Когда сработает большое домино, состоящее из микропроцессов? Кургинян и Шафран на радио «Звезда»

В очередном выпуске программы «Разговор с мудрецом» на радио «Звезда», вышедшем в эфир 3 апреля 2026 года, ведущая Анна Шафран и политолог, театральный режиссер, лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян обсудили один из самых острых и фундаментальных вопросов современности: что происходит с принципом национального суверенитета, и каким будет новый мировой порядок, когда старые правила уже не работают, а новые еще не созданы? Разговор, состоявшийся в преддверии венгерских выборов, с тех пор получил дополнительное измерение: в Венгрии произошла смена власти. Однако это не отменяет ни одной из описанных Сергеем Кургиняном тенденций — механизмы внешнего вмешательства, внутреннего раскола и глобальной перекройки Европы продолжают действовать.

Сергей Кургинян последовательно разбирает, как локальные события: финансирование оппозиционных партий, скандалы с прослушкой, угрозы в адрес первых лиц государств, конфликты вокруг трубопроводов — оказываются звеньями одной цепи, ведущей к фундаментальной трансформации всей архитектуры международных отношений. За кажущейся мелкостью отдельных сюжетов проступает большая реальность: из молекулярных процессов складываются цепочки, формирующие новый мировой хаос, который неизбежно должен завершиться масштабной переконфигурацией.

Крах Вестфальской системы

Принцип национального суверенитета, формально действовавший со времен Вестфальского мира 1648 года, стремительно размывается. Кургинян подчеркивает: малые страны никогда не были по-настоящему самостоятельными: они всегда входили в чью-то орбиту, и разговоры о суверенитете часто служили лишь ширмой для перехода из-под одного влияния под другое. Сегодня американский гегемон впервые за долгое время открыто заявляет об этом, отбросив дипломатические декорации. Развал Вестфальской системы не прогноз, а констатация факта, и события последних месяцев лишь ускорили этот процесс.

Предвыборная борьба в Венгрии, противостояние правящей партии и оппозиции, масштабное иностранное финансирование, украинское вмешательство — все это имело не только местное значение. Кургинян предупреждал: за локальными интригами проступают контуры более масштабных европейских перегруппировок. Венгрия слишком мала для абсолютной самостоятельности, и перед ней всегда стоит выбор, в какую орбиту встраиваться. Даже после смены власти необходимость выбора никуда не исчезла. Давление на страны, которые пытались проводить собственную политику, будет только нарастать, и пример Венгрии показывает: механизмы внешнего влияния — от финансовых вливаний до прямых угроз — задействуются независимо от того, кто находится у власти.

Кургинян подчеркивает беспрецедентность происходящего: впервые в современной истории публичные угрозы расправы в адрес глав государств перестали быть немыслимыми. Криминальная лексика проникает в высокую политику, а практика покушений на первых лиц становится инструментом достижения целей. Кургинян называет это не просто эскалацией, а сигналом о разрушении самого понятия суверенитета, которое коренится в неприкосновенности главы государства. Мировая дипломатия «перешла на феню», и этот процесс имеет собственные законы инерции, которые не остановятся с устранением отдельных фигур.

Война логистик

Угрозы по поводу трубопроводов: «Северного потока», «Турецкого потока», «Дружбы» — это тоже не локальные инциденты. Мировая инфраструктура представляет собой единую систему, и удар по одному ее элементу дестабилизирует всю глобальную логистику. Кургинян проводит четкую границу: конкуренция — это когда ты снижаешь издержки и выпускаешь продукт дешевле; война — это когда ты бомбишь завод или трубопровод. Разница принципиальна. Разрушение энергетических коридоров в одной точке неизбежно затрагивает Ормузский пролив, Баб-эль-Мандеб, балтийские и арктические маршруты. Ставки — триллионы долларов и сама ткань глобализации.

Иран ведет себя с беспрецедентным достоинством, опираясь на тысячелетнюю государственную традицию. Кургинян отмечает: уничтожение единственного политического деятеля, сдерживавшего иранскую ядерную программу, может привести к необратимым последствиям. Ракетные комплексы, размещенные в скалах, бессилие «Железного купола» — всё это создаёт ситуацию, когда единственной гарантией суверенитета становится обладание ядерным оружием. И эта логика работает не только для Ирана –– она универсальна и неизбежно будет тиражироваться другими государствами, оказавшимися под давлением.

За всеми конфликтами, санкциями, борьбой за ресурсы и переговорами просматривается одна стратегическая цель Вашингтона — сдержать Китай. Попытки захватить контроль над нефтью: венесуэльской, иранской, российской — подчинены именно этой задаче. Но Китай, по оценке Кургиняна, готовится к долговременному конфликту всерьез: не только развивая вооружения, но и создавая стратегические запасы продовольствия и энергии. Попытки лишить Китай российского сырья неизбежно приведут к новому витку противостояния, и сценарий «Чимерики» — альянса США и Китая за счет раздела России — нежизнеспособен: Вашингтон понимает, что усиленный таким образом Китай станет еще большей угрозой.

Переконфигурация неизбежна

Наращивание вооруженных сил Польшей и Германией, обсуждение ядерного оружия, милитаризация населения — все это происходит под предлогом противостояния с Россией, но имеет собственную, глубоко автономную логику. Кургинян проводит историческую параллель: точно такой же «благовидный» предлог использовал Гитлер. Милитаризация населения и экономики не может продолжаться бесконечно без реального применения накопленной мощи. «Ружье, висящее на стене, должно выстрелить», — и вопрос лишь в том, когда и в каком направлении. Консервативно-милитаристская перестройка Европы, задуманная как инструмент управления, может выйти из-под контроля и породить силы, которые ее создатели уже не смогут укротить.

В заключение Кургинян высказывает предостережение: те, кто сегодня по каким-либо причинам находится «на нашей стороне» и может рассматриваться как полезный фактор, завтра неизбежно станут другими. Любая консервативная сила, начинающая с лозунгов мира и возвращения к величию, кончает войной — она внутренне милитаризована и не может существовать без конфликта. Смена власти в Венгрии не изменила этой динамики — она лишь добавила костяшки домино в длинный ряд, и цепная реакция может быть запущена любой мелочью.