Пока мировое информационное пространство бурлило, Лукашенко держал паузу. Только 26 мая президент Белоруссии выступил в Овальном зале и расставил акценты...

Лукашенко расставил точки над i

Питер Пауль Рубенс (и мастерская). Меркурий и Аргус. 1636-1637
Питер Пауль Рубенс (и мастерская). Меркурий и Аргус. 1636-1637
Питер Пауль Рубенс (и мастерская). Меркурий и Аргус. 1636-1637

В воскресенье 23 мая информационное пространство буквально взорвалось сообщением об экстренной посадке в Минске «заминированного» самолета ирландской авиакомпании Ryanair, следующего из Афин в Вильнюс. Лукашенко лично дал разрешение на посадку и распорядился о сопровождении лайнера боевым истребителем.

Белорусские СМИ освещали ход проверки самолета. Тем временем белорусская оппозиция в Европе и их западные покровители уже «били в набат». Но беспокойство у белорусских диссидентов и западных политиков вызвала не судьба лайнера. Оказалось, что среди пассажиров находился беглый белорус Роман Протасевич, объявленный в родной стране в розыск.

Западный мир на «беспрецедентное» событие реагирует молниеносно: звучат угрозы новых санкций, заявления о прекращении полетов над Белоруссией, срываются государственные флаги Белоруссии, звучат требования освободить Протасевича…

Пока мировое информационное пространство бурлило, президент Белоруссии Александр Лукашенко молчал, при том, как заявляли представители белорусского истеблишмента, окончательную точку в официальной версии на важные события в республике ставит лично президент. Только 26 мая Лукашенко выступил по этой теме перед белорусскими парламентариями, представителями органов госуправления и членами Конституционной комиссии.

Реакция Запада на экстренную посадку самолета — акт гибридной войны, направленный против Белоруссии и России

Информационная война уже перешла в гибридную, сообщил Лукашенко и добавил, что нужно сделать все, чтобы она не переросла в горячую. Говоря о недоброжелателях или, в формулировке Путина, «противниках», Лукашенко обозначил, что «они преступили множество красных линий, перешли границы здравого смысла и человеческой морали».

Это упоминание о «красных линиях» не кажется случайным, а адресует к обращению Путина к Федеральному собранию, во время которого президент России вспомнил сюжет о «белорусском заговоре», а также заявил: «Но, надеюсь, в отношении России никому не придет в голову переступить красную черту. Где она будет проходить — это мы сами решим».

Глава белорусского государства сразу подчеркнул, что основной удар направлен против России. «Мы для них — полигон, экспериментальная площадка перед броском на восток. Апробировав у нас, они пойдут туда», — сказал Лукашенко. Он также напомнил, что экстремистский канал, сформировавший себя на белорусской проблематике, уже работает против России.

Протасевич с сообщниками собирались в Белоруссии устроить «бойню»

В ответ на обвинение на проведение спецоперации на своей территории, Лукашенко западным покровителям Протасевича задал вопрос, на какие спецслужбы работал этот «экстремист» и его сообщница? Лукашенко напомнил о связи экс-администратора экстремистского телеграмм-канала Nexta с радикальными украинскими националистами, а также о его прошлом в Донбассе. «Подонок, который убивал людей на юго-востоке Украины. Эти факты известны не только у нас и в братской России, но и во всем мире», — заявил Лукашенко. «Собственно и здесь, в Беларуси, он и его сообщники также собирались устроить бойню и кровавый мятеж», — добавил он.

Интересно, что задним числом утверждение Лукашенко подтверждает и директор Евразийского центра Атлантического совета (организация, признанная нежелательной в РФ) Джон Хербст, который в комментарии на сайте аналитического центра сообщил, что Протасевич действительно организовывал протесты, а Белоруссия, в этом случае, пошла на оправданный риск.

Там же, правда, были и комментарии оголтелого характера. В частности, старший научный сотрудник организации Брайан Уитмор написал, что «черту» перешел Лукашенко. При этом он аргументировал свою позицию общими соображениями. Ему же принадлежит утверждение, что в самолете находились сотрудники КГБ, которые вышли в Минске. Это игнорирование фактов — еще одно свидетельство гибридной войны. Во время выступления Лукашенко обратил внимание на этот фейк: «Три человека вышли из самолета в Минске, чтобы не возвращаться из Вильнюса, но из них сделали фейковых сотрудников КГБ».

Лукашенко настаивает, что задержание гражданина Белоруссии — суверенное право Белоруссии. «В самолете находился террорист, по нашим законам. Его роль в антибелорусской кампании известна. По законодательству этот человек внесен в список террористов, его организация признана экстремистской», — сообщил Лукашенко.

«А как мы должны были поступить?»

Далее Лукашенко перешел непосредственно к теме «заминированного» самолета. «А как мы должны были поступить?» — возмущается Лукашенко. Он отметил, что во всех случаях сообщений о минировании белорусские власти и спецслужбы реагировали адекватно ситуации. По словам президента, сообщение о минировании было получено из Швейцарии, причем оно поступило одновременно в Вильнюс, Афины и Минск. Информация оперативно была доведена до экипажа самолета (белорусскими диспетчерами — прим. ИА Красная Весна), который в этот момент находился в воздушном пространстве Белоруссии. «Иначе, по международным правилам, быть не могло», — сказал Лукашенко.

Тут Лукашенко парирует тезис «недоброжелателей-противников» о белорусском источнике сообщения о минировании. Логика оппозиции такая: раз сообщение о минировании экипажу передали белорусские диспетчеры, то это означает, что это и была операция белорусских спецслужб.

Экипаж долго принимал решение

Лукашенко ответил и на еще одну «странность», которую оппозиция использует как улику. А именно: самолет повернул, когда до Вильнюса оставалось лететь меньше, чем до Минска. «Маневр с разворотом выглядит нелогично (до Вильнюса было 70 км), но вопрос: почему другие аэропорты не приняли самолет?» — задался вопросом президент.

Белорусский лидер еще раз подчеркнул, что Белоруссия действовала в строгом соответствии с международными правилами безопасности, но решение, как и положено, принимал экипаж самолета. «Командир экипажа четверть часа думал, советовался с хозяевами (мы это знаем) и сотрудниками аэропорта в Вильнюсе. Пусть опубликуют эти данные. Не мы же их должны публиковать. Вы представляете, 15 минут в такой ситуации (может, даже больше) он созванивался и советовался», — подчеркнул Лукашенко.

Использование боевой авиации, готовность систем ПВО и БелАЭС

В своем выступлении президент не придал значения заявлению директора Департамента по авиации минтранса Белоруссии Артема Сикорского о причастности ХАМАС, которое вызывало волну недоумения в СМИ. «ХАМАС — не ХАМАС, это сегодня не имеет значения», — сказал президент Белоруссии, акцентируя внимание на том, что в тот момент в белорусском воздушном пространстве под угрозой находились 123 пассажира и 6 членов экипажа.

На обвинения в использовании боевой авиации Лукашенко ответил еще большим обострением. Он сообщил, что помимо истребителя, в боевую готовность привели также системы ПВО, и это было обосновано ситуацией.

Истребитель был поднят по всем правилам, сообщил президент. Кроме того, пассажирский самолет разворачивался недалеко от места, где расположена белорусская атомная станция. «А если бы вдруг?» — заявил Лукашенко. «Нам что, мало Чернобыля?» — добавил он.

Белорусский лидер задался вопросом, как бы оценило мировое сообщество, если бы информация о минировании оказалась бы верна, и ситуация пошла бы развиваться по худшему сценарию? В этом контексте Лукашенко намекнул на трагедию, произошедшую 11 сентября 2001 года — когда террористы направили два пассажирских самолета в башни-близнецы в США. В террористическом акте тогда пострадали почти 3 тысячи человек.

С учетом обстоятельств, по распоряжению главы государства все системы защиты БелАЭС, в том числе ПВО, были переведены в режим полной боевой готовности, — сообщил Лукашенко. Он также добавил, что, как президент, обязан был в любом случае не допустить падение самолета на головы белорусов. «Я действовал законно, защищая своих людей», — сообщил президент. «Так будет и впредь», — добавил он.

Итог

По словам Лукашенко, Белоруссия готова принять международных экспертов для участия в расследовании инцидента, но «обвинителям» объективная информация и не нужна, а оправдываться Белоруссия не будет.

Лукашенко ответил на тезисы прозападной компрадорской оппозиции о том, что посадка самолета была принудительной, а также о том, что это было сделано для ареста Протасевича. Заявлением о «гибридной войне» и «красных линиях» Лукашенко ответил и покровителям доморощенных «недоброжелателей».

Белоруссия, таким образом, придерживается следующей позиции. Получив сообщение о минировании, все государственные службы сработали в рамках международного законодательства, с учетом всех международных норм и требований безопасности. Самолет благополучно сел, самолет проверили, и он вылетел к месту назначения. По отношению к Протасевичу восторжествовала справедливость.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER