Когда включается Zoom, выключается целый мир, который является основой для формирования и развития человеческого в человеке.

Загружать информацией онлайн можно, но развивать способность мыслить — нет!

Albrecht_Dürer_-_Melencolia_I_-_Google_Art_Project
Albrecht_Dürer_-_Melencolia_I_-_Google_Art_Project
Albrecht_Dürer_-_Melencolia_I_-_Google_Art_Project

Эксперимент с цифровой образовательной средой будет проходить в 14 областях России. С одной стороны, во время карантина получен разнообразный опыт. Его нужно и важно учесть, чтобы усовершенствовать работу.

Альбрехт Дюрер. Меланхолия
Альбрехт Дюрер. Меланхолия
МеланхолияДюрер.Альбрехт

С другой стороны, люди справедливо боятся подмены очного образования дистанционным в рамках набравшего ход тренда сокращения расходов. Примером такой оптимизации может служить инициатива сокращения числа больничных коек перед тем, как грянула пандемия.

О том, какой полученный опыт следует учесть, что можно принять и доработать, а что ни в коем случае вводить нельзя, мы побеседовали с кандидатом наук, психофизиологом, биофизиком, психологом, режиссером, консультантом по стратегическим коммуникациям Каринэ Гюльазизовой.

ИА Красная Весна: Каринэ Сергеевна, как Вы относитесь к инициативе правительства по введению цифровой образовательной среды? Как, на Ваш взгляд, следует учесть полученный во время карантина опыт проведения онлайн-уроков? Можно ли найти разумный баланс при внедрении цифровизации в образовательную среду?

— Для начала о моем отношении к онлайн-коммуникациям в целом. Я, конечно, резко отрицательно отношусь к подмене цифровизацией полноценного человеческого контакта. Как только такой стандарт коммуникации в образовательной среде будет введен как норма, а не как возможный исключительный вариант в форс-мажорной ситуации, он станет эффективным инструментом расчеловечивания, вытеснения человеческого из человека! Стандарты общения и так уже давно поменялись, к сожалению…. Иной раз сама себя ловлю на том, что мне проще, например, написать сообщение, потом позвонить или не позвонить вообще, а остаться в формате переписки. Причем стиль этой переписки, как правило, далек от полноценных образцов эпистолярного жанра. В ней, в этой переписке, порой значительную часть занимают смайлики, сердечки или скобочки, означающие или грусть, или улыбку. И ничего не надо формулировать, называть, можно просто обозначать…. И сразу, вроде, все понятно, а, главное, просто! Казалось бы, человеческая цивилизация прошла сложносочиненный путь от рисунков неолита к Слову. Или это только — «казалось бы»?

Полноценный, живой, теплый контакт человека с человеком стал менее доступным. И, значит, более ценным. К сожалению, на мой взгляд, все идет к тому, что в итоге он будет настолько ценным, что его, символически говоря, будут дорого продавать. И, конечно, это касается истории, связанной с образованием. Для меня это плохой знак. Потому что это безусловно разделит общество.

Мы, советские дети, выросшие в традиции кухонь, незакрывающихся дверей в квартирах, дворов, в которых с утра до вечера происходила жизнь в контакте очень разных по возрасту и по сути людей, накормлены живым человеческим контактом сполна. И многое теперь вспоминается как ресурс. Хотя отношение к той же школе у меня, например, было неоднозначным….

Что же будет развиваться в образовательной онлайн-среде? По крайней мере, этот вопрос точно требует ответа.

Мое предположение таково: образовательная онлайн-среда в самом лучшем случае будет плодить индивидов-эрудитов, напичканных информацией, у которых контакт с миром ощущений будет достаточно сильно нарушен. Метафорически говоря, «головастиков». То есть «уже не икру, но еще не лягушку»… И еще немаловажная деталь — головастики обитают преимущественно в воде, хотя существуют виды, способные к проживанию на суше…

В онлайн-коммуникации выключена сфера ощущений. Контакт человека с человеком остается на уровне визуальном и на уровне аудиальном (слуховом). То есть ребенок, учась онлайн, может только предполагать, фантазировать, какие ощущения у него могли бы быть, будь он в группе своих одноклассников офлайн. Онлайн-коммуникация требует особой тренировки, особого внимания и концентраций. А это, в свою очередь, невозможно, если есть нарушения в ощущениях.

На протяжении веков человека постепенно вынимают из тела, выводят из контакта с миром собственных чувств и ощущений. Психиатры, психофизиологи, психологи-клиницисты знают, что в основе возникновения психоза лежит нарушение именно в ощущениях и, как следствие, нарушение в восприятии.

Еще одна особенность онлайн-формата заключается в том, что это фактически телевизионный прямой эфир. А это означает, что необходимо всерьез заниматься его качеством. Специалисты, которые работают в этом формате, должны владеть всеми законами жанра. Владение навыками онлайн-формата автоматически становится профессионально значимым качеством. Но зная, как устроено и обесценено на сегодняшний день пространство публичности благодаря возникновению блогосферы, я убеждена, что никто не будет осваивать жанр телевизионного прямого эфира. Да и средств на это государством выделяться не будет. А будет всё в очередной раз как попало.

ИА Красная Весна: А если даже и были бы средства, неужели это в состоянии как-то заменить живое общение или что-то исправить?

— Нет, конечно! Живое общение заменить нельзя ничем. Я сейчас не о замене говорю. Я говорю о качестве онлайн-взаимодействия, если таковое все-таки необходимо в ситуации исключительной.

Мы с Вами помним дикторов и ведущих советских времен. У нас перед глазами был чудесный пример профессионального достоинства и отношения к зрителю, которые складываются из того, как человек выглядит, насколько он органичен, насколько он владеет голосом, насколько безупречна его речь. Мы с вами все помним прекрасно. Конечно, жанр их существования на экране был абсолютно сообразен эпохе (как и должно быть, впрочем). Они были приподняты, как бы, «над». Понятно, что они были «на котурнах». И в этом способе существования есть свои особенности. Но они безупречно владели ремеслом и именно поэтому рождали искусство.

А теперь давайте посмотрим на сегодняшних, с позволения сказать, дикторов и ведущих. Просто — обнять и плакать! Я не знаю, как и чему их учат. Но, судя по всему, не тому. У них зачастую плохо с русским языком, то есть плохо с грамотностью речи, плохо с ударениями, плохо с логикой, у них плохо с интонированием и темпоритмическим рисунком и т. д. Про репортеров-журналистов говорить вовсе не приходится. Этот жанр, к сожалению, утерян безвозвратно. Вместо них появились блогеры, задающие стандарты публичности сомнительного качества.

Поэтому при условии, что офлайн-обучение незаменимо, необходим стандарт того, как должно происходить обучение в онлайн.

Теперь о педагогах в формате онлайн. В этом формате пропадает сама суть профессии педагог. Педагог, как известно, это — «ведущий ученика» или «тот, кто несет перед учеником свечку». То есть педагогический процесс содержит преподавание и, что особенно важно, воспитание ученика. В онлайн-формате возможен только процесс преподавательский (то есть ведение занятия по какому-либо предмету). Я даже не представляю, какого уровня харизматическая личность должна сидеть по ту сторону экрана, какая легенда должна бежать впереди него, какой энергоемкостью и степенью выразительности должен он обладать, чтобы стал возможен процесс воспитания в онлайн. И воспитание это все равно будет возможно только по принципу модели для подражания. А это только одна, хотя и очень существенная, часть процессов формирования личности….

Если в живом контакте ребенок может каким-то образом добирать опыта через взаимодействие со своими одноклассниками, то в формате онлайн он такого опыта лишен. Он теряет возможность свериться с реакциями своих одноклассников, теряет атмосферу живого взаимодействия, теряет возможность отражать и отражаться.

Что он видит, если это Zoom? Он видит окошки, в которых сидят головы. Ну хорошо, не головы — полтуловища, которые в лучшем случае пялятся в экран, в худшем — заняты своими делами или вовсе выключили камеры. Такая аквариумная история из жизни головастиков.

Чем отличается театр от кино? В театре ты смотришь туда, куда считаешь нужным, а в кино тебе показывают. Так вот именно этим и отличается процесс обучения в классе от онлайн-обучения. А коли так, тогда уж формат обучения онлайн должен быть устроен по принципу «тебе показывают». А этому нужно учиться. Но, не устану повторять, при этом всё равно безусловно и бесспорно никакой самый совершенный онлайн-формат не может заменить живой контакт.

ИА Красная Весна: Значит, на Ваш взгляд, частью создания этой цифровой образовательной среды должно быть обучение педагогов быть на той стороне экрана, потому что они этого просто не умеют делать?

— Да, конечно! Они должны уметь это делать так, чтобы у ребенка не терялось внимание, а значит — включенность в происходящие процессы. Чтобы эта включенность была полноценной при взаимодействии в онлайн, необходимой и достаточной. Вот мы сейчас с Вами говорим по телефону и стараемся сделать всё, чтобы наше общение было как можно более внятным, подробным и направленным на точное донесение смыслов и чувств при том, что задействован полноценно всего один канал восприятия и донесения информации. И, при всей нашей включенности, нам всё равно необходимо с Вами периодически сверяться. Поняли ли мы друг друга, верно ли мы слышим и так далее. При том, что у нас с Вами колоссальная мотивация друг друга услышать и понять А у ребенка по ту сторону экрана ее может не быть. Да и у преподавателя, который не обучен работать в онлайн, может не возникнуть мотивации заниматься детьми, которые сидят как в аквариуме и что-то там то ли делают, то ли нет.

Дальше ребенок берет свои тетрадки и учебники, идет к маме с папой, если таковые есть в наличии рядом. И говорит, как в популярном уже ролике: «Мама, позвони Путину. Скажи, чтобы он школу открыл!» Потому что ему плохо, он обделен полноценным контактом с учителем и своими одноклассниками. Он лишен той атмосферы, той среды, которая дает развитие, без которой невозможен процесс формирования полноценного опыта познания.

ИА Красная Весна: Если говорить о цифровой образовательной среде. Нам говорят, что будут записи уроков высокопрофессиональных педагогов, будут какие-то презентации в помощь, может даже, планы уроков. Может, на этих записях будут педагоги, которые умеют работать как в телевизоре. Может такая помощь быть полезна при очном обучении? Кто-то на это сможет опереться в своей работе с учениками — как инструмент использовать?

— Конечно! Записи онлайн-уроков или лекций и семинаров мастеров — прекрасный ресурс для офлайн-обучения. Но только как дополнительный ресурс!

Вот мы смотрим какое-нибудь кино. Некоторые фильмы даже пересматриваем по несколько раз. И при этом всё равно существует такая форма искусства как театр. Почему-то, несмотря на то, что есть и кино, и телевидение, люди идут в театр. Зачем? Они туда ходят для того, чтобы посмотреть, как сиюминутно рождается творчество, как сейчас принято говорить — в моменте. Вот сейчас здесь прямо при тебе происходит взаимодействие артистов друг с другом и со зрителем. Здесь и сейчас прямо при тебе совершается человеческий выбор, рождающий чувства и смыслы. Вот за этими сложнопередаваемыми и неповторимыми ощущениями люди в театр и идут. Потому что каждый раз спектакль играется по-разному. Поверьте. Каждый раз он другой. Он может быть хуже или лучше — это следующий вопрос, но он другой. А фильм всегда один и тот же. Хотя, если это ставил кто-то из великих, смыслы тебе могут открываться послойно на протяжении жизни, а вслед за ними и переживание катарсиса. И все же в театре ты переживаешь чувства и ощущения, рождающиеся в совместном процессе творения здесь и сейчас, который единственный и больше никогда не повторится… Поэтому это гораздо дороже, и это гораздо тоньше. Да и катарсис переживается гораздо сильнее, если он переживается.

ИА Красная Весна: Если представить, что цифровая образовательная среда вообще не будет создана, и осталось бы только традиционное очное обучение. В этом случае школа бы что-то потеряла? Или вообще ничего?

— Она бы потеряла возможность существования в таких предлагаемых обстоятельствах, в которых мы все оказались только что. Повторюсь, онлайн-формат — хороший инструмент на всякий случай, владеть которым необходимо. Но именно на всякий случай.

ИА Красная Весна: То есть как подпорка, как помощь?

— Только! Это не может и не должно стать разновидностью или альтернативой! Ни в коем случае! Как только будет введен этот стандарт — пиши пропало!

ИА Красная Весна: Есть мнение, что это может быть альтернативой, допустим, заочному обучению.

— Если к заочному добавить онлайн-формат, наверное, это поможет заочному образованию. Но при этом заочное образование, насколько я помню, всегда оценивалось иначе, чем образование очное — всегда ниже.

Когда включается Zoom, выключается целый мир, который является основой для формирования и развития человеческого в человеке.

ИА Красная Весна: Еще один вопрос. Поскольку средства экономить пытаются постоянно. А где-то на данный момент школы невозможно обеспечить учебными пособиями, равноценно ли показать химический опыт на экране компьютера вместо проведения его в реале?

— Вы знаете, в случае с химическим опытом, может быть, это и равноценно. Сам по себе опыт, вырванный из контекста, — пожалуйста. Ведь ценность образования и развития вообще заключается в среде. Развивается человек в среде себе подобных. Смешно думать, что Zoom может создать такую среду. Загружать человека информацией через онлайн, безусловно, можно, но развивать способность мышления — нет! Потому что процесс развития мышления предполагает участие и чувств, и ощущений. А для этого нужна полноценная среда, в которой это возможно. И, конечно, процесс воспитания, если мы говорим о школьниках, колоссально важен. Впрочем, он важен не только школьникам. Воспитание — неотъемлемая часть обучения любой профессии. Именно поэтому существует традиция наставничества и учительства на профессиональном пути. И она, эта традиция — про передачу опыта в живом человеческом контакте. А когда включается Zoom, выключается целый мир, который является основой для формирования и развития человеческого в человеке.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER