8
сен
2021
  1. Мир спорта
  2. мир спорта: лапта
Алексей Бурлаченко / ИА Красная Весна /
Если бы у нас действительно было желание использовать мягкую силу по расширению сфер своих интересов, то лапта стала бы прекрасным инструментом культурного влияния

Лапта нужна только сверхдержаве, которая ценит свою идентичность — интервью

Изображение: © ИА Красная весна
К.Владимиров. «1 мая», 1958, ИЗОГИЗ. Фрагмент
К.Владимиров. «1 мая», 1958, ИЗОГИЗ. Фрагмент
К.Владимиров. «1 мая», 1958, ИЗОГИЗ. Фрагмент

Лапта — командная игра с битой и мячом, появившаяся не позднее XIV века. До начала XX века лапта была одной из наиболее популярных дворовых забав у самых разных народов России. В советский период игра прошла путь от части допризывной подготовки красноармейцев до полноценного вида спорта — с едиными унифицированными правилами и собственной федерацией.

Сегодня лапта является частью множества сельских и региональных спортивных турниров, молодёжных спартакиад, также ежегодно проходит чемпионат и Кубок России по лапте. При этом говорить о массовом распространении и широкой популярности этой игры явно не приходится.

ИА Красная Весна пообщалось с популяризатором лапты Игорем Панюшовым. За плечами Игоря большой игровой опыт — в качестве спортсмена, тренера, судьи и организатора всероссийских чемпионатов и студенческих турниров. Панюшов рассказал о проблемах, с которыми столкнулась лапта в советские времена, а также поделился своим мнением относительно задач, которые должно ставить перед собой государство с целью ее развития в будущем.

ИА Красная Весна: В конце 1950-х впервые в истории прошло несколько чемпионатов РСФСР по лапте. Фактически игра превратилась в спорт, многие ожидали появления чемпионата СССР и даже проведения международных турниров. Но в 1960-х так и не провели ни единого чемпионата, внезапно для многих игру вывели за рамки спортивных празднеств. Какие, по-вашему, причины привели к произошедшему?

Игорь Панюшов: Олимпиада 1980 стала косвенной причиной затухания национальных дисциплин, русских дисциплин в частности, таких как лапта и городки, которые были полноценными видами спорта на момент 1960 года, были частью спартакиад. Внимание спортсменов было переключено на олимпийские дисциплины, и этот процесс идет до сих пор.

Потенциал физической культуры и спорта безграничен, а вовлеченность населения страны в систематические занятия, мягко говоря, — скромная. Человеческих ресурсов достаточно и для всех видов спорта, и для творчества, и для науки. Но несмотря на это, массовой физической культуры по факту нет, спортом же и вовсе занимается очень небольшой процент населения. Большинство родителей стремится отдать отпрысков в модные или перспективные направления. Возможно, это происходит вопреки системе, возможно, благодаря ей.

Все логично: если страна хочет получать медали на олимпиадах, то она тратит деньги на конкретные дисциплины: строит базы, готовит тренерский состав или даже приглашает спортсменов, тренеров из-за рубежа. Порочность такой системы исследована культурологом Алексеем Кыласовым и многими другими.

Изображение: Бура О. Русская удалая, 1961 (фото Игоря Панюшова)

ИА Красная Весна: То есть культивация народных видов спорта прекратилась ради олимпийских достижений?

Игорь Панюшов: Да, думаю, это одна из ключевых причин. До момента начала безумных гонок за медали в общем олимпийском зачете народные игры всегда были частью нашей жизни, их не нужно было развивать, вопрос так даже не стоял, поскольку в них стабильно играли во всех дворах страны, это было заложено в культурном коде нашего народа. А потом началась массовая стройка олимпийских школ. И все, кто оказался вне системы, остались вне финансирования, вне государственных интересов и приоритетов.

Сегодня стал нормой такой процесс: игру искусственно спускают сверху вниз, условный крикет или кёрлинг. В этих дисциплинах нет движения снизу: если ими кто-то занимается, то только преследуя финансовый интерес. Дополнительно эту систему поддерживает финансируемый букмекерами пузырь якобы популярной игры. А раньше у нас был другой вектор: люди массово, по велению сердца играли в свайку, рюхи, килу, лапту. Движение шло снизу вверх, и это стихийное явление нужно было сертифицировать, приводить в общую систему мер; об этом, кстати, писали в брошюре 1915 года, изданную в «Товариществе М. О. Вольфа».

Я вообще считаю чудом то, что за полвека игнорирования народных игр системой — лапта еще остается видом спорта, ведь за последние 40–50 лет мы особенно быстро утрачиваем свою идентичность, теряем элементы культурного кода — песни, танцы, народные игры. Это общая тенденция, здесь лапту обособленно рассматривать нет смысла.

ИА Красная Весна: О какой проблеме тогда идет речь?

Игорь Панюшов: Почему мы не поем свои песни, не танцуем свои танцы, знаем мало сказок и поговорок? Хочу подчеркнуть, что это касается во многом титульной нации — русских. Другие национальности сумели сохранить свою идентичность, свои игры, единоборства, проводят фестивали по своим играм. Национальная власть в республиках отдает приоритет местным дисциплинам, элементам своего культурного кода. А мы в один момент отдали свою культуру в жертву интернационального движения, построения безнационального общества, позже в жертву олимпийского движения, сегодня глобальные процессы сметают остатки самоидентичности. Это большая проблема. Поэтому изучать причины можно только через призму общей утраты народами своей идентичности. Мы говорим не о национализме, впору говорить о красной книге явлений национальной культуры. Не правда ли, что мир прекрасен в разных красках и проявлениях народного творчества.

Вспоминается один из сюжетов для политических плакатов позднего СССР, когда представители всех народов изображались в национальной одежде. Все — кроме русских, которых одевали в обычные костюмы. А ведь нужно понимать, что визуальные образы не только отражают действительность, но и могут ее формировать.

Изображение: Российская государственная библиотека
Н.Галиев. «Да здравствует...», 1984, Ташкент, Узбекистан.
Н.Галиев. «Да здравствует…», 1984, Ташкент, Узбекистан.
Узбекистан.Ташкент,1984,здравствует…»,«ДаН.Галиев.

Есть версия, что лапта была одним из инструментов, объединяющим народы России, так называемой мягкой силой. Например, казаки с Юга приезжали в Сибирь, а там — ненцы, эвенки, буряты. Происходил культурный обмен, лапта и подобные игры были для них объединяющим фактором, потому что у них тоже была похожая игра с битой и мячом. Этнографы XVII–XVIII веков подтверждают: в Российской империи лапта была массовым явлением. Но как только мы стали приверженцами англосаксонского мира, пошли по пути превращения народов страны в интернациональную массу, мы начали утрачивать свою культуру, она стала не в приоритете.

ИА Красная Весна: Почему тогда при такой популярности лапта не стала спортом в Российской империи?

Игорь Панюшов: Тогда про спорт еще никто не думал и не говорил. Уже считалось чем-то особенным заниматься большим теннисом или хоккеем на траве. Дворяне создавали клубы, это было для них признаком элитарности. Они ходили в клубы, чтобы в своем кругу поиграть в мяч, но ни о каком спортивном совершенствовании тогда еще не шло речи, это считалось чем-то из ряда вон выходящим.

ИА Красная Весна: Тут сложно не вспомнить родственную игру — бейсбол, который с конца XIX века развивался именно как вид спорта.

Игорь Панюшов: Это говорит только о таланте американского маркетолога, который может поставить любое дело на финансовые рельсы. Здесь нам на помощь придет Карл Маркс и его «Капитал». Американцы и англичане умеют рассматривать любое явление, услугу или товар как средство заработка, из любой своей игры они делают деньги. И в этом плане они далеко продвинулись. Бейсбол — целая маркетинговая культура. В каждой семье американцев дома есть бита, мяч, ловушка. Это целая культура, профессиональные клубы, огромные движения. Любую игру они ставят на маркетинговые рельсы, и все работает, любые средства хороши: телевидение, пресса, «мерч», создание кумиров, обзоры событий, профессиональные комментаторы, реклама, в конце концов. Там где зритель — там профессиональный спортсмен, там шоу, развитие и культивация.

Изображение: Цитата по Покровский Е. Детские игры, преимущественно русские, 1895

ИА Красная Весна: Что тогда не так в конфликте народных игр с олимпийскими дисциплинами?

Игорь Панюшов: Сегодня Олимпийские игры — это некое доказательство страной своего косвенного благополучия. Мол, у нас настолько хватает средств производства, экономика так хорошо работает, что у нас есть возможность содержать спортсменов, которые ничем другим не занимаются — только прыгают в воду, катаются на льду и так далее; тут можно перечислить еще десятки видов спорта и дисциплин. Всю эту плеяду мы кормим напрямую или косвенно за счет налогов, за счет развивающейся экономики. И сегодня мы видим именно такие результаты нашей олимпийской сборной, которые отражают положение дел в той или иной отрасли экономики, поставленной курировать конкретную федерацию или группу видов спорта.

Поэтому пока у игры нет международного зрителя, она не интересна олимпийскому движению, а если не интересна ему, то и для страны тоже не интересна. Тут мы возвращаемся к лапте и задаемся вопросом идеологической повестки, идеологической экспансии.

Если бы у нас была действительно сверхдержава и желание использовать мягкую силу по расширению сфер своих интересов, то мы бы говорили о разных сферах влияния, в том числе в сфере физической культуры. Лапта стала бы прекрасным инструментом культурного влияния.

Крикет стал таким инструментом для англичан. Сегодня Индия и Пакистан — бывшие британские колонии — не мыслят своей жизни без крикета. Это популярнейшая игра в этих странах. Мы таких примеров не знаем, потому что у нас нет таких целей и задач, нет такого влияния. У нас не тот уровень развития экономики, чтобы говорить еще и о культурной экспансии через явления своей национальной культуры.

ИА Красная Весна: Если движение снизу для развития лапты сейчас проблематично, на что можно надеяться в ближайшем будущем?

Игорь Панюшов: Я только ищу ответ на этот вопрос, и сейчас главное — задавать правильные вопросы, в принципе обсуждать подобную проблематику. Я постепенно перестаю заниматься развитием регионального движения лапты в Ярославской области, большинство наших локальных вопросов решается только в Москве, только указами министерств. Пока не будет международного движения лапты, к игре не будет интереса со стороны государства или бизнеса; а инструментом международного влияния лапта может стать только тогда, когда государство увидит корневую культуру народа средством качественного развития жизни, в том числе физическую культуру.

Это была бы мощнейшая вещь. Даже во снах сложно представить: чемпионат мира по лапте, сборная США по лапте. Звучит смешно, правильно? Но почему у нас есть сборная России по бейсболу, по регби, по американскому футболу? И это не звучит смешно, в современном мире это нормально. К слову, существует сборная Германии по городкам; и причина тут одна — международная федерация городошного спорта, которую финансирует меценат из Индии. Многие русские переселенцы в Германии играют и развивают эту игру.

Изображение: автор неизвестен, EtoRetro.ru
Лапта во дворе средней школы. Болохово, 1938
Лапта во дворе средней школы. Болохово, 1938
1938Болохово,школы.среднейдворевоЛапта

Так сложилась история и обстоятельства, что лапта оказалась на задворках хоть какого-либо интереса, влияния или экспансии. Ее никто не рассмотрел как средство развития чего-либо. Даже в культуре ее полностью обходят стороной.

ИА Красная Весна: Классики русской литературы упоминали лапту в своих произведениях, но она действительно не была в центре их сюжетов. Кажется, только советские детские писатели иногда создавали свои истории вокруг лапты.

Игорь Панюшов: Это так. Факт того, что лапта была самой массовой игрой, не задевает никаких режиссеров, никаких исторических консультантов фильмов и сериалов, которые тоннами снимаются Минкультом и Фондом кино. Ни в одном эпизоде какого-то бутафорского псевдоимперского фильма не показана настоящая крестьянская жизнь, будто о ней никто не знает или что-то скрывает.

В перестроечные времена был снят один-единственный фильм, который так и называется — «Лапта». За 40 минут нам показывают, как отцы, сидящие во дворе и играющие в домино, обращают внимание на детей — те сидят на скамейках и играют на гитаре. Отцов это возмутило, мол, они всё детство играли в лапту, а эти, видите ли, играют на гитарах. Смешно озвучивать эту проблему сквозь эпоху времени: мы сегодня были бы рады играющим на гитарах молодым людям, как вырвавшимся из плена цифровой зависимости. Тогда пели, было общение, хоть какое-то творчество и развитие.

После этого лапту ни разу не показывали в кино, даже коротким эпизодом. А ведь в художественной литературе существуют описания того, как в нее играли поголовно все дети.

Насколько я вижу, в плане перспектив развития лапты складывается именно такая нерадужная картина. Тем не менее, это интересная и азартная в плане сложности задача, которую можно и нужно решать.

Читайте также: История лапты в трех частях: 1. Дореволюционная эпоха; 2. Советский период; 3. Настоящее и будущее.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER