Ученые выяснили, как работорговля помогала науке
История науки на раннем этапе и история работорговли — это одна и та же история, считают американские ученые, чьи размышления приводятся в статье, опубликованной 4 апреля журналом Science на своем сайте.
Торговля африканскими рабами, говорится в статье, сыграла решающую роль в научных исследованиях в XVI–XIX веках. И, прежде всего, для Британии как наиболее развитой колониальной державы, имевшей в 1700-х годах самый большой и мощный флот.
В статье отмечается, что эта тема только в последнее время попала в поле зрения исследователей, хотя связь работорговли и науки очевидна.
Из всех научных областей естествознание больше всего выиграло от трансатлантической работорговли, особенно ботаника и энтомология.
Здесь авторы напоминают о том, что в то время торговля рабами была частью «трехсторонней торговли»: миллионы людей были отправлены в Америку в качестве рабов, сырье из Америки отправлялось в Европу, а промышленные товары вывозились в Африку.
В тот период «хирурги и капитаны» невольничьих судов стали главными поставщиками образцов растений, насекомых и животных Африки и Америки. Одни натуралисты таким образом собирали коллекции, другие (например, Карл Линней, отец таксономии) «черпали из них».
Ученые и сами часто использовали корабли, перевозившие рабов, по причине доступности — других почти не было. Так, в статье приводится история естествоиспытателя Генри Смитмана.
Этот ученый начинал свои путешествия будучи врагом работорговцев. Но, полностью завися от них в плане еды, защиты и транспорта, он постепенно сошелся с ними. К 1774 году он стал работать на рабовладельческую компанию в Ливерпуле, которая помогала с доставкой образцов. А далее даже начал торговать рабами в обмен на припасы для своих экспедиций.
Огромные коллекции, собранные в те времена, находятся в разных музеях Великобритании, до сих пор сохранив свое важное научное значение.
Помощью от работорговли пользовались не только ботаники. Так, рабским трудом была построена первая крупная обсерватория в Южном полушарии, в Кейптауне, в Южной Африке. Астрономы, такие как Эдмунд Галлей, использовали для наблюдения за Луной и звездами порты работорговцев, а геологи собирали там камни и минералы.
Когда Ньютон, который, как говорится в статье, «на самом деле является образцом изолированного, не путешествующего, сидящего за столом гения», разрабатывал свою теорию тяготения, то пользовался данными, которые поступали из французских портов для торговли рабами на Мартинике.
«Современная наука и трансатлантическая работорговля были двумя наиболее важными факторами в формировании современного мира», — говорит Кэтлин Мерфи, историк науки Калифорнийского политехнического университета в Сан-Луис-Обиспо.
По большей части, добавляет она, разговоры о прибыли от работорговли сформулированы «в терминах только долларов и центов, фунтов и пенсов. Тем не менее прибыль также может быть четко измерена в образцах, собранных и опубликованных работах».
«Мы были так небрежны в объединении историй рабства и науки. Мы упустили, что, на самом деле, это одна и та же история», — подводит итог Джеймс Дельбурго, историк из Университета Рутгерса в Нью-Брансуике, Нью-Джерси.
Напомним, британские ученые пришли к выводу, что для развития человеческого сообщества ему нужен нравоучительный бог-надсмотрщик.
