Почему никому не стоит смотреть новый фильм «Буратино»?

1 января 2026 года на экраны российских кинотеатров вышел фильм «Буратино». Его появление вызвало большой интерес зрителей. Кассовые сборы превысили 2,4 млрд рублей. Но картина получилась, мягко говоря, спорная. Попробуем разобраться, что с ней не так.

В фильме усиленно пропагандируется так называемая детоцентрическая модель воспитания, при которой все подчинено только интересам ребенка. Осознанно это делалось создателями фильма, или просто вся нынешняя «творческая среда» настолько пропитана этими идеями, что авторы не представляют себе другого пути воспитания, — оставим за скобками. Ведь для вредного воздействия неважно, осознанно или нет его оказывают, важен сам факт продвижения. Рассмотрим, как же это влияет на Буратино в самом фильме.

На первый взгляд, все вроде бы хорошо: одинокий неблагополучный отец окружает искренней любовью и заботой своего особенного сынишку, который испытывает моральные переживания с принятием своего отличия от других. Но действительно ли это так?

Обратимся к более ранним источникам. В сказке Алексея Толстого, да и в фильме 1975 года «Приключения Буратино» деревянный мальчик вообще не страдает от своей деревянности. Все его проблемы из-за задорного, деятельного характера и непослушания. Но по ходу развития сюжета этот вздорный характер направляется в нужное русло — на борьбу со злом, помощь другим, защиту слабых.

Кто-то скажет, что источники не догма, что всегда есть место переосмыслению. Не спорим. Но переосмысление должно нести какой-то положительный смысл. Оно не должно происходить просто потому, что старый сюжет приелся, а на осмысленный новый у нас не хватает фантазии. У нас уже снята с повестки защита слабых?

Нам почему-то необходимо разработать тему «особенных» людей и их социализации в обществе? Предположим, но давайте посмотрим, как это делается. Но заранее отметим, если вдуматься, то все персонажи сказки «особенны» в той или иной степени, поэтому тема особенности Буратино изначально выглядит надуманно.

В новой версии «Буратино» с самого начала сделан акцент на то, что ребенок «не такой как все». В сцене зачисления в школу папа Карло даже говорит: «Если в вашей школе существуют правила, ущемляющие интересы деревянных детей, еще стоит проверить, насколько это законно». Хотя проблема не в правилах, а в реакции сверстников на «другого». Вот так сказка о добре и зле потихоньку, что называется, приземляется и превращается в вопрос о законности и ущемлении прав детей.

Буратино простодушно демонстрирует им свои отличия и радостно повторяет услышанное от них: «Я уродец». Возможно, авторы хотели тем самым поднять тему буллинга, или, другими словами, травли, в современных школах. Но вышло так, что Буратино принял сторону агрессоров и с радостью стал носить звание уродца. А где сопротивление агрессии или хотя бы страдание от нее, чтобы показать детям, что она неуместна? Нет, нам транслируется, что такая модель поведения общества нормальна. И что жертва не испытывает никаких страданий. Можно продолжать.

Папа Карло, разумеется, спасает его и говорит, что придется перейти на семейное обучение. Он поясняет, что в школе хулиганы и Буратино она не подходит.

Тут хотелось бы сделать небольшое отступление и напомнить, что в реальности родители переводят детей на семейное обучение не только из-за травли, но и из-за чрезвычайно низкого уровня образования, который дает современная школа.

Кроме того, школа, конечно, должна давать детям социализацию. И родителям очень бы хотелось не брать на себя эту нагрузку и спокойно отпускать детей в школу. Но мы видим, какую социализацию дает школа. Ее нам показали в фильме. Да еще и как нормальную модель, против которой протестует только папа Карло, да и то как-то вяло.

После того как Карло сказал о невозможности учиться в школе, Буратино начинает переживать, что это из-за его деревянности. Неумелые попытки неуверенного отца замять этот момент приводят к бегству Буратино, и он оказывается в театре Карабаса. Там Буратино сталкивается с реальностью.

И снова мы видим тему странных взрослых, которые не могут объяснить детям причины своих решений, страдание детей именно от решений взрослых, а не от неправильного поведения общества, ну и побег как способ решения вопроса «отцов и детей». Замечательная модель поведения для подрастающего поколения.

Буратино возмущается, что на сцене бьют Пьеро, который страдает от любви. Но если в старом фильме он сразу отбирал палку и наказывал обидчика, то есть действовал, то тут идут только разговоры. Причем, когда ему говорят, что бьют понарошку, он сразу успокаивается.

Получается, насмехаться над несчастной любовью нормально, главное — не бить всерьез? Очень напоминает современных деятелей искусства (да и не только их, но и общества в целом) — да, мы снимаем сериалы про преступников, где постоянно героизируем их «воровские понятия», но ведь это «понарошку», на самом деле мы за крепкое государство, закон и порядок.

Карабас — вообще-то отрицательный персонаж — произносит вполне правильную речь про то, что талант — это только 10% успеха, еще 10% — это фактура, а остальные 80% — это трудолюбие и дисциплина. Но нам совершенно не показывают эти 80%. Наоборот, Буратино не попадает в такт, неудачно жонглирует, петь тоже не умеет. А потом раз — и он суперзвезда.

Зрителям, по сути, внушают мысль: ребенка надо только гладить по головке, а слава и успех придут сами по себе, без усилий, просто потому что «я такой замечательный». Вот у Буратино получилось же, колесит по миру на радость поклонникам. А что же их привлекает? Похоже, только неубиваемость деревяшки, когда он падает с высоты и снова встает невредимым. То есть примитивные, «врожденные» так сказать, способности, которые даже не являются талантом, не говоря уже о том, что они не заработаны трудом и тренировками.

Послушаем, как зазывает публику кот Базилио: «Деревянный бамбино. Жалкое и одновременно прекрасное зрелище. Что может быть лучше, чем смотреть на того, кому явно хуже, чем тебе». Конечно, ни в книге, ни в советском фильме такого не было и быть не могло! Но ладно в книге, а вы как родители хотите, чтобы это транслировалось детям? Предположим, что книга недостаточно современна и мы, как творческие личности, хотим отступить от сюжета. Но в какую сторону мы хотим отступить? Мы хотим назвать Буратино жалким и хотим, чтобы сам Буратино с этим согласился, а дети всё это видели? Вряд ли.

В новом «Буратино» нам демонстрируют, как папа отказывается от своего сына. Опять-таки если в старом фильме старый Карло просто брал палку и расправлялся с обидчиками сына — и неважно, Карабас это, Дуремар или полицейские бульдоги, — а на предложение продать кукол «за 100 монет» отвечал: «А я друзей не продаю, даже за миллион», — то в новом фильме он только вздыхает: «А может, ему будет лучше?» И, отдав Буратино Карабасу, радуется получаемым открыточкам с мирового турне сына.

Таким поворотом авторы фильма не просто перевернули с ног на голову сюжет. Повторимся, творческие люди имеют право на переосмысление. Но они же поменяли местами «хорошо» и «плохо». Теперь нас учат, что отдать друзей хорошо, что их будут эксплуатировать, но им тоже что-то перепадет, они будут путешествовать — словно именно это и есть главная цель жизни человека, а не самореализация и свобода творчества.

В описании успеха Буратино дается явная отсылка на детей-блогеров, которые имеют «миллионы подписчиков». Пропагандируют вот такую современную цель жизни. Но когда настроение публики меняется или находится новая звезда, знаменитый недавно ребенок остается один, без знаний, умений, с разочарованиями. И Карло должен это хорошо знать, а не умиляться популярности сына.

Ведь, по сути, устроители шоу вовсю используют именно деревянность Буратино, подобно детям у фонтана возле школы в начале фильма, которые играли его деревянной головой. В театре голову Буратино не откручивают, но все равно выходит, так сказать, цирк уродов в мягком варианте. Хороша родительская забота — у злобных детей отобрал и злобному продюсеру отдал.

Дальше в фильме устами Буратино транслируется идея, что любое насилие недопустимо. А устами других артистов ставится знак равенства между любым наказанием и жестокими побоями — излюбленный подход борцов с домашним насилием и ювенальных борцов за права детей.

И тут нам в подтверждение мысли о том, что любые наказания недопустимы, дают вставку про тяжелое детство сеньора Карабаса, которого отец бил за любую провинность.

Но маленький Карабас мечтал стать артистом, убежал от жестокого отца и стал дрессировать собак, а потом переключился на артистов театра. Авторы фильма тем самым транслируют нам, что любое обучение — это побои и дрессировка. Либо нужно только гладить по головке, ведь, как настаивает Буратино, «бить никого нельзя».

Но ведь наказание иногда полезно. Поговорка «если родные ума не вставили, чужие последний выбьют», она ведь совсем не про опасность улицы, а про необходимость в семье научить уму-разуму. Когда родители наказывают ребенка за недопустимое поведение, они делают это совсем не из-за желания продемонстрировать свое превосходство, как зачастую представляют нам борцы за права детей, а чтобы привить ребенку правильные нормы поведения, показать, что он хоть и маленький, но член коллектива со своими обязанностями и зоной ответственности. Разумеется, речь не идет о безумных побоях. Но ведь авторы специально размывают грань между наказанием и страшными побоями, приравнивая их.

Как показано в новом «Буратино» преодоление проблем? Возникает какая-то проблема — беги. Вот Буратино организовал и возглавил протест против тирана Карабаса, но после его жесткой реакции не вступает в борьбу, а убегает, бросив по пути всех своих товарищей, которые добираются до каморки Карло самостоятельно. Еще один штришок к выворачиванию наизнанку модели поведения. Не только в советской, но и в русской литературе всегда воспевался героизм, гибель за друзей или достижение цели в борьбе за справедливость, но не бегство и не оставление друзей в беде.

Вообще, в новой версии «Буратино» бегство — это универсальное средство. Надо не действовать, не пытаться исправить ошибку, а нужно скорчить обиженную гримаску, убежать, и… проблема сразу решится. В ситуации с крадеными куртками происходит так же. Когда Буратино поймали на воровстве, он убежал. А все окружающие ему всё простили и снова полюбили без каких-либо усилий с его стороны. Просто он «хороший», к тому же куртки вернул.

Кот Базилио и лиса Алиса в новом фильме представлены также по-новому — скажем так, в актуальных образах. Если раньше зрителю показывались прожженные мошенники, постоянно обманывающие не только Буратино, но и друг друга, дерущиеся между собой за добычу, то теперь это веселые и весьма неглупые обманщики. И обирают они тех, кто этого заслуживает, чтобы они «получили уроки судьбы». Они, конечно, обманывают Буратино, но при этом исполняют перед ним обязательства, отгружая ему полную телегу ворованных курток. А в завершение кот набивает ему татуху. Прямо воровское братство, «романтика». И снова хочется задать вопрос родителям: а вы точно хотите, чтобы дети, посмотрев это, сделали Буратино своим героем?

Папа Карло, приняв назад сына с телегой курток, даже не задается вопросом: откуда такое богатство у беглого артиста? Узнав правду, он невнятно мямлит, но совершенно не объясняет, в чем же ошибка Буратино, что чужое брать нельзя независимо от хитроумных обоснований.

В конце фильма говорится, что «папе нужен сын, которого он заслуживает». Не которого он любит, не которого воспитал, а просто которого заслуживает: деревянного — значит, деревянного. После чего все радуются, поют и пляшут. И если радость папы и друзей-артистов понять можно, Буратино после убийства Карабасом фактически воскрес, то совершенно непонятен восторг окружающих. Какими поступками он его заслужил, этот восторг? Ну кроме того, что, по словам Тортиллы, «такому хорошему, милому, умному мальчику» все в жизни должно доставаться само собой, без усилий и трудов?

В советском фильме про Буратино нам принципиально показывают деятельного борца. Да — проблемного, да — непоседливого, но борца. При этом старый друг семьи Джузеппе угрожает: «Ох и достанется тебе от папы, когда он узнает, с кем ты шляешься по подворотням», — а Мальвина за проказы сажает Буратино в темный чулан. По установкам нового фильма, Джузеппе угрожает ребенку побоями, а Мальвина ограничивает его свободу самовыражения. На деле же это обычное воспитание.

И Буратино через все это в книге и советском фильме показан настоящим, живым маленьким человеком, не только имеющим свои представления о хорошем, но и отстаивающим их на практике. Даже в плохой компании лисы и кота его самого можно обмануть, но заставить обманывать других — нет. И он в полной мере оправдывает строчки из песенки мудрой черепахи: «Юный друг, всегда будь юным, ты взрослеть не торопись, будь веселым, дерзким, шумным! Драться надо — так дерись!»

Отсюда и оправданная любовь зрителей и в финале фильма, и в реальности.

В новой же версии «Буратино» им только умиляются и восторгаются. Его не выгоняют, он сам убегает, не наказывают, не поучают, а постоянно оправдывают, входят в положение, гладят по головке. Его не учат жизни, не рассказывают, что хорошо, а что плохо. И Буратино получается даже не деревянный, а скорее картонный — произносящий правильные вещи, но которые так и остаются только словами.

Он не способен не только отстоять свои идеи на практике, но даже не понимает толком их смысла. Он не борется со злом и не преодолевает проблемы, а пасует перед трудностями реальной жизни и легко поддается на манипуляции сперва Карабаса, а потом и сладкой парочки мошенников — лисы и кота.

Таким образом, в новом фильме про Буратино под маской заботы о детях и любви к ним, а также под прикрытием компьютерных эффектов и технического мастерства съемочной группы зрителям закладывается принципиально ошибочная, вредная и деструктивная модель воспитания ребенка. И делается это почему-то за государственный счет, то есть за наш с вами. Когда же это наконец прекратится?