1
июл
2020
  1. Война с историей
  2. 75-летие Победы
ИА Красная Весна /
Если бы мы взялись за восстановление справедливости, отстаивали ее, и ответственно реагировали на происходящее, то смогли бы добиться изменений

Мне страшно за будущее страны, но я всё еще верю в Победу — интервью

Основным связующим звеном исторической памяти народа и любимым праздником в России является День Победы. В этот торжественный день страна обращается к своему героическому прошлому, с почтением называя имена героев Великой Отечественной войны. История почти каждой семьи хранит память о своем родственнике-фронтовике, воевавшем на полях сражений, или герое труда, отдававшем все силы работе в тылу ради общей победы над врагом.

Однако со временем празднование Победы всё больше контрастирует с тем, на каком фоне происходит это торжество. Ведь победа в Великой Отечественной войне стала утверждением нового, светлого, гуманного и устремленного к развитию образа жизни и устройства мира. Сегодня же стало очевидным главенство совсем иных принципов социального бытия. Изменилось отношение к человеку и стране, доставшейся нам в наследство от героев-победителей. В эфире федеральных каналов звучат призывы к почитанию нацистских пособников. Можно ли придумать более явное отрицание смысла Победы?

О процессах, происходящих в обществе, исторической памяти и отношениях людей друг к другу побеседовал корреспондент ИА Красная Весна с режиссером документального фильма о начале Великой Отечественной войны «Сибиряки на линии огня», членом военно-исторического клуба «Живая история» Ольгой Дегтярёвой.

ИА Красная Весна: Как Вы оцениваете уличные или информационные акции в день парада Победы 24 июня? Что бы Вы добавили?

— Неплохо было бы использовать больше уличных стендов. На практике их чаще используют для политических акций, с их помощью депутаты отчитываются о своей работе и прочее… Хорошо было бы, чтобы на улицах стояли информационные стенды, на которых постоянно обновлялась информация. Чтобы она бралась не из Википедии, а подбиралась комплексно: нужно рассказывать о знаковых сражениях и открывать имена людей тех лет. Когда человек знает, кто жил на этой земле до него, знает какие дела они совершили, какой вклад сделали — он начинает этим гордиться. Так и появляется национальное самосознание, о котором так много говорят.

ИА Красная Весна: Есть мнение, что Россия нетвердо отстаивает правду о войне. Если даже по центральному телевидению звучат призывы увековечивать память пособников нацистов, — как, допустим, предложение телеведущего Дмитрия Киселёва об увековечивании памяти атамана Краснова, сделанное накануне 9 мая, — то и неудивительно, что в Европе сносят памятник советскому маршалу Коневу. Как Вы считаете, что в этом отношении необходимо поменять? Может быть, нужно жестко наказывать за обеление пособников нацистов?

— Знаете, я бы все-таки говорила не о наказании, а о более серьезном, глубоком патриотическом воспитании людей, чтобы оно начиналось с детского сада.

Недавно мы столкнулись с ситуацией, возникшей после того как заведующая одного из детских садов Новосибирска пригласила нас провести 23 февраля лекцию. Ребятишки там маленькие — от трех до пяти лет. Мы принесли военную форму, копию пулемета и другие предметы военного времени. Просто сказали, что это, ребятки, называется пулемет, а вот это называется пилотка, ее солдаты на голове носили, а это называется галифе. То есть наш разговор строился таким образом.

Но после того как фотографии были опубликованы в группе нашего клуба «ВКонтакте», начались какие-то истерические комментарии по поводу того, что «аты-баты дошколята», «зачем это надо», лекция, якобы, не соответствует возрасту детей. А некоторые комментаторы начали писать, что даже для фотографии не позволили бы своему сыну надеть солдатскую пилотку. Мне это кажется страшным! Что сейчас стараются вытравить историю войны, начиная с малого возраста. Раньше ведь было наоборот: ребятишки маршировали, знали свою историю. Они росли с этим, накапливали свое понимание истории.

А сегодня что мы хотим? Кого мы будем наказывать? В большинстве своем, к сожалению, люди просто ничего не знают и не понимают. Они даже не знают, кто такой этот атаман Краснов, и почему нельзя ставить ему памятник. Не знают, кто такой генерал Власов. Всё это проходит фоном, совершенно спокойно, никто не возмущается, потому что вообще никто не понимает, как это было страшно на самом деле.

На мой взгляд, бороться нужно именно так, — возрождать патриотическое воспитание: рассказывать детям как можно больше, показывать, вовлекать их. Это очень сложная и кропотливая работа.

Взять хотя бы наш клуб. Основная часть — горсточка людей, три–пять человек. Мы занимаемся именно общественной деятельностью, за нее никто не платит денег, хотя нас часто в этом тоже пытаются упрекнуть. Если нам просто предлагают средства — мы отказываемся. Единственное исключение, когда на крупные мероприятия нам помогают что-нибудь приобрести. Но это происходит только в том случае, если мы не можем скинуться со своей зарплаты и купить необходимое за свой счет. Но мы готовы вкладывать свое время и силы, а это тоже не мало. Мы прекрасно понимаем, чего это стоит.

Я не уверена в эффективности наказания. Сейчас даже мало кто поймет, за что наказали. Выросло несколько поколений людей, которые не знают ничего об истории войны. И от этого на самом деле становится страшно. Я понимаю, что высказывание по центральному телевидению является определенным сигналом и вызовом обществу. Видно, как общество на это реагирует, — всем просто всё равно. Страшно от этого равнодушия!

ИА Красная Весна: Как Вы относитесь к тому, что на месте страны и общества, добившихся победы в войне, создана потребительская система, отрицающая идеалы и ценности, которые отстаивали наши предки?

— Как человек, как патриот, я могу сказать, что мне по-человечески больно, я отрицательно к этому отношусь. Я сама мать троих сыновей и считаю, что замена настоящих ценностей потреблением — это неправильно. Мне страшно за будущее страны и за то, как будут жить наши дети и внуки. Поэтому хоть какой-то вклад, какую-то лепту я стараюсь внести в защиту подлинных ценностей. Было бы замечательно, если бы нас было больше. Я всё еще верю, что если бы мы взялись за восстановление справедливости, отстаивали ее, и просто реагировали на происходящее, то смогли бы добиться результата. Сейчас люди еще могут что-то сделать, но таких мало.

ИА Красная Весна: История с коронавирусом, которая сейчас происходит, наглядно продемонстрировала социальное неравенство в России и в мире. Крупнейшие чиновники и эксперты Валдайского клуба высказывались, что очное образование должно остаться привилегией элиты. А остальным предлагается дистанционное образование, которое должно стать естественным для большинства людей. Получается, что ситуация с малообразованностью людей, не знающих, кто такой Власов или Краснов, в случае с дистанционным образованием может усугубиться?

— Господи, с этим дистанционным образованием они писать-то грамотно не научатся. Тут ни о каком атамане Краснове даже и речи нет.

ИА Красная Весна: Социальное неравенство и несправедливость проявились, кроме прочего, в предложениях разделить детей на тех, кому будет доступно качественное очное образование, и тех, кто получит лишь дистанционное. Но это категорически не соответствует духу Победы. Является ли память о Победе памятью о социальной справедливости, которую защищали на войне?

— На мой взгляд — является. Потому что тогда было максимальное единение народа, а сейчас люди вообще не понимают происходящего, они дезориентированы. Люди ощущают какое-то напряжение и противостояние. Все это прекрасно видят и в экономике, и в политике, но не понимают, кто на чьей стороне.

В годы Великой Отечественной войны люди знали, что вся страна — единый фронт. Мы прекрасно знаем: верховному главнокомандующему много раз предлагали эвакуироваться, уехать. Тем не менее он этого не сделал. Он остался в Москве, даже когда враг находился в нескольких километрах от города. Это говорит о многом: и об отношении к народу, и о защите рубежей.

К дистанционному образованию я отношусь отрицательно. Потому что увидела его гигантские, огромные минусы. Детям так учиться тяжело, а мне, человеку образованному, взрослому, было тяжело смотреть, как мучаются дети, — например, мой средний сын. Тяжело выдержать это — подолгу сидеть за компьютером, копаться, бесконечно что-то делать. Я прекрасно понимаю, что дистанционное образование является фильтром, отсекающим людей от образования.

Дистанционное образование стало акцией ради акции, учебой ради учебы. Там ничего не настроено на получение знаний. Ученик не получает ничего, он ощущает себя участником какой-то гонки: требуется быстро и совершенно бездумно выполнять задания, чтобы просто успеть к определенному сроку.

Не могу назвать эту систему нормальной. В ней всё очень плохо организовано, детей учат от сложного к сложному. Я 1984 года рождения, застала советскую систему образования и безумно ей благодарна. Благодарна, что мои учителя были учителями советской школы. Оттуда и патриотизм, и любовь к Родине. Потому что нам говорили о нужных книгах, рекомендовали их читать. Вот как у Высоцкого — «значит, нужные книги ты в детстве читал».

Сейчас это всё утрачивается. Когда учителю советовать какие-то там книги, если он, бедный, сам погряз в бесконечных отчетах? Когда детям вообще что-то лишнее сделать, если они не вылезают из-за компьютера? Всё это очень плохо. Считаю, что нужно как-то противодействовать этому: отстаивать свою позицию, отстаивать свое право на хорошее образование.

Я лично не хочу такой безобразной системы ни для своих детей, ни для чужих. Нужно понимать, что история советского периода и история Великой Отечественной войны показывают важность системы социального равенства. Читала много воспоминаний по разным источникам, все они говорят, что жили не богато, но счастливо, и было всё для жизни.

Сейчас при возникновении любого вопроса наталкиваемся на разобщенность общества: ситуация с коронавирусом расколола общество на тех, кто приспособился к дистанционному обучению, и тех, кто не приспособился. На тех, кто смог в этой гонке обеспечить ребенку компьютер, телефон и тех, кто не смог. Эта ситуация напоминает мне огромное, гигантское сито, которое просеивает людей. На этом этапе ты не смог чего-то? — Всё! — Ты выпадаешь, а остальные пойдут дальше.

Обществу нужно единство, необходимо об этом говорить, заявлять. Но люди боятся лишний раз говорить об этом. Но ведь их же детям потом будет хуже! Мне уже сейчас страшно, что мои внуки скажут: «Вот, бабушка, вот ты жила… Но почему вы вообще ничего не сделали, чтоб ситуация как-то поменялась? Ведь вы же могли, вы-то уже появились в этой реальности, у вас были все шансы». Этот вопрос меня очень беспокоит, мучает едва ли не каждый день!

ИА Красная Весна: Ситуация с этой эпидемией вообще несопоставима с тяжестью Великой Отечественной войны. Ни по угрозе, ни по нагрузкам, ни по жертвам. Но все-таки, если сравнить с периодом войны, как себя проявила современная Россия? Хоть какая-то доля, подобие той мобилизации, сплоченности, проявилась, как Вы считаете?

— Нет, конечно. Нисколько не проявилась, никакого единения я не вижу. Только разобщенность! Никто не сплотился, всё наше общество раскололось. Ни о каком единении и речи нет. Не дай Бог, нас постигнет по-настоящему серьезная беда. Страшно представить, как поведут себя люди. Даже при том единении и сплоченности, которое было во время Великой Отечественной войны, случалось всякое. А что говорить сейчас, когда каждый сам за себя? Никто не поможет соседу в беде, не протянет ему руку. Наоборот, все будут стараться выживать поодиночке. Это очень плохо.

ИА Красная Весна: Как Вы думаете, стоило бы добавить какие-то элементы в проведение парада Победы, помимо техники, марша?

— Хочется, чтобы всегда, во всех таких мероприятиях, существовала нить памяти. Чтобы всё время говорилось о единстве поколений, о том, что события, случившиеся задолго до нашего рождения, всё еще влияют на нашу жизнь, и будут влиять всегда. Что такие события нельзя забывать, их невозможно забыть! Нужно зажигать интерес и деятельность вокруг исторической памяти, вокруг изучения истории.

ИА Красная Весна: Заставила ли Вас пандемия коронавируса и всё, что связано с процессами по этому поводу, — изменениями в жизни, ситуации в стране, в мире, — изменить отношение к стране-победительнице СССР и ее распаду? Если отношение изменилось, то что, по Вашему мнению, нужно сегодня сделать стране и обществу?

— Я бы не сказала, что отношение изменилось. Из-за ситуации с пандемией оно только усилилось.

Я родилась на стыке эпох, когда дело практически подходило к закату СССР. Скажу честно, я застала очень мало советского. Я уже не побывала в пионерлагерях, октябренком была буквально пару месяцев.

Но у меня есть уважение к людям, которые жили и творили нашу историю. Я всё больше укрепляюсь в уверенности, что у нашей страны великое и могучее наследие. Я рада, что живу именно в этой стране. Россия — правопреемница СССР, и я горжусь нашим советским прошлым. Пусть я знаю о нем в основном из фильмов и книг, из рассказов людей, а сама этого не прожила. Но я им горжусь!

Да, тогда тоже были жизненные травмы, жизнь никогда не была легкой. Но это был лучший период истории российской государственности, счастливый период для людей. Мы до сих пор используем многие завоевания в разных отраслях. Как это можно не уважать? Как это можно отрицать? Не понимаю. Это, как минимум, странно.

Читайте также: «Сибиряки на линии огня». Фильм о героях войны представили в Новосибирске

Знамя Победы
Знамя Победы
Изображение: Ольга Перегуд © ИА Красная Весна
Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER