logo

К статье Сергея Кургиняна «О коммунизме и марксизме — 140» в № 332

Аналитика,

Ветхий Завет Маркса и Новый Завет

Джерардо Доттори. Взрыв красного на зеленом. 1910Джерардо Доттори. Взрыв красного на зеленом. 1910

Советский коммунистический «варвар», о котором Сергей Ервандович пишет в статье «О коммунизме и марксизме — 140», пришел на смену буржуазии. Взяв Россию, а вслед за ней и треть мира, и совершив чудо победы в Великой Отечественной войне, советский коммунистический «варвар» ушел…

Уход советского «варвара» с мировой сцены был беспрецедентен сам по себе. Феодалы не уходили, чтобы раствориться в рабовладельческом строе. Буржуазия не капитулировала перед феодалами, стремясь обзавестись дворянскими титулами. Только коммунисты отказались от самих себя, чтобы стать капиталистами. Скорость сворачивания коммунистического проекта также беспрецедентна. После 1917 года это, по сути, был вопрос двух поколений. Если решение о сдаче ГДР для последующего соединения с Европой было принято в конце 70-х, значит, крах советского проекта был целенаправленно заложен поколением, прошедшим через войну (в его элитной части, разумеется).

Отказавшись от советского проекта — «новой новизны», советский «варвар» не просто передал мир в руки «старой новизны» (буржуазии). Он запустил обратный процесс. Это хуже, чем реакция. Реакционные классы могли деградировать и стоять на пути прогресса. Но они держались за самих себя — за свою власть и не сдавали свой проект своим врагам. Сдача проекта хуже реакции. Сдача проекта, если принять ее за норму, запускает обратный процесс. От «новой новизны» к «старой новизне». От «старой новизны» к «старой-старой новизне». И так до конца человеческой истории как таковой — конца человека (проекта Человек). То, что именно такая заявка делается сегодня, наглядно показала Вера Родионова в статье «Глобальное гражданское общество» и его пастухи» в № 331 номере газеты «Суть времени».

В этих условиях на пути регресса оказываются реакционные силы. Если ранее, в восходящем историческом потоке, реакционеры стояли на пути прогресса, то сегодня, когда отвечающие за прогресс силы изменили самим себе и провозгласили конец истории, главным препятствием на их пути оказалась реакция — инерция еще не до конца дегуманизированного общества, как в светской, так и в религиозной его части. Это и есть конфликт консерваторов и либералов. Разумеется, разделение на реакционеров и регрессоров требует оговорок, так как проект конца истории и сворачивания человека реакционен сам по себе и никак не сводится к либеральным пластам. Потому-то по одну сторону оказываются классические реакционеры, как-то держащиеся за старый порядок (модерн), а по другую — реакционеры-регрессоры, сворачивающие проект Человек.

Это очевидно временный конфликт и рано или поздно регрессоры победят, вобрав в себя часть классических реакционеров и раздавив оставшихся. Черная воронка, порожденная крахом СССР, поглотит все реликтовые силы гуманизма. Шанс есть только у тех, кто не реликт. Держаться в этих условиях за любую классику невозможно, так как она реликтовая по определению. Классика либо проиграла, либо исчерпалась и более не ведет мир вперед.

Благая весть Маркса не дала всех ответов на все вопросы бытия. То есть она не носит окончательного и всеобъемлющего характера. Иначе весь мир жил бы при коммунизме. Концепция сменяющих друг друга благих вестей (они же «новая новизна») в принципе не предусматривает окончательности. Ни одна из них не будет окончательна. Восхождение бесконечно. Маркс отвечал на исторические вызовы своего времени. Сегодня нужен ответ на другой — контристорический — вызов. Ответ проектный, то есть воплощаемый в реальности. Любая благая весть в своем фундаменте содержит ответ на вопрос — что такое человек? «Новая новизна», наследующая новизну Маркса, должна дать революционный ответ на вызов «конца проекта Человек». То есть явить миру нового человека. Явить буквально, абсолютно очевидным и безоговорочным образом. Победа только в этом. Всё остальное — поражение.