logo
  1. Социальная война
ИА Красная Весна /
В Александровском, как и во всей стране, столкнулись с необходимостью как-то налаживать обучение «своих» по соседству с дистанционным обучением

Дистанционное обучение на примере Александровского поселения

Урок в сельской школе. СССР
Урок в сельской школе. СССР

Пандемия коронавируса и всеобщий карантин затронули многие сферы жизни граждан нашей страны. Не осталась в стороне и система образования. Все школы и иные учебные заведения в срочном порядке переведены на дистанционное обучение.

Я не буду говорить о том, что эта мера не проработана, что нет единой платформы для такого обучения, что все школы выдумывают какие-то свои способы такого обучения. Где-то проводят занятия с учениками, используя различные системы видеосвязи и видеоконференций, где-то ограничиваются заданиями, раздаваемыми через соцсети.

На поселении в Александровском тоже, как и во всей стране, столкнулись с необходимостью как-то налаживать обучение «своих» по соседству с дистанционным обучением. Здесь, в Александровском, оно — дистанционное обучение — проходит в режиме выдачи заданий в соцсети и отправки ответов обратно преподавателям. Такое положение вещей нас не устроило, поэтому мы стали проводить уроки для наших детей. Опыт, полученный в процессе проведения уроков, я изложу ниже, а пока о самом дистанционном обучении.

10 апреля 2020 года Валентина Матвиенко, председатель Совета Федерации Федерального собрания Российской Федерации в своем блоге на сайте Совета Федерации среди прочих тем затронула и тему дистанционного обучения:

«Мы давно уже обсуждали современные возможности для школьного образования в цифровую эпоху. Больше говорили, чем делали. Время шло. Сейчас коронавирус вынудил нас фактически в одночасье повсеместно перейти на такой формат обучения. Естественно, отечественная образовательная школа, да и вузы, оказались в значительной мере не готовы к этому. Некоторые родители справедливо возмущаются, когда онлайн-обучение сводится к рассылке заданий в чате и такому же сбору ответов. Да, какие-то школы и педагоги справляются лучше. Другие хуже. Есть вопросы к методикам преподавания, поскольку они не адаптированы к новым условиям, к статусу и правам педагога, работающего удаленно, к критериям и формализации оценки знаний, полученных дистанционно».

Уже в самом начале темы дистанционного обучения Валентина Ивановна констатирует, что такие виды обучения (она их называет «современными возможностями») давно обсуждаются. Лишь коронавирус заставил к ним перейти. Правда, дальше, видимо, чтобы успокоить общественность, она делает жест в сторону родителей, которым не нравится сам принцип дистанционного обучения:

«Конечно, традиционную школу с непосредственным общением педагога и ученика отменять не следует. Во всяком случае, я придерживаюсь такой позиции. Без этого не может быть полноценной социализации, интеграции ребенка в общество».

Заметьте, традиционная школа с общением педагога и ученика нужна, по мнению Матвиенко, для социализации. О том, что это качественно иной тип обучения, она не говорит. А это означает, что на следующем шаге можно предложить иные виды социализации и тем самым закрыть вопрос социализации, а вместе с ним и необходимость традиционных школ. Ведь они нужны только для социализации.

Далее Валентина Ивановна пишет: «Но надо понимать, что дистанционное обучение теперь уже не будет практиковаться как резервный, временный способ только в чрезвычайных ситуациях вроде нынешней. Оно имеет немало плюсов. Пандемия коронавируса дала импульс движению к формированию системы школьного и вузовского образования, органично сочетающего как традиционные, так и дистанционные, цифровые технологии обучения. Будущее именно за такой системой. А она требует более точного правового, законодательного оформления уже в ближайшее время».

Председателя Совета Федерации волнует правовой статус дистанционного обучения. Сама необходимость этого вида обучения, уровень образования, который такое обучение способно дать, — вне рассмотрения Валентины Ивановны. Она абсолютно уверена, что «оно имеет немало плюсов» и «глупо это отрицать».

Это же она подтвердила журналистам во время видеоконференции 16 апреля 2020 года: «Мы сейчас проводим анализ, многие понимают дистанционное образование по-разному. Где-то абсолютно нормально учитель 20 минут преподает ту или иную тему, готовит детей, а дальше дает домашнее задание для более углубленного изучения той или иной темы. Некоторые школы пошли по более простому пути: просто по электронной почте высылают задание, а там уж пусть родители с детьми как-то разбираются, высылают готовые ответы».

Уже 10 апреля 2020 года, то есть тогда же, когда появилась запись в блоге Валентины Матвиенко, Сергей Кравцов, министр просвещения Российской Федерации, как утверждает Агентство городских новостей «Москва», заявил следующее: «Ситуация, в которой мы все сегодня оказались, и масштабы перехода на дистанционное обучение диктуют нам необходимость новых правовых основ в системе образования. Мы поддерживаем задачу, обозначенную Валентиной Ивановной, и готовы максимально включиться в проработку законодательного урегулирования дистанционного образования».

Также он добавил, что «дистанционные формы обучения — важный элемент образовательного процесса, существенно расширяющий возможности учащихся».

В некоторых школах обязывают зарегистрироваться на вебинар «Методы дистанционного обучения». И вот какой анонс дается к этому вебинару:

Методы дистанционного обучения

Как организовать обучение школьников, студентов и взрослых в дистанционной системе

— Обучение в интернете — это навсегда! Старая система образования — рухнула!!!

— Типовые проблемы, с которым сталкиваются участники учебного процесса

— Домашние задания в дистанционной форме

— В интернете учатся не так как за партой

— Заставлять бесполезно — надо вовлекать

— Какие ресурсы есть на настоящий момент для организации обучения в дистанционном формате

— Методы работы меняются «в корне», вы не сможете заставить выучить наизусть!!!

Ведущий: к. п. н., доцент, руководитель международной магистерской программы «Практическая психология и коучинг» Московского института психоанализа, которая реализуется на 100% в дистанционной форме. Дмитрий Занин».

Анонс вебинара, который ведет преподаватель зарегистрированного, пусть и не государственного института, однозначно утверждает, что дистанционное обучение становится основой всей образовательной системы.

Таким образом, мы видим, что на волне ажиотажа с коронавирусом активно продвигается идея дистанционного обучения как основного и дальнейшей цифровизации школы.

Домашняя работа в будущем. Иллюстрация из книги Нила Ардли «Школа, работа и игра». 1981
Домашняя работа в будущем. Иллюстрация из книги Нила Ардли «Школа, работа и игра». 1981

А теперь о том, с чем столкнулся лично я, вынужденно ведя уроки среди детей разных классов Александровского поселения.

Редко, когда урок проходит без единого вопроса, а дети просто решают задания. В большинстве своем приходится объяснять новые темы, так как простое прочтение учебника не дает необходимого понимания.

Кроме того, все дети разные. Кто-то схватывает, что называется, на лету. И готов сразу решать задачи. А кому-то нужно долго и на разных примерах объяснять тему, пока ученик ее поймет. И сделать это дистанционно не просто сложно, а невозможно. Необходим контакт с учеником. Необходимо видеть его глаза. Даже когда он говорит «да», на вопрос о том, понял ли он, глаза показывают, говорит ли он это для того, чтобы отвязались или он действительно понял.

Но и это еще не всё. Взаимодействие не ограничивается лишь объяснением новых тем. При решении тех или иных упражнений возникают вопросы с пониманием самой сути задания или каких-то предыдущих тем, которые, как выясняется, освоены не полностью. Ведь недаром в школе некоторые задачи решаются у доски. Ход решения потом видит весь класс, и если что-то в нем непонятно, всегда можно задать вопрос.

Для меня очевидно, что если бы дети просто пытались выполнить задания, которые им дают в школе, они бы резко снизили уровень своих знаний, упираясь в какие-то вопросы, на которые просто некому дать ответ.

Но, может быть, это лишь мое сугубо непрофессиональное мнение?

Отнюдь! Не только я, но и другие педагоги говорят о том, что, находясь в классе, учитель может получить больше разной информации от учеников. У кого блеск в глазах, кто сидит, пережидает урок. Зачастую атмосфера в классе показывает опытному учителю, насколько ученики усвоили и освоили материал. Ну и классический пример — тесты. Они не заменяют развернутого ответа ни в точных науках, ни тем более в гуманитарных областях.

Но кроме педагогов об этом говорят и психологи. Вот что, как сообщает ИА REGNUM, сказала Ирина Яковлевна Медведева, детский психолог, директор Института демографической безопасности, на всероссийской конференции 20 апреля 2019 года, то есть еще за год до всей этой эпопеи с коронавирусом: «Цифровизация школы очень вредна для ребенка. Полноценный ум — это ум сердечный. Когда всё делают, чтобы заглушить эмоциональность, а цифровизация к этому ведет. Дети, которые приходят ко мне на прием, даже когда у них психика изначально нормальная, они иногда рассуждают так, как шизофреники. Ведь главный признак шизофрении — это отсутствие сердечного ума, рациональный ум. К этому детей и будет приводить цифровизация образования, отсутствие личного общения с педагогами».

Но, может быть, это наше отсталое, забитое советскими «предрассудками», сознание приводит нас к таким выводам? Что же происходит на Западе?

Вот вам лишь один пример — в ноябре 2018 года The Washington Post рассказывает о протесте учеников нью-йоркской средней школы против онлайновой программы образования. Более ста учеников Бруклинской средней школы журналистики стали протестовать против онлайн-обучения. И отнюдь не только из-за сбоев системы, в результате которых они не всегда могли адекватно получать информацию. В своем открытом письме они указывают на то, что «платформа требует часами сидеть и пялиться в компьютер. Компьютеров хватает не на всех, задания нудные, их слишком легко проходить и запросто можно списать. Платформа никак не помогает готовиться к выпускным экзаменам. Самое главное — такая программа исключает большую часть человеческого взаимодействия: поддержку учителей, обсуждения и дискуссии с одноклассниками, которые нам так нужны, чтобы улучшить критическое мышление».

Заметьте — самое главное для учеников то, что нет поддержки от учителя, нет дискуссии и обсуждения. То есть нет живого общения с учителем, которое одно лишь может дать полноценное освоение того или иного предмета.

Уже в который раз повторяю, что, стремясь сделать «как у них», нужно думать, к чему это приведет. Но сейчас уже даже думать не нужно — нужно смотреть на то, «как у них». К чему у них это уже привело. Так зачем же внедрять то, что на Западе уже приводит к протестам и отторжению? Только если есть желание добить наше образование до конца.