Где вы, мастера культуры?

Понятие «гибридная война» в последние годы затерто почти до ругательства. Что, впрочем, не отменяет того факта, что собственно война во всех видах и любыми средствами только наращивает обороты. Классическая война расползается по миру у всех на глазах, да и войны неклассические постоянно ведутся странами друг против друга, пусть и не так явно. Коллективный Запад ведет войну против России не только танками, самолетами, ракетами и БПЛА — еще до того, как полетели первые ракеты и двинулись боевые машины на Украине, против нашей страны велась война в измерении культуры, образования, идеологии.

В постсоветский период уникальность войны в области культуры заключалась в том, что она не была исторически привычным столкновением русской культурной матрицы с культурной матрицей Запада. Произошла подмена — быть может, не вполне окончательная — когда суррогат культурной матрицы Запада силой навязали российскому обществу. Чтобы это навязанное поскорее прижилось на русской почве, враг запустил мощную кампанию по слому и уничтожению русского культурного ядра, развернувшуюся уже в ходе перестройки, а после распада СССР, в 1990-е и 2000-е годы, серьезно набравшую обороты. Было бы ошибкой считать ее однозначно успешной, но российской культуре действительно был нанесен колоссальный урон.

Ключевым и первым оператором, проводящим эти замыслы в жизнь, был Анатолий Ракитов, советник Бориса Ельцина, сформулировавший концепцию культурного ядра нации и призывавший это ядро перекодировать под другую культуру. Позже проводниками идеи переписывания социокультурных кодов были политики, социологи и культурологи, занимавшие не последние места в иерархии постсоветского общества.

Последовательно продвигаясь к своей цели, уже к 2012 году эти «реформаторы» народного кода с удовольствием констатировали кризис отечественной культуры, постулировали уход России с исторической арены и исчерпанность русской культуры. Культуролог, автор книги «Риски социальной трансформации российского общества: культурологический аспект» Игорь Яковенко прямо заявил, что русской культуре больше нечего предложить миру.

В одной из своих статей он писал: «Чтобы сменить ментальность, необходимо радикально трансформировать культурную реальность, которая открывается входящему в жизнь человеку. Далее, устойчивая смена ментальности требует нарушения межгенерационной преемственности базовых оснований культуры».

Далее заявляет, что «стратегия трансформации должна включать в себя первосортность утверждаемого и второсортность изживаемого». Для слома социокультурных кодов он требует «выхода из гетто русского языка», обязательность преподавания в школе английского языка, требует создания на отечественном телевидении телеканала на английском языке, обязательного показа детям фильмов и мультфильмов на английском.

По сути, Яковенко описал основные константы процесса трансформации социокультурного поля постсоветской России.

На них и опирались «реформаторы» русского культурного кода на протяжении нескольких десятилетий. И, как мы видим, пристальное внимание они уделяли русскому языку.

Начало СВО в каком-то смысле изменило ситуацию, поскольку и в области культуры государство не может оставаться на прежних прозападных идеологических рельсах, коль скоро идет непосредственное военное противостояние с врагом. Ведь всегда в таких ситуациях именно культура служила скрепляющим духовно-нравственным каркасом общества. И одним из ключевых инструментов формирования культурного облика страны, трансляции основ проводимой государством политики, как когда-то в начале двадцатых годов прошлого века, должен стать кинематограф.

8 октября 2024 года председатель правительства РФ Михаил Мишустин провел «стратегическую сессию о развитии отечественной кинематографии», где, в частности, заявил: «Перед нами стоит масштабная задача повысить качество отечественного кино, сделать его действительно соответствующим традиционным духовно-нравственным ценностям. И при этом оно должно привлекать зрителей, находить путь к их сердцам и быть востребованным, интересным, креативным».

По словам Мишустина, для повышения доступности отечественного киноискусства «в небольших населенных пунктах, где проживает менее полумиллиона человек, кинозалы оснащаются современным оборудованием». По данным Михаила Мишустина, с 2015 по 2024 год в 83 регионах страны порядка 1 400 кинозалов были модернизированы.

Несомненно, оснащение современным оборудованием кинотеатров — процесс правильный. Вот только сразу вспоминаются опустевшие села и городки, разбросанные по всей стране, где больше нет не только кинотеатров, но и больниц, школ и детских садов. По состоянию на апрель 2025 года в России работало 3 тысячи кинотеатров, да и их число из-за роста издержек и оттока зрителей сокращается.

Мы не зря упомянули о 20-х годах прошлого века.

С момента начала создания нового общества, новой страны, ненавидимые современной российской элитой большевики за 35 лет построили 40 тысяч (!) кинотеатров. Причем потрясает динамика, с которой развивалась отечественная киноиндустрия в начале прошлого века. Например, с 1927 по 1932 год число кинотеатров увеличилось более чем в четыре раза — с 7 250 до 32 000. Вся киноиндустрия быстро перешла на кинотеатральную съемочную аппаратуру отечественного производства — в царской России, как и у нас теперь, использовали преимущественно зарубежную технику. Никакого оттока зрителей из кинотеатров не было и в помине, советские люди ежегодно смотрели в кинотеатрах десятки новых картин. Это касалось не только горожан, но и жителей сел и деревень, имевших собственные сельские клубы и кинотеатры.

Но продолжим цитировать премьер-министра Мишустина: «Успех российского кинематографа, говорим ли мы о фильмах для показа в кинотеатрах или о сериалах, измеряется не просто количеством выпущенных лент и объемом кассовых сборов. Роль кино сегодня гораздо выше. У него не только развлекательная функция. Хорошие фильмы позволяют получить новые знания, познакомиться с культурой, историей и искусством. Учат думать, сопереживать и видеть разнообразие мира, расширяют кругозор. Они важны и для воспитания молодого поколения», — отмечает Мишустин.

Мишустин прав — кино это не только и не столько про деньги, сколько про искусство, воспроизводство национальной культуры, воспитание будущих поколений. И мы могли бы только приветствовать создание произведений культуры, наполненных традиционными русскими ценностями. Но как быть с тем, что по ядру культуры, а значит и по самим этим ценностям, был нанесен колоссальный удар? Эти ценности вымараны, а национальная история, в пределах которой формируется ядро культуры, — оболгана, особенно ее советский период. О чем мы говорим — о культуре с поломанным кодом и отчасти лишенной языка? Языка не только как средства коммуникации между людьми, но и языка символического. То есть такого кода, посредством которого хранятся и передаются ценности.

Кроме того, чтобы передать ценности, лежащие в основе ядра культуры, надо этими ценностями обладать; а значит, отстраивать свою жизнь и работу от этих ценностей, как-то с ними соотноситься. Но как быть, если ценностный фундамент, от которого надо отстраиваться, если и не развален до конца, то пребывает в крайне размытом качестве?

Когда вы десятилетиями упорно выходите из «гетто» национального языка (читай — убиваете средство передачи ценностей), не удивляйтесь тому, что смысловое пространство воспроизводимой культурной ткани сшивается из суррогатов. А из чего еще оно должно сшиваться?

Истерзанная постсоветской ломкой культура сегодня во многом представляет собой такой суррогат, не имеющий никакого отношения к подлинным произведениям культуры. Имея такие суррогаты культуры, можно вменять им какие угодно ценности, хоть ценности племени масаи — все присвоенное будет отторгнуто или искажено до прямо противоположного.

Всякая историческая общность имеет свою судьбу. Язык и культура служат гарантами сохранения той исторической траектории, в пределах которой общность жила до сих пор, развивала эту самую культуру, обладающую системой норм, правил, ценностей, позволяющих общности выживать и развиваться. Свое желание изменить ядро культуры перестройщики лукаво обосновывали необходимостью смены исторической траектории общности под названием Россия. То есть смены исторической судьбы России. Дескать, изменим ядро культуры, ударим по языку, как средству передачи культурных кодов — тогда изменится историческая траектория и Россию ждет совсем иная судьба — «нормальная», рыночная, как у всех цивилизованных стран.

Результаты воплощения этой концепции в жизнь явлены нам сегодня в виде тотального регресса всех сфер жизни: от культуры, образования и медицины до высоких технологий, сложных технологических процессов и многого другого. Сколько ни говори о ценностях и традиции — регресс будет идти, пока Россия окончательно не отстоит право на собственную историческую траекторию и собственную судьбу. В этом смысле происходящая сегодня война с Украиной — первая попытка такого отстаивания.

Идеолог перестройки и слома культурного ядра русского народа Анатолий Ракитов писал: «Ядро культуры концентрирует в себе нормы, стандарты, эталоны и правила деятельности, а также систему ценностей, выработанных в реальной истории данного этнического, профессионального или религиозно-культурного целого. Эти специфические стандарты, правила и т. д. связаны с судьбой сообщества, его победами и поражениями, реальными условиями, в которых оно формировалось, спецификой окружающей социальной и природной среды, национальными привычками, адаптационными процессами и теми цивилизационными условиями, в которых изначально формировалось это ядро. Структурами, в которых реализуется ядро культуры, являются прежде всего фольклор, мифология, предрассудки, национальные и социальные обычаи, привычки, правила бытового поведения, исторические традиции, обряды и, разумеется, основные языковые структуры. Так как главная функция ядра культуры — сохранение и передача самоидентичности социума, то оно обладает высокой устойчивостью и минимальной изменчивостью».

С чем старательно боролись с 1980-х годов? С кодом культуры, русской ментальностью, с «гетто» русского языка. Со всем, что составляет основы национального и наднационального. Через эту оптику уже не кажется странным и сюрреалистичным происходящее с отечественной культурой. С одной стороны, эту культуру старательно ломали (и этот тренд отнюдь не в прошлом), с другой — говорят о каких-то ценностях.

Чудовищный разрыв между декларацией и реальностью можно увидеть на каждом шагу. Рассмотрим один из наиболее ярких. 9 декабря 2021 года в рамках всероссийского патриотического форума были объявлены лауреаты первой национальной премии «Патриот», организованной Федеральным агентством по делам молодежи (Росмолодежь). Номинантами премии стали 75 организаций, проектов, представителей общественных организаций и волонтеров. Награждение участников было приурочено к празднованию новоиспеченного Дня Героев Отечества. По задумке депутатов, это восстановленный дореволюционный праздник — День георгиевских кавалеров.

На открытии выступил первый заместитель руководителя администрации президента РФ Сергей Кириенко, который, в частности, заявил: «Это день, когда мы вспоминаем героев, которых нет с нами, но память о которых всегда жива в наших сердцах… Сегодня праздник людей, для которых патриотизм — это не просто внутреннее убеждение или слова, а действие. Настоящий патриотизм всегда действенный. Он заставляет не просто верить во что-то, но и действовать в соответствии со своими убеждениями. Это тот урок, который дали наши отцы и деды, и которому мы обязаны соответствовать».

Итак, в номинации «Лучший научный проект» премии «Патриот» победила продюсер Мария Фёдорова с проектом «МультиКосмос». Что это за проект? Это часть еще более крупного начинания «МультиЗнания», запущенного в октябре 2020 года. Проект представляет собой серию развлекательных, продолжительностью не более 2–4 минут, анимационных роликов в интернете. Мария Фёдорова является продюсером проекта, а ее муж Владимир Фёдоров — режиссером-мультипликатором, создающим мультфильмы проекта. В рамках «МультиЗнаний» выходят тематические мультипликационные сериалы, среди которых упомянутый «МультиКосмос» (в 2022 году также получил спецприз МКФ «Циолковский»), «МультИстория» и «Мультиратура». Последний награжден серебряной медалью российского Международного конкурса «Искусство, совершенство, признание» (Art Excellence Awards) Международной Академии современных искусств в 2021 году и специальным призом РФК на международной премии «Культура онлайн» в 2022 году.

Что же из себя представляют эти мультфильмы, завоевавшие столь почетные звания? Например, в сериале о космосе один из мультфильмов посвящен Юрию Гагарину. Там Гагарин покоряет космос на фоне постсоветского бело-сине-красного флага РФ — очень в духе праздника, наследующего дореволюционные традиции. Пикантности добавляет тот факт, что в годы полета Гагарина этот флаг мог ассоциироваться только с флагом предателя и коллаборациониста Власова.

Но главной «вишенкой на торте» проекта однозначно является «Мультиратура». В рамках этого сериала пересказывается русская классическая литература. Точнее, так считают сами авторы мультфильмов, хотя на деле ничего общего с русской литературой у этих «шедевров» мультипликации нет даже близко. В мультфильмах действуют персонажи, названные именами литературных героев, в основном из школьной программы по литературе. Эти персонажи выглядят и ведут себя ровно по лекалам западной мультипликации худшего пошиба, подчас с явным сексуальным подтекстом, которого даже близко нет в оригинальных произведениях.

Действуя на территории культурных суррогатов, современные «творцы» не в состоянии не только развивать культурную традицию — они не могут даже пересказать уже написанное. И дело не в том, какие задачи перед собой ставят авторы. Вот что говорит, например, режиссер проекта Фёдоров: «Пора уже признать, что свободное время дети и подростки проводят в интернете. Я решил прийти на их территорию и замотивировать на чтение книг. Возможно, именно две минуты, потраченные на просмотр мультфильма, побудят молодежь прочитать новую книгу, а взрослых — освежить в памяти уже прочитанную!»

Но дело, повторюсь, не в задачах, сформулированных режиссером. Он не исправляет деградационный суррогат культуры во имя детей, напротив, он манифестирует свою приверженность суррогату. Достаточно посмотреть хотя бы один его мультфильм, чтобы убедиться в этом.

Но, может быть, в отечественном кинематографе последних лет с патриотизмом и русской классикой все иначе? Что сейчас особо выделяют критики, какие продукты культуры хотят видеть чиновники?

В 2025 году лучшим отечественным фильмом по версии кинопремии «Золотой орел» стало «лоскутное одеяло», по недоразумению названное кем-то фильмом. «Август» снят по мотивам романа Владимира Богомолова «В августе сорок четвертого» («Момент истины»). Помимо неистребимого чувства пустоты происходящего на экране, возникает впечатление именно лоскутного одеяла из-за постоянной смены глянцевых открыток, под копирку исполненных с зарубежного боевика. Как связан этот вылизанный, причесанный и абсолютно пустой киноопус с героями-фронтовиками, борьбой с фашизмом и подвигом советских воинов — решительно непонятно. Но ясно, что ни к патриотизму, ни к традиционным ценностям это не имеет никакого отношения.

А что там с русской классикой в 2025-м?

«Золотого орла» за лучшую режиссуру получил молодой режиссер Феликс Умаров за двухчасовой музыкальный клип (тоже почему-то названный фильмом) «Пророк. История Александра Пушкина». Обсуждать сам продукт не имеет смысла. Это просто лубок, не имеющий отношения к киноискусству.

Умаров в одном из интервью сообщил следующее (авторский текст приведен без изменений): «Мне было сложно подойти к Пушкину, как к фигуре. Действительно, он вызывал огромную ответственность. И, более того, это такой огромный памятник, который мы можем воспринимать только с точки зрения гения. И когда я начинал работу над этой картиной, мне необходимо было убрать ощущение гениальности и попробовать найти там человека».

«Убрать ощущение гениальности» — как это по-современному! Можно ли представить подобные самоустановки у Андрея Тарковского, снимающего фильм о жизни Андрея Рублёва или экранизирующего «Солярис» Станислава Лема? Впрочем, сравнения здесь неуместны.

Как видим, ситуация с годами — на протяжении которых идет самая настоящая горячая война — не меняется. Со временем все более очевидно обнажается степень деградации отечественной культуры.

Еще раз обратимся к речи Михаила Мишустина: «Благодаря нашим режиссерам и постановщикам, актерам и сценаристам, операторам на экраны выходят качественные продукты».

О каком качестве идет речь? В чем критерии этого качества? Любой человек среднего возраста, хранящий в памяти шедевры советской кинокультуры, в сегодняшнем отечественном кинопродукте не увидит ничего, кроме бесконечно воспроизводимой помойки, с рабским рвением сшитой по лекалам западных кинолент.

Какое-то время в постсоветские годы кинопроизводители ухитрялись делать вид, что критерием качества кинофильмов являются сборы — то есть коммерческие показатели фильмов в кинотеатральном прокате. Но даже по коммерческому критерию отечественная кинопродукция обладает бесконечно низким качеством.

В сентябре 2025 года в Санкт-Петербурге состоялся XI международный форум объединенных культур. Показательна заданная организаторами главная тема форума — «Возвращение к культуре — новые возможности».

Примечательна и речь одного из спикеров форума, генерального директора холдинга «Газпром-медиа» Александра Жарова: «России сегодня нужен аналог Госкино, в рамках работы которого будут приниматься решения, какие темы нужно продвигать за рубеж. Так работает Голливуд, так работает Китай, Болливуд. Если мы хотим занять свое место в мировом кинопрокате, у нас нет другого пути. Инвестиции в маркетинг, инвестиции в звезд, которые будут являться дипломатами кинопродвижения, и принятие решений на государственном уровне, какие темы достойны продвижения».

Итак, г-н Жаров считает, что России необходимо «занять свое место в мировом кинопрокате» и для этого необходимо новое Госкино. Во-первых, для чего нужно было разрушать старое, если оно работало? Во-вторых, Государственный комитет Совета министров СССР по кинематографии — это структура, созданная империей. Империя создает структуры для строительства нового мира, а не затем, чтобы занять место в международном кинопрокате. От того, что имперские произведения культуры не попадут в международный кинопрокат, империя не перестанет быть империей. Но в том-то и парадокс, что лучшие образчики отечественного киноискусства были признаны таковыми во всем мире, когда русскую национальную культуру развивал Советский Союз.

Это постепенно начинают понимать и сами киноделы, хотя и боятся из этого понимания делать масштабные выводы.

17 февраля 2026 года в рамках форума CSTB.PRO.MEDIA 2026 прошел круглый стол «Международная дистрибуция российского контента». Приведем фрагмент репортажа с круглого стола, опубликованного изданием «Бюллетень кинопрокатчика»: «Основатель студии „Кириллица“ Валерий Довбня предложил взглянуть на экспорт российского контента как на экспорт смыслов и культурных кодов и обратил внимание на дефицит прямого взаимодействия между продажами и производством… Довбня напомнил, что в основе успешного экспорта лежат уникальные явления российской культуры — от русского космизма и Циолковского до Тарковского и традиции психологического романа Толстого и Чехова, чьи произведения десятилетиями экранизируются и переосмысливаются за рубежом.

Он отметил, что советское кино до сих пор во многих случаях выигрывает у современного по числу территорий и аудитории, с которой работало: старые фильмы, со всем их идеологическим багажом, остаются узнаваемым культурным маркером России».

Итак, когда-то мы имели империю, способную длить и развивать традицию русской культуры. Эта империя осталась навсегда в прошлом. Мы оказались в регрессе, где навязанный суррогат культуры с неизменной постоянностью воспроизводит одни и те же сюжеты советского и дореволюционного имперского прошлого, эксплуатируя это наследие и паразитируя на нем. Подлинная культура загнана за Можай, и на ее месте выращен суррогат.

Но суррогат культуры не может стать плодородной почвой для русских ценностей. Эти ценности могут быть взращены лишь на альтернативной и подлинно культурной почве русской судьбы. И главный вопрос только в том, смогут ли отечественные деятели кино по-настоящему встретиться с этой судьбой и продолжить за нее жить и сражаться?