимания родился новый стратегический замысел (операция «Блау») — перенаправить удар на Кавказ, чтобы лишить СССР нефтяных ресурсов, одновременно захватить Сталинград как крупнейший промышленный центр (и особенно Сталинградский танковый завод) и блокировать волжскую стратегическую транспортную артерию в районе Астрахани.

Хронологически Сталинградская битва, продолжавшаяся более полугода, обычно делится на три периода:

1. маневренное сражение в степях на дальних подступах к городу в июле и августе 1942 года;

2. бои за городские кварталы и многочисленные контрудары Сталинградского фронта по флангу немецкой группировки, продолжавшиеся с августа до 19 ноября 1942 года;

3. окружение группировки фельдмаршала Паулюса, отражение деблокирующего немецкого удара и уничтожение окруженных войск, завершившееся 2 февраля 1943 года.

В этой статье мы расскажем о первом периоде Сталинградской битвы.

В июле 1942 года потерпевшие поражение под Миллерово войска Юго-Западного фронта отступали на восток к Сталинграду и на юг к Кавказу. Очень точно трагизм происходившего тогда в донских степях иллюстрирует фильм Сергея Бондарчука «Они сражались за Родину», где повествуется о судьбе стрелкового полка под командованием сначала капитана, потом лейтенанта, а затем и вовсе старшины...

12 июля Юго-Западный фронт был переименован в Сталинградский и получил приказ занять и удерживать рубеж западнее реки Дон. «Ни при каких условиях не допустить прорыва противника восточнее этого рубежа в сторону Сталинграда», — требовала Ставка.

Выполнить приказ Ставки было очень непросто. Немцы бросили на Сталинград 20 пехотных, танковых и моторизованных дивизий 6-й полевой армии Ф. Паулюса и 4-й танковой армии Г. Гота, т. е. порядка 400 тыс. опытных, отлично обученных солдат и офицеров. Эта армада не без оснований считалась самым грозным военным механизмом советско-германского фронта. Противостояли же им, кроме остатков войск Юго-Западного фронта (численно соответствовавших трем стрелковым дивизиям), три резервные армии общей численностью в 200 тыс. человек.

Причем советские части и соединения лета 1942 года представляли собой новые формирования, наспех обученные и, как правило, не имевшие боевого опыта. Касалось это не только пехоты, но и танкистов. Насколько критической была ситуация на этом направлении, можно понять из того, что в бой в качестве простых пехотинцев были отправлены недоучившиеся курсанты восьми военных училищ!

Вчерашние школьники и гражданские люди тогда еще не перековались в тех непобедимых воинов, чьи образы так впечатлили весь мир к весне 1945 года.

Командный состав тоже только учился. Например, в должности командующего 62-й армией прибыл под Сталинград будущий герой этой битвы генерал-лейтенант Чуйков. С именем Чуйкова, прозванного «генерал-штурм», будет связан первый для наших бойцов опыт уличных боев в городе, тактика ближнего боя на расстоянии броска гранаты, создание специальных штурмовых групп и многое другое. А тогда Генштаб РККА собирался заменить Чуйкова, который до этого в боях с немцами не участвовал, более опытным генералом Гордовым.

В то время единственным шансом на отражение немецкого механизированного удара, результатом которого становились разнообразные котлы, были танковые бригады, танковые корпуса и танковые армии, своевременно и к месту введенные в бой. Однако их боевые возможности летом 1942 года были еще скромны, так как для уверенного взаимодействия танков с авиацией, артиллерией и пехотой еще не были наработаны нужные практика и опыт.

Первый бой Сталинградской битвы произошел 16 июля у хутора Морозов. В 17:40 проводившие разведку три средних танка Т-34 и два легких танка Т-60 645-го танкового батальона столкнулись с противотанковыми пушками противника. Передовой отряд благополучно отошел, однако в 20:00 сам был атакован немецкими танками. После получасовой перестрелки обе стороны отошли к своим главным силам. Бои других передовых отрядов проходили не так удачно: обладавшие подавляющим преимуществом в численности, уверенные в быстрой поддержке наступавших следом главных сил, активно использовавшие авиаразведку и радиосвязь немцы сковывали их фронтальными действиями, а основными силами обходили с флангов и наносили поражение.

С 23 июля противник начал активные действия против войск Сталинградского фронта. Немецкие удары фронт встречал в сложнейших условиях — он не имел сил для того, чтобы создать свою ударную группировку. Фронт раз за разом вынужден был растягивать свои немногочисленные силы, безнадежно пытаясь угадать, где ударят немцы, которым никто не мешал спокойно выбирать время и место наступления. Единственное, на что в таких условиях могло рассчитывать командование фронта, — это на свои относительно крупные танковые резервы, состоявшие из бригад 13-го танкового корпуса и формирующихся в ближнем тылу двух танковых армий.

Остаток июля и весь август повторялась отлаженная германская схема: на выбранном для удара участке самолеты люфтваффе уничтожали или подавляли позиции советской артиллерии, а затем немецкие танки, артиллерия и пехота взламывали оборону советских стрелковых дивизий, оставшуюся без огневой поддержки. При этом попавшие под удар советские стрелковые дивизии расчленялись танковыми клиньями и блокировались по частям. Их ликвидация поручалась пехоте и артиллеристам, а освободившиеся германские танковые и механизированные колонны рвались дальше, к намеченным для быстрого захвата критически важным объектам. В степях под Сталинградом такими объектами становились в первую очередь мосты и переправы через реки.

Им навстречу тут же отправлялись советские танковые бригады и корпуса. Однако немцы при встрече с ними немедленно переходили к обороне, выбивая атакующие советские танки огнем противотанковой артиллерии и ударами штурмовой авиации. За это время подходила освободившаяся от боев с окруженными советскими частями германская пехота и строила на этом рубеже прочную оборону. Немецкий же механизированный корпус быстро уходил с передовой, готовясь нанести новый удар в другом месте.

Некоторые советские стрелковые дивизии подвергались таким ударам неоднократно. И результат летом 1942 года почти всегда был, как правило, одинаков. В боях такого рода погибало не только большое число бойцов и младших командиров, но и сгорали руководящие коллективы полков и дивизий, не успевшие накопить, осмыслить и передать другим бесценный боевой опыт и навыки управления.

Конечно, и немцам эти бои не давались играючи. Армия Паулюса постоянно несла потери, так что командование группы армий «Б» регулярно отправляло ей подкрепления. Но это были потери рядового и младшего командного состава, которые достаточно легко восполнялись. Мозг и нервная система их военной машины оставались целы, сохраняя и оттачивая накопленные опыт и навыки.

Еще наступит то время, когда уже немецкое командование будет вынуждено бросать навстречу советским танковым армиям недоученных курсантов офицерских школ и наспех сколоченные формирования, имевшие звучные названия, но на деле несравнимые по боеспособности с ветеранами. Это тогда наши солдаты будут говорить, что «немец не тот пошел». Но до такого состояния армию Третьего рейха еще только предстояло довести...

Пока же в топку разгоравшегося сражения направлялись всё новые дивизии, бригады и корпуса. Менее чем за пять недель советским Верховным Главнокомандованием были сняты с должности двое командующих Сталинградским фронтом — Тимошенко и Гордов. Но череду поражений под Сталинградом остановить не удавалось.

Ставка сравнивала складывавшуюся там ситуацию с катастрофическими событиями октября 1941 года на Брянском фронте. Ситуация была настолько критической, что 25 августа И. В. Сталин фактически разрешил командованию Сталинградского фронта не выполнять приказ № 227 «Ни шагу назад!» и санкционировал отвод войск в пределы городской черты.

1 сентября 1942 года войска 62-й и 64-й армии Сталинградского фронта получили приказ на отход в городские кварталы.

Сейчас трудно сказать, насколько сознательным был расчет на перенос боевых действий в большой город с многочисленными толстостенными зданиями заводов и фабрик. Но именно с этого момента сражение начало приобретать иной характер...

(Продолжение следует.)